Тайные поклонники Рины

Пролог

Патриаршие пруды. Скамейка в липовой аллее, где когда-то давно и лишь в нашем воображении вели беседы о насущном Берлиоз и Бездомный. Это место на станции Маяковской стало культовым благодаря роману, о чём красноречиво напоминала табличка в Булгаковском стиле: «Запрещено разговаривать с незнакомцами».

Ага. Попробуй не поговори, когда столько народу и всем что-то надо: кому время спросить, кому познакомиться, кому просто дорогу уточнить. Может потому, что я сижу на скамейке одна, а может потому, что больше всех похожа на местную, но ко мне с последней просьбой успели подойти уже трижды.

А я что? А я делаю умный вид и быстренько лезу в онлайн-карты, типа, чтобы наверняка ничего не напутать. Хотя на самом деле могу завести разве что к многострадальным трамвайным путям, где Аннушка разлила то самое масло.

Мамаши с колясками, велосипедисты, компашки подростков, взрослые дяди с жестяной тарой и сушёной рыбкой. Малолетний шкет гоняет голубей, две девчонки рисуют на асфальте классики, попискивает в предсмертных конвульсиях тявкающая собачонка, которую хозяйка душит со всей своей любовью. Жизнь кипит и бьёт ключом. Весна, наконец, пришла в столицу, и москвичи выпивали её по полной, наслаждаясь тёплыми лучами солнца.

Допиваю остывший кофе, нервозно барабаня по полустёртому на потрёпанной обложке названию: «Мастер и Маргарита». Символично, я просто балдею. У «N» юморок что надо. Он, по всей видимости, избрал тот же метод, что и я: с чего начали, на том и закончим. Хорошо, не на рельсах стрелку забил, а то пришлось бы точно в магазин за маслом бежать.

Время — двенадцать минут шестого. Опаздывает.

Мы договорились так-то на пять, я же и вовсе приехала на час раньше, не рассчитав пробок. Вернее, их отсутствия. Волнение и так со вчерашнего зудит между лопаток, а тут ещё и ожидание изводит вдобавок. Плюс Ритка подливает керосина с потоком пиликающих сообщений в нашем чате:

«Ну чё, ну чё, ну чё?»

«Ну когда там?»

«Ну кто?»

«Чего молчишь?»

«Я ж на панике уже три эклера слопала!»

Следом ещё веселее:

«Ты вообще жива?»

«Может полицаев вызвать?»

«Или скорую?»

«А может сразу того, морг?»

«Да ну хорош молчать уже!»

«Четвёртый эклер в ход пошёл»

«Растолстею, на твоей совести будет!»

Двенадцать сообщений за двадцать секунд. Идёт на рекорд.

«Ты растолстеешь не раньше, чем меня примут в центр подготовки космонавтов»,

— пишу ей ответ и на следующие несколько минут отвлекаюсь на переписку. Сижу чуть сгорбившись и загородившись волосами, поэтому лишь мельком успеваю заметить силуэт, присевший рядом.

— Прости, опоздал. Не по-джентльменски, но в оправдание скажу, что пришёл не с пустыми руками, — мои пальцы замирают над электронной клавиатурой, когда перед моим лицом замирает белая роза.

Ой, дождалась, кажись. Сейчас узнаем, кто есть кто и насколько близко к истине завела меня моя хромающая на логику, аргументированные доводы и всякий здравый смысл дедукция.

Сердце предупредительно ёкает и на скоростном лифте спешит к пяткам. Тоже на панике, однако отступать поздно. Я ведь сама настояла на этой встрече, так и нечего теперь врубать заднюю.

Принимаю цветок и, набравшись смелости, вскидываю голову...