Такие разные близняшки

39.

Войдя в квартиру, Лика осознала свою вину, и стала просить прощения за то, что никого не предупредила, и не сказала, куда она уходит. Генриетта обняла дочь, и тихонько шепнула ей:

– Никогда так больше не делай! Я чуть с ума не сошла, это мягко сказано, а папа, вообще, рвал и метал. Это на тебя не похоже, не бери пример с Лины. Будь умницей, девочка моя!

– Хорошо, мамочка! Я больше не буду, – произнесла Лика, и все расхохотались, и вспомнили, как она извинялась, когда была маленькая.

Вот так прошёл первый день взрослой жизни близняшек. А на следующий день каждая из них отправила по электронной почте документы в выбранный ею вуз. Оставалось ждать результатов, но девочки были уверены, что их примут в институты без проблем. У Лины были хорошие задатки для актёрской профессии, а кроме того, хорошая наследственность, а Лика, благодаря бабушке Вале с детства хотела стать врачом.

Довольно быстро пролетел месяц каникул, и в начале августа Феликс должен был уезжать в Париж. К этому времени девочки уже знали о том, что они зачислены на учёбу в свои институты, и радовались, что будут заниматься любимым делом.

Лика заметно переживала, что надолго расстаётся с любимым, а Феликс просто места себе не находил. У него было какое-то нехорошее предчувствие, что что-то может произойти, но он боялся рассказать девушке о своих подозрениях.

В последний день перед отъездом Феликс позвал Лику к себе в гости. Его родители организовали прощальный ужин, и хотели, чтобы их сын не чувствовал себя одиноко, и сами предложили Феликсу пригласить его любимую девушку. Они знали о том, что их сын влюблён в Анжелику, которая им очень нравилась, и лучшей жены для него не желали. Но почему-то они боялись, что Лика не дождётся Феликса и выскочит замуж, как только он уедет, поэтому его мама – Зинаида Фёдоровна, хотела поговорить наедине с Ликой, и узнать о её планах относительно их сына.

Ужин прошёл в тёплой семейной обстановке. Все вели себя непринужденно, даже Феликс немного расслабился, выпив шампанского, и не чувствовал напряжённости, которая появилась в последнее время. Когда все наелись досыта, Зинаида Фёдоровна попросила Лику помочь ей убрать со стола, а заодно и поговорить с ней.

– Анжелика, детка, я хотела задать тебе пару вопросов. Пойми меня правильно, Феликс – наш единственный ребёнок, и мы очень за него переживаем. С самого начала вашей дружбы мы поддерживали его, а со временем, когда вы подросли, он признался мне, что очень любит тебя, и мы с папой одобрили его выбор. Сейчас перед вами стоит серьёзное испытание ваших чувств на прочность. Одни говорят, что в разлуке чувства укрепляются, а другие считают, что любовь может пройти, поэтому я хочу знать, насколько ты готова к разлуке, и что думаешь сама по этому поводу?

– Зинаида Федоровна, я тоже очень люблю Феликса, и для меня он – самый лучший в мире, единственный, и кроме него мне никто не нужен. Мы с ним много говорили на эту тему, я буду ждать его, пока он учится, и сама буду получать образование в мединституте, а потом, когда мы станем на ноги, можно будет говорить о свадьбе. Не сомневайтесь во мне, я никогда не предам Феликса, и если Богу будет угодно, то мы обязательно будем вместе.

– Спасибо за откровенность, ты рассуждаешь, как взрослая, и я вполне удовлетворена твоим ответом. Ты извини меня, если я поставила тебя в неловкое положение, но я хотела бы знать, были ли вы с Феликсом близки?

– Что вы имеете в виду? В смысле близки? Мы с ним не просто близки, мы родные души, он – моя вторая половинка.

– Я имела в виду…, и спрошу прямо: ты спала с моим сыном?

– Что вы! Как можно? Мы только целовались и обнимались, и нам было очень хорошо, а что это преступление?

– Ну, слава Богу! А то я знаю, вас акселератов! Извини, девочка, я не хотела тебя обидеть, и сейчас понимаю, что была бестактной. Прошу прощения, только, пожалуйста, не говори ничего Феликсу.

– Хорошо, я вас понимаю, каждая мать заботится о своём ребёнке, поэтому я на вас не сержусь, хотя мне было неловко, когда вы задали мне вопрос о близости.

– Ладно, давай пойдём к нашим мужчинам, а то они, наверное, уже скучают, - сказала Зинаида Фёдоровна, завершая разговор.

Феликс пошёл провожать Лику, и ненароком поинтересовался, что она так долго делала на кухне с его мамой. Он знал, что его мать иногда вела себя бесцеремонно, поэтому, заметив лёгкое смущение Анжелики, он догадался о том, что, возможно, у них состоялся разговор по душам.

– Что тебе сказала моя мама? Ты какая-то растерянная, она, случайно, тебя не обидела?

– Ничего особенного, просто она волнуется, так как ты надолго уезжаешь, и она будет по тебе очень скучать.

– Интересно, как это она будет скучать, если они с отцом бывают в командировке в Париже как минимум раз в месяц. Ты что-то темнишь, с каких пор ты стала от меня скрывать правду? Давай, колись!

– Она просила меня ничего тебе не говорить, и я дала ей слово.

– Ты мне сейчас всё расскажешь, или я никуда не поеду! Ты этого хочешь? Лика, пожалуйста, ты же знаешь, что я умею хранить секреты, но я должен быть в курсе того, что между вами происходит.

– Ладно, только не выдавай меня! Она интересовалась, не спим ли мы с тобой? Потом она также хотела знать, какие у меня намерения по отношению к тебе, и буду ли я тебя ждать?