Электричка пришла по расписанию. Заняв свободные места, до Москвы они ехали в молчании.
В Москве пересадка была на бегу. Всего за двадцать минут, они купили новые билеты до Владимира. По дороге к перрону успели купить первые кроссворды, и забежали в поезд.
— Фув, ну и пробежка, — баба Зина запыхавшись, тяжело дышала, обмахивая себя журналом. — Давно так не бегала за электричками.
— Давай садись, вон места, — Святослав приметил свободную лавку. — Поехали бы на следующей.
— И речи быть не может! Если есть шанс успеть, то всегда можно поторопиться. И меня не греет мысли торчать на вокзале. Если тебе в новинку, всегда можешь сам вернуться сюда и все рассмотреть. Я хочу быстрее добраться до места. Кстати, мы приедем, а дальше куда? Нужно знать точное место, чтобы навигатор проложил дорогу.
— Вот, — Святослав протянул адрес, написанный на куске бумаге.
Развернув, Зина увидела только одно слово: Радужный. — И, что это значит?
— Это место, от которого я поведу.
— А как ты поведешь, если даже номер дома не написан?
— Очень просто, нам нужно болото. По запаху я легко нас выведу, — ответил он на вопрос Зины и убрал листок с адресом обратно в карман.
— В смысле болото? Когда, ты говорил изгой, я не думала, что настолько!
— Ему нет места в нашей стае, и нет места у кровопийц. В городе он сам отказался жить. Он сам сделал свой выбор поселиться на болотах.
— Он его не делал. Этот выбор сделали за него! Вы все бросили мальчика за то, что его родители полюбили друг друга и не захотели враждовать. Он уникален, вы сами мне это говорили. И такую уникальность бросили.
— Ты не понимаешь… — напряженным голосом, сквозь зубы процедил Святослав.
— Да, я не понимаю, — перебила его Зина, — как можно быть настолько эгоистичными, чтобы бросить мальчика одного, только потому что он не такой!
— Ррр-рра!!! — Святослав зарычал в ответ с такой силой, что на них обернулся весь вагон.
— Эгоист и ещё неуравновешенный, — спокойным голосом подытожила баба Зина.
— Женщина у Вас все в порядке? Давайте мы потеснимся, и Вы к нам пересядете! — предложила женщина, сидящая в соседнем ряду.
— Спасибо, всё хорошо. Просто, правда многим не нравится, и не все её могут принять, — ответила она, отказываясь от предложения.
— Успокойся и больше так не делай! Ты не один в вагоне! Тем более тут наверняка есть дети, которые могут испугаться. Умей держать себя в руках, ты же вожак.
Святослав сжал руки в кулак с такой силой, что костяшки побелели. Ему хотелось перевернуться и убежать подальше от дерзкой женщины, выпуская свою ярость. Он пытается с ней поговорить по душам, а она только издевается над ним и не упускает возможность уколоть.
— Пиво. Соки. Вода. Шоколад, — по вагону пошли продавцы с мелочёвкой.
— Воды пожалуйста и шоколад, — Святослав достал кошелёк и протянул купюру.
— Возвращаясь к разговору о благах цивилизации, вы все же пользуетесь ими, раз можешь делать покупки.
— Пользуемся, но не всеми и не всегда. Многие члены общины не признают вещи, созданные людьми, как и самих людей. Кто-то наоборот, строит бизнес с людьми, во благо себе и стае. Разрешено только общение, без заключения браков. Раскрытие своей сущности карается жизнью.
— Тогда почему ты…— не смогла закончить свой вопрос Зинаида.
— Жив?
— Да. Ты же раскрыл мне свою тайну.
— Во мне течёт кровь вожака. Это весомый аргумент, но и он не является гарантией.
— Так, что же тебя тогда спасло?
— Ты и твоё молчание. Я поклялся кровью. Кровавая клятва меня убила бы сразу, если бы ты рассказала кому-то про мою особенность. — Святослав отвернулся и смотрел в окно.
Они быстро летели к своей цели. Пейзажи менялись с невероятной скоростью.
Сама не веря в это, Зинаида положила руку на его ладонь. Это было, как удар молнии, проходящий в самое сердце. Он сносил. Он сметал. Святослав повернулся. Он не верил. Он боялся пошевелиться и испортить это мгновение. Кажется, время остановилось. И рядом с ними не было ни единой души. Только он и она. Только она и он. Были только они. Одно целое.
— Я бы никогда и никому… — еле шевелящими губами произнесла Зинаида.
— Я знаю и никогда не сомневался в тебе, — ответил Святослав.
— Но это ничего не меняет и не сотрёт этих лет, — она убрала руку. Кожа руки все ещё чувствовала его, такого родного и любимого. За столько лет она так и не смогла полюбить другого мужчину, хоть и были достойные претенденты.
— Я каждый день себя ненавидел за то, что выбрал долг, а не тебя. Хотел уйти, но боялся, что ты нашла другого, а если нет, даже на порог не пустишь.
— Что было, то прошло. Прошлого не вернуть, — тихо ответила женщина, стараясь скрыть внутреннюю грусть.
— Шоколад тебе, — он протянул Зине плитку шоколада, купленного в поезде.
— Спасибо. Я люблю шоколад. Особенно на булочку намазать, — улыбнулась она в ответ и приняла угощение.
— Сколько нам ещё осталось? — Святослав решил перевести тему разговора. Было слишком больно на душе.
— Так, давай посмотрим. Мы проехали Дрезну. Ещё около часа. Я не знаю она идёт со всеми остановками или нет.
— Хорошо. До темноты должны добраться.
— Как ты планируешь договориться с мальчиком?
— Думаю еще, но я уверен мы договоримся. Я сделаю все от меня зависящее, чтобы спасти Дарью.
Солнце светило во всю. Интересно, который час. Я попробовала сесть. Кряхтя, приложив усилия мне удалось сесть на край. Приметив костыли, я попробовала встать. Хотелось в туалет. Не спеша, я сделал необходимые процедуры. На выходе из уборной меня встретила Беляна.
Отредактировано: 24.11.2024