Такое Досталось Время...

ГЛАВА 2

ЛЕТО 1941

Маруся восхищённо смотрела, как алый рассвет окрашивает небо. Из кабины самолёта это зрелище было так прекрасно! И девушка улыбалась. Её мечта, наконец, сбылась. Она лучшая курсантка на всём потоке. Учёба давалась ей легко, она всё схватывала на лету. И полёты – её стихия. Казалось, что она рождена для неба. И даже её дядя Стёпа, особенно строгий к ней, признавал это. Поэтому часто ставил ведущей при тренировочных полётах в группе.

Мишутка её уже год как учился в спортивном училище. Гордость города. Лучший стрелок. И он всё так же увивался за Женечкой, которая не обращала на него внимание, пробивая себе дорогу в хирургию.

- Представляешь, этот противный профессор Зимин не собирался допускать меня к операционным как доктора. Мол, женщинам там место только медсестрой. А я доказала ему обратное! Ты не представляешь, сколько с меня потов сошло, когда я контролировала себя, чтобы не дрожали руки, когда он всю операцию смотрел за моими действиями. И в итоге, нехотя признал, что я не так уж и безнадёжна. Так что скоро я смогу стать практикующим хирургом.

Маруся радовалась за подругу, которую теперь почти совсем не видела. Их жизнь, в погоне за мечтой, не была такой уж и простой, но она была счастливой.

И в один деть в эту жизнь ворвалась ОНА…

Война…

В первые дни войны в их городе было относительно спокойно, но спустя пару месяцев началась эвакуация. Их училище отправили за Урал, спортивную школу, где учился Мишутка, также эвакуировали в этот же город. Женечка же с первых дней ушла на фронт медсестрой. Мишутка решил уйти следом за ней. Записался добровольцем. Маруся и сама было, едва не записалась, но удержал дядя.

- Опытные лётчики ушли на фронт. Кто будет помогать обучать пополнение? Это теперь наша миссия.

И Маруся осталась. До зимы сорок первого помогала дяде обучать новый лётный состав по ускоренной программе. А по ночам выла в подушку, переживая о судьбе брата и Женечки. Но те, как и обещали, исправно писали письма, хоть и доходили они с большим опозданием, Маруся радовалась каждому из них и бережно хранила в резной шкатулке. Связь же с Борисом оборвалась. Она писала десятки писем, но ответа не было….

А в январе сорок второго пришло предписание. И всех более-менее опытных лётчиков и лётчиц из их училища отправили в различные авиаполки. И Маруся попала в ночной легкобомбордировочный авиационный полк.

Всю зиму и весну более чем сто девушек готовились к боевым вылетам, изучали район боевых действий.

И в начале лета сорок второго года несколько экипажей были отправлены на своё первое боевое задание. Экипаж Маруси в том числе.

Сказать, что ей было не страшно? Страшно!! Так, как никогда в жизни, но она стиснула зубы, чтобы ничем не выдать свою внутреннюю дрожь. Быть такой, как её напарницы. Эти женщины, казалось, были сделаны из стали. Они были бесстрашными. Некоторые из них уже побывали в страшных боях в самом начале войны, прошли кромешный ад.

Из первого боевого вылета не вернулся один экипаж. Один из самых опытных…

Маруся лежала на траве и смотрела в небо. Ни облачка. Синь синяя. И тишина. Не гудели моторы, не переговаривались между собой техники. Тренировочные полёты на сегодня окончены, в бой через несколько часов. Время отдыха.

- Говорят, девчат там и похоронили. В посёлке, где упал самолёт.

Рядом с Марусей на траву опустилась Франя Лебедева, девушка, с которой та успела немного разобщаться. Мороз прошёл по коже. За столь короткий период тренировок она летала почти со всеми экипажами первого вылета и хорошо знала погибших.

- На их месте может быть любая из нас… - произнесла она.

- Тебе не страшно?

- Страшно…

- И мне… Тебе сколько лет?

- Двадцать будет, - ответила Маруся.

- И мне, через неделю… И мне страшно, что я умру, так и не узнав, что такое любовь. Не стану матерью… Никогда не покачаю на руках своего ребёнка… А ты любила когда-нибудь?

- Не знаю, - Маруся задумалась, - наверное, нет…

Но тут же всплыли воспоминания о Борьке, о его письмах, о том, как она ждала их и плакала, когда те не приходили. Где он сейчас? Жив ли? Увидятся ли они снова?