Так звучит любовь

Глава 1. Майли

— Калеб, быстрее перекрой воду! — я пыталась рукой зажать трубу под раковиной, которую в очередной раз прорвало.

Брат вихрем влетел в нашу крошечную кухню и повернул вентиль на видевшей лучшую жизнь трубе.

Я печально взглянула на то, что хозяин у которого мы снимаем квартиру — мистер Киперман — называет трубопровод. Труба давно поржавела и прогнила, и даже несколько фильтров, которые мы установили с Калебом на кран, не помогают до конца очистить воду.

Тут же в дверь раздался оглушительный стук, который больше походил на грохот.

— Майли! Открой! Я знаю, что ты там!

Я прошлёпала ко входной двери, оставляя за собой отметины от мокрых ног.

Собрав в кулак своё самообладание и натянув улыбку, я распахнула дверь.

— Что опять у вас стряслось? Клянусь, если ты сломала ещё хоть что-то…

— И вам здравствуйте, мистер Киперман.

Я отступила в сторону и хозяин этого квартирного комплекса — уже немолодой еврей с аккуратной бородкой и толстенными очками на носу — направился прямиком на кухню.

— Вы опять сломали этот чертов стояк! — констатировал он, оглядывая небольшую лужу, которая успела набежать.

— Было бы что ломать, — огрызнулся Калеб. — Эта квартира рассыпается сама по собой!

— Калеб… — тихонько шикнула я на брата.

Ему было всего пятнадцать, и сейчас он проходил тот самый «трудный» возраст.

Мистер Киперман зло сощурил на него свои глаза, которые за толстыми линзами очков казались маленьким бусинками, но промолчал. Вместо этого он направил своё негодование на меня.

— Чтобы к завтрашнему вечеру трубу починили и!… — он грозно выставил свой указательный палец. — За это с вас ещё пятнадцать долларов сверху.

На этом он развернулся и, наконец-то, покинул нашу квартиру.

— Как ты можешь терпеть всё это, Майли? Он же просто ничтожество! — разочаровано посмотрел на меня Калеб.

— Ты знаешь почему. Он единственный, который сдает нам квартиру за такие гроши.

— Это не квартира, а просто какая-то дыра! И он постоянно находит причины, чтобы взять с наш больше, чем положено!

Калеб подхватил свой рюкзак, который бросил при входе в кухню и направился на выход.

— Эй! — окрикнула я брата. — А завтрак?

— Я поем в школе. — кинул он на прощание, прежде чем скрыться за дверью.

Я тяжело вздохнула и опустилась на стул, который предательский заскрипел подо мной.

Я правда старалась быть хорошей старшей сестрой, но у меня это выходило плохо. Я была абсолютно не готова, когда авария унесла жизнь наших родителей пять лет назад. Да и как к этому можно быть готовым? Вот ты беспечная двадцатилетняя студентка академии искусств, а потом, в одночасье, тебе приходится стать опекуном десятилетнего ребенка.

Калеб не жаловался, точнее, жаловался редко, понимая, как мне тяжело.

Мне пришлось уйти сначала в академ отпуск, а затем и вовсе бросить университет, так как нужно было работать.

— Работа! Боже, я же опять опоздала! — я пулей бросилась в спальню, чтобы переодеться, ведь предыдущая одежда безвозвратно испорчена ржавой водой.

Схватив с вешалки первое попавшееся платье, я быстро натянула его на себя.

Ну… Неплохо.

Я быстро бросила на себя взгляд в зеркало, которое висело на двери шкафа.

Лимонного цвета платье было чуть ниже колен, разлетаясь к низу клёшем.

Непослушные каштановые волосы, которые отливали медным оттенком, были туго завязаны в строгий пучок. Косметики, как обычно, минимум.

Позволить такси я себе не могла, поэтому пришлось сорок минут томиться в душном и забитом метро. Поезд мчал меня на окраину Бруклина, в музыкальную школу, в которой я пыталась научить юных чад нотной грамоте и игре на фортепиано.

— Адамс! — звучный голос директора школы остановил меня буквально на пороге моего кабинета.

Чёрт! Ну почти же получилось…

— Мистер Хофман, доброе утро.

— Утро закончилось час назад, а сейчас уже обед! Я долго пытался войти в твоё положение и закрыть глаза на вечные опознания, но с меня хватит! Это был последний раз, когда ты опоздала. Если ты задержишься ещё хоть на минуту, можешь больше не приходить. Ты меня поняла?

— Да. — тихо пискнула я.

Мистер Хофман скрылся в своём кабинете, как только хлопнула его дверь, из кабинета, который располагался напротив моего, высунулась белокурая головка моей коллеги и единственной близкой подруги Арлин.

— Сегодня наш брюзга не в духе. — она проследовала за мной.

Кабинет музыки встретил привычной прохладой и легким запахом канифоли.

— Это просто катастрофа! Я не могу потерять эту работу!

— А может, оно и к лучшему? — подруга загадочно улыбнулась. — Я ждала тебя всё утро, чтобы сообщить.

— Сообщить? Что?

— Помнишь, я тебе рассказывала, что меня приглашают работать частным учителем?

— Да. — утвердительно кивнула я.

Как же можно забыть? Полин горела этим. Ведь это был прекрасный шанс: хорошие деньги и прекрасные условия.

— Тебя взяли? — с надежой поинтересовалась я.

— Взяли тебя! — улыбаясь выпалила она.

— Прости… Что? — я на секунду, кажется, даже зависла.

— Эта работа — твоя, если ты захочешь, конечно. Оказалось, что работодатель находится в стране под названием Эстрелия.

— Эстрелия, это вообще где? — перебила я подругу.

— Это где-то между Францией и Италией. — отмахнулась от меня Арлин и продолжила. — Так вот, естественно, я не могу туда поехать, у Лиама только-только дела пошли в гору и его магазинчик стал приносить неплохую прибыль.

Лиам, жених Арлин, держал небольшой эзотерический магазин, со всякими странными сушеными лягушками, летучими мышами и хрустальными шарами.

— А я тут причём?

— Они были настроенны, что придётся искать нового учителя. Я рассказала Смиту о тебе, сбросила видео твоих выступлений, когда ты ещё училась в академии. И, вуаля, твою кандидатуру утвердили.

Я хлопала глазами, пытаясь переварить все что только что у слышала.

Эстрелия, работа, другая страна….