Такая другая я

Глава 1

Никогда не задумывались, как на самом деле выглядят эти пресловутые «идеальные отношения»? Я – да. И чуть не утонула в пучине депрессии, отчаянно листая социальные сети в попытках найти «ту самую» пару человеков, олицетворяющих собой эталон взаимной любви.

Деланные фальшивые фото, громкие текстовые послания. Благоухающие веники, коробки конфет. Что только не засунут в кадр чтоб доказать всем вокруг, что их любовь – истинная и непоколебимая. Хотя кого я тут обмануть решила? Вся эта мишура лишь с одной целью – вызвать зависть. Людям нравится чувствовать свое превосходство, для того и были созданы социальные сети.

Да, вы наверняка угадали, в любви мне не везет. Но спешу расстроить: не везет мне лишь в самой любви, а вот все сопутствующее – хоть тазиком вычерпывай. Заела горе разочарования очередной подаренной шоколадной конфетой и чуть не хлопнула себя по лбу: опаздываю на единственное радостное рандеву в своем расписании – встреча с официантом в кофейне возле дома. Горячее не пью, поэтому делаю заказ в телефонном режиме за пол часа до выхода. Вот и сейчас, мой кофе уже должен быть на столике. А если честно – уже во мне, трястись по ухабам кривых-косых дорог на встречу со стилистом Павликом, судьбой которому предназначено укоротить мои космы и придать им божеский вид. Сейчас они выглядят настолько затрапезно, что без слез не взглянешь.

А вот и сам Павлик. В сообщении умоляет простить, форс-мажор дома, опоздает на час, минимум. Уж не знаю, что у него такого случилось, но, Пашенька, твои беды мне на руку.

Кто по мне скажет, что еще пол часа назад я была молью с мешками под глазами, без намека на ресницы или брови? Разве что настоящий эксперт макияжа. Но даже ему, этому самому эксперту, ни за что не придет в голову, что три года назад я из себя представляла. Даже не так, «ЧТО я из себя представляла». Теперь хорошо, да.

Драные джинсы, кроссовки «видавшие виды», волосы а-ля сено, косметика разбегается по лицу и становится так страшно, что проще убрать ее на полочку и не смотреть даже. А манеры! Какой девицей была! И в морду дать, и на ботинок плюнуть. Сказка, а не девушка. Прям дух захватывает от воспоминаний о старой Вике, от которой осталась только привычка курить и пара-тройка рокерских футболок, да и в тех я только сплю в «женский день».

Парадокс в том, что тогда я точно была совершенно счастлива. Работа оплатой труда не баловала, в отношениях перекати-поле, образцовые девушки смотрели с жалостью, мужчины видели во мне «брата», к которому не стыдно и за советом подойти, и на разборки взять. Сами понимаете, мало кто из мужчин пойдет на свидание с лучшим другом. Но я и не переживала об этом. Мне всегда было с кем пройтись, посидеть в общепите, «перетереть о жизни». До того злополучного дня в универе.

Последний курс, магистратура. Мы только что отгремели защиту с парнями в недорогой забегаловке, чтоб по карманам еще-студентам-инженерам не били уж очень отчаянно. Я не была пьяна, хотя честно влила в себя пару шотов и сейчас сидела с каким-то сладким лонгом, который на вкус напоминал жидкое мыло, да и по зеленоватому цвету подходил в самый раз. Поэтому, вздрогнув от звука открывающейся двери заведения, честно удивилась.

На пороге стоял парень, на несколько лет старше нас с одногруппниками. Высокий, рыжеволосый и худощавый – совершенно не мой тип, мне тогда нравились мальчики-мишки, чтоб мое лицо можно было спрятать в одной их ладони вместе с внушительными щечками. Да, худышкой меня тоже нельзя было назвать даже с натяжкой, а дополняя образ сутуловатой походкой и короткой стрижкой – не удивительно, что даже преподаватели звали меня «Витяй». И тут этот атрофированный образ мужчины поворачивает голову в мою сторону и я явственно чувствую, что пора идти мыться – большего отвращения во взгляде я не видела нигде и ни у кого. Он смотрел на меня так, словно недоумевал, как бомжа додумались посадить за стол и почему этот бомж трогает его еду. Короче, по-доброму так посмотрел, чуть не подавилась пресловутым лонгом.

Следом за ним впорхнула девушка и мертвой хваткой вцепилась в Рыжулю. Видимо, испугалась упасть на своих ходулях и приземлиться аккурат на накрашенное лицо. Косметика нынче дорогая, как жаловался когда-то Денис, закупая химический камуфляж для своей зазнобы. Могут себе позволить – пять лет вместе. Именно Денис мне потом объяснял, что за зверь этот «бронзер» и что «хайлайтер» - это не просьба отправиться в пешее эротическое по-немецки.

Но в тот момент все мое нутро взбунтовалось. Обида взвинтила меня до предела, подхватила когтистыми лапами и бережно поставила ножками на трамплин, откуда теперь я собиралась прыгнуть в пучину «нежности и женственности».

- Мужики, Витяй одумался, Витяй хочет стать Викой, - со всей своей ненавистью прохрипела куда-то в стол, стараясь не встречаться глазами с опешившими ребятами.

Я могла этому задроту о его простате рассказать больше, чем он узнает за всю свою жизнь. Могла разобрать тачку его папаши и собрать ее заново в течении суток. Двенадцать часов – если машина мне знакома. Я могла работать за фрезерным станком десять часов к ряду, обрабатывая заготовки «на глаз» с точностью до десятой миллиметра. И отходить его по физиономии так, что на глаза не стыдно показаться будет только пластическому хирургу – этим фанатикам будет интересно собирать пазл обратно. И этот тощезадый черт считает, что имеет право на меня так смотреть? Или курица, висящая на его локте, совершает крайне сложную работу, обрисовывая свою мышиную морду под человеческий облик?

В общем и целом, все понятно. Меня тогда почти что порвало во все стороны от гнева. А вот товарищи с легкостью согласились помочь. Как вы представляете себе свиту из троих парней в магазине женского белья? Надо было сделать парочку фото, на нас разве что пальцами не показывали. Или показывали, но я тогда была занята примеркой очередного выбранного комплекта и мало думала об окружающих.