Тайный ребенок от ректора. Оттенки прошлого

Глава 12. Милена

Непонятно как оказываюсь в главном зале академии, где бывала всего один раз, и то, когда мы с Сарой бежали мимо после того, как Егора Громова чуть не убили.

Останавливаюсь около доски с фотографиями преподавательского состава, чтобы отдышаться и немного прийти в себя. Успокоиться и прекратить себя вести, как нашкодившая школьница. Сбегать от своих проблем.

Кидаю взгляд в сторону, на несчастную доску с фото педагогов, которым выпало нас обучать, как сразу же сталкиваюсь со знакомыми чертами лица.

Он и тут!

И в академии он занимает должность декана хореографического факультета. Медленно опускаю взгляд вниз, читая имя под фотографией взрослого бородатого мужчины.

«Громов Владислав Данилович» — гордо красуется надпись, и мужчина на фото смотрит на всех надменно.

О боже! Моя Алёнка от Громова!

Сильно зажмуриваю глаза в надежде, что всё это не то. Иллюзия. Обман зрения. Что мне просто кажется. Но, открыв глаза, передо мной вновь этот черноволосый мужчина с бородой. Отец моей Алёнки. Я не могу его перепутать, потому что память у меня фотографическая, и его лицо я запомнила, как и всех, кого когда-либо встречала.

Нахожу рядом фотографию Егора Громова, который тоже занимает должность декана факультета хореографии, но снизу наклеена приписка. «На больничном. Замещает Владислав Данилович Громов».

Есть ещё фотография их третьего брата, занимающего должность ректора академии. И выглядит он даже моложе младшего Громова. Без бороды, худенький, в костюмчике. А-ля только отучился и занял свой пост.

— Твою мать! — чертыхаюсь и, достав телефон из кармана, набираю того, кто точно должен разбираться в том, что происходит. — Егорчик, привет!

— О-о-о, моя белая рабыня, — отзывается он, и я даже через трубку чувствую его улыбку. — Решила узнать, как дела у хозяина?

— Ха-ха, — демонстративно смеюсь над его шуткой. — Дело серьёзное, Егор. Расскажи о своём брате Владиславе?

— Громовы своих не сдают, — «обнадёживает» меня. — Только если их не обидят. Тебе повезло, Милена, — хмыкает злорадно. — А что натворил? Подкатывал? Ты ему коленкой зарядила, и он пообещал тебя убить?

— Хуже.

— Ты его убила? — задаёт вопрос серьёзным тоном. — Решила, раз одного Громова не убила, со вторым всё получится?

— Если бы, — вздыхаю. — Мне нужно узнать. Он может переспать с девушкой и сбежать?

— Ну… — тянет, не зная, как ответить. — Он со всеми так поступает. У него серьёзных отношений особо никогда и не было. Хотя были разок, но я не вникал. Или он тогда ради отца что-то мутил. В общем, не знаю я.

— Ясно, — вздыхаю.

— А что, понравился? — резонно интересуется. — Ну, вообще ты странная, Лен. Я к тебе даже не подкатывал, и ты меня покалечила, а этому дикарю дала, потому что он подкатывал. Ну, блин, где справедливость?! Может, мне тоже надо было подкатывать, чтобы целым остаться? — якобы ругается и неожиданно начинает хохотать. — Твою мать! Я не могу с этой Сары!

— Что там? — хмурюсь.

— Рыбу мне на гриле жарит, — рассказывает, заходясь от смеха. — Под дождём! И у неё рыба пригорела. К решётке приварилась. И почти всё теперь под решёткой. Кажется, я останусь голодный! Вот же кадр! И как ты с ней дружишь? О боже! — не может остановиться. — Я должен это снять на видео, Лен! Потом наберу!

Отключившись, долго смотрю на экран, не зная, что думать. Всё сходится. В тот вечер я переспала с Владиславом Громовым, а потом он сбежал, как обычно. Его брат это подтвердил.

Невесело!

— Мама! Мама! — Алёнка бежит ко мне и сразу же падает в объятия, когда я опускаюсь на корточки. — А я себя плохо вела, но мне об этом сказали, и я извинилась! И я особенная!

— Плохо себя вела? — повторяю, и она кивает, принимая последствия за свой поступок.

— Я помню, мама! Сегодня без фруктовых чипсов и мультиков перед сном, — произносит, чем радует меня.

Алёна у нас та ещё заноза и шкода иногда, но свои проступки всегда признаёт и несёт за них небольшое, чисто символическое наказание. Папа придумал эту систему ещё для меня, а теперь мы её на Алёне используем.

— Отлично!

— А сейчас пойдём пить чай с моим учителем? — выбирается из моих объятий и тянет мне руку. — Нас уже ждут, мамуль! Некрасиво заставлять людей ждать!

— Кто ждёт? — с ужасом в голове уточняю, и Алёна, развернувшись, указывает пальцем на того, кого сейчас видеть точно не хочу.

— Это мой друг, мама. Мы с ним всегда чай пьём и пирожные иногда едим. А иногда его мама что-то делает, и он приносит, а потом мы кушаем! Она очень-очень-преочень вкусные булочки с лимоном делает! — тараторит дочь, говоря об этом с огромными горящими глазами. Что даёт ясно понять, что моя Алёна влюбилась. Влюбилась и привязалась к своему биологическому отцу, даже не подозревая, что это и есть её отец, которого злая ведьма заколдовала.

И не должна узнать, иначе быть беде.

— Нет, Алёна, мы не пойдём сегодня пить с ним чай. Даже не думай об этом.

— Ну, мам!

— Нас дедушка дома ждёт! Ты не забыла, что сегодня мы должны меню согласовать с поварами? И к врачу нам ещё надо успеть! Так что неси свои вещи и поехали.

— Ладно, — расстроенно соглашается, но всё равно надувается на меня. Не любит моя малышка, когда её планы обламывают.

Я, собственно, тоже. Я рассчитывала никогда в жизни больше не встречать этого подлеца, что воспользовался и бросил.

***

— Я думаю, лучше сделать барбекю, — произносит папа, рассматривая варианты празднования моего дня рождения на планшете. Он сам их целый день собирал. — Закажем закуски из нашего любимого ресторанчика, и я лично сделаю мясо на огне! Всё, как мы любим! Курица, говядина и рыба. Ты же немного гостей позовёшь? Если да, то наймём кого-нибудь, чтобы помогал мне с мясом.

— Да я вообще никого не хочу звать, — вздыхаю, листая картинки на папином гаджете. — Я бы лично только Сару с родителями пригласила. Да и Аурору, Вику с малышнёй, Алекса и Марка. Ну а кого ещё звать? Не хочу толпы. Только свои.