Такой горячий, но сладкий кофе

Глава 48

В конце концов, мы с Сашей решили не испытывать судьбу, поэтому наша поездка в Москву вместо запланированной ранее недели ограничилась тремя днями. Вчера мы были на премьере, сегодня едем к Олесе на Рублёвке, а уже завтра вернёмся в Лондон, и теперь уже наверняка перечеркнём прошлое жирной линией. Развода-то никто из нас не хотел. Я думала, что Герц сам меня бросит после того концерта, который мы закатили с Артёмом в фойе, однако, мужчина сказал, что раз между нами ничего не было (надеюсь, Саша никогда не узнает про поцелуй!), то и причин для развода он тоже не видит. А в машине про развод было сказано просто так. Точнее, мужчина думал, что я хочу с ним развестись. А я тоже ляпнула об этом, не подумав. К счастью, в итоге мы разобрались, что никто ни с кем разводиться не желает. А вообще мы с Сашей идеальная пара, верно?

Когда мы завернули на знакомую улицу, до боли знакомую улицу, я невольно закусила губу. Сколько драм разворачивалось в этих домах, сколько слёз было пролито, а слов, сколько слов было сказано не тем людям и не в том месте?

—К Олесе?

Я вздохнула:

—Нет. Сначала покажи мне наш дом.—он едва заметно улыбнулся. Как ни крути, а ему было приятно слышать от меня такую просьбу.

Честно сказать, наш дом мало чем отличался от дома Алексея Владимировича, может, был чуть больше, а в остальном—доски даже краской были покрыты такой же. То ли у младшего Герца фантазия отсутствовала напрочь, то ли он неосознанно во всём копировал своего отца. Благо, наш дом находился вообще на другой улице, поэтому о частых визитах свёкра и речи быть не могло.

—На втором этаже две спальни, на первом, соответственно, одна. В доме не проведено пока отопление, поэтому какое-то время мы поживём у отца.

—Наша комната находится на втором?

Он приподнял бровь:

—Наша комната располагается на первом этаже.

—А зачем тогда столько спален на втором?—я никак не могла разобраться в замыслах супруга.

—Предполагается, что там будут спать дети.

Кем предполагается? Чьи дети? Мы вчера вообще хотели с тобой развестись, Герц, ты помнишь?

—Рано или поздно у нас же будут дети, да?

—Да.

Да. Только у моих будет другой отец, а у твоих другая мать.

Судя по всему, эта фраза была написана на моём лбу, раз Саша поспешил сменить тему.

—Как ты думаешь, эта машинка понравится Афанасию?

Забыла рассказать вам про Афанасия. Сие чудо приходится мне племянником, то есть он сын Олеси и Ильи. Я могла бы добавить, что мальчишка их единственный сын, однако, сестра опять беременна, и пол будущего ребёнка сможет узнать только через пару недель. Так что, возможно, у Фени скоро появится братик, а у меня прибавится головной боли. Нет, я всей душой люблю этого чудного карапуза, хоть и видела его всего несколько раз (ребята прилетали к нам в Лондон), но сам факт того, что Илья уже стал счастливым папашей, не давала Герцу покоя. И он каждый день третировал мои мозги, что нам тоже пора обзавестись потомством, и вообще, мы поженились гораздо раньше ребят! Настолько раньше, что у нас уже, как минимум, должно было быть пять детей! Самое забавное здесь то, что у нас с Сашей есть все условия, чтобы воспитать, хоть десять младенцев, вот только рожать я не спешила. По одной простой причине: я не была уверена, что Александр Герц именно тот мужчина, которого я хочу посылать в два часа ночи зимой за клубникой только потому, что «нам с малышом этого хочется». Малыш. Ненавижу это слово со времён знакомства с Артёмом.

А машинка Афанасию, кстати, понравилась. Но больше всего мальчик был рад тому, что к ним в гости приехали «тётя Марина и дядя Саша»! Такую радость нельзя было держать в доме, она слишком опасна для окружающих, поэтому Феня, Саша и Илья отправились на задний двор опробовать колёса подарка в более жёстких условиях, нежели чем паркет. Мда. Взрослые мужики пришли в восторг от игрушки, конечно, сильней. Позже к ним ещё присоединился Миша; получив специальность «инженера», он временно сидел дома, точнее, на даче, где выполнял мелкие заказы. В доме Олеси мужчина был частым гостем, потому что одиночество его съедало. Как говорится, ни ребёнка, ни котёнка, бабы под боком и той не было.

—Они никогда не вырастут,—улыбнулась Олеся, понаблюдав за ними некоторое время из окна.

Я кивнула:

—Вечные дети.

—От былого счастья не осталось и следа, да?

—О чём ты?

—Ты не выглядишь счастливой женой.

—Ты тоже.

—У меня пятилетний сын, муж- учитель музыки, и я беременна вторым ребёнком. Нет, Марина, я счастлива, но из-за постоянной усталости этого не видно.

—Сочувствую.

—Ну, а ты? Где твой блеск в глазах?

—Я замужем больше десяти лет за лучшим мужчиной на этой планете. Вот только беда в том, что я его не люблю, вышла за него замуж по расчёту, как настаивали друзья и родственники, и сломала нам обоим жизнь. Эге-гей! Где мой блеск в глазах?!

Олеся закусила губу:

—Нужно было думать головой.

—Когда я думала головой, вы говорили, чтобы я не страдала ерундой, ведь другого шанса у меня не будет. Вы говорили, говорили, я передумывала, а вы продолжали настаивать на своём. А вчера я видела Артёма. И ты знаешь, я чуть не изменила твоему дружку с ним. Понятия не имею, что за сила меня остановила, но лучше бы я с ним переспала, серьёзно. Хоть какое-то было бы разнообразие в жизни.

—Ты что, виделась с Артёмом?

Олеся, ты что, глупая? Я только что тебе об этом сказала!

—Да. Он горел желанием поделиться со мной каким-то секретом. Не успел, правда. Саша пришёл. Пришёл и помешал.

—Чему помешал?

—Всему помешал: и секрету, и сексу.

Сестра передёрнулась. Что смутило больше: слово «секрет» или «секс»?

—Хочешь, я это исправлю?

—Что именно?—хихикнула я. Их домашнее вино, видимо, уже начало действовать.

—Я расскажу тебе этот секрет.

—Хочу.

—Только он тебе не понравится.

—Там что-то серьёзное?—смешки становились всё громче.—Или в нём замешана я?