Таков путь перерожденного лорда и величайшего бедствия

Глава 23. Все чаще просыпаются воспоминания

Бродяжка сидел под старым разваливающимся вишневым деревом уже пятый час. Ребенок задавался вопросом, почему его до сих пор не срубили и не выкорчевали с корнями, но ему было велено сидеть здесь, и он сидел. Не то, чтобы это было сложнее, чем помогать в магазинчике тетушки, что в благодарность кормила его, но это было достаточно скучно. Скорее всего учитель рассчитывал, что ненавистный ученик получит тепловой удар и обрадует его своей смертью? Вот только бродяжка обладал крепким здоровьем, поэтому до сир пор и выживал в одиночку. Но мальчик не слишком страдал по этому поводу, и вполне с комфортом ожидал окончания наказания, раздумывая о бессмысленной жизни сухого дерева.

- Ох! – этот возмущенный и отчаянный возглас был слишком громким, чтобы скучающий бедствие не обратил на него внимание.

Лениво подняв взгляд, он увидел юношу старше него, с раздосадованным выражением лица. Его черные волосы были подобраны простой деревянной шпилькой, а одежда принадлежала ученикам третьего лорда. Бродяжка был учеником второго лорда, а третьим был некий Хэн Чуньюй, что держал при себе лишь одного ученика, но за несколько месяцев бедствию не довелось его ни разу встретить. Тем временем юноша опустился на одно колено, и тогда бродяжка понял, что заставило того воскликнуть. Белоснежный сапог был полностью запачкан упавшей на пол разбавленной тушью. Скорее всего юноша развел ее слишком много на уроке и не хотел растрачивать ту впустую, поэтому взял с собой. Но иронично, что именно по дороге он не только ее уронил и разлил, но еще и испачкал достаточно дорогую одежду. Бродяжка даже представить себе не мог, чем можно отстирать такое пятно, при том что сам он обстирал половину школы, в следствии издевательств старших и наставника. Правда, заставляя стирать, никто не подумал о его способностях к этому делу, поэтому и ходили первое время с пятнами как гепарды. Нравится не нравится, а голышом тоже не походишь.

- Это полный провал, - озвучил свои мысли бродяжка, - даже не представляю, как ты будешь это отстирывать.

Юноша обернулся к нему, на лице уже было спокойное и мягкое выражение лица, хотя еще секунду назад он злился.

- Я тоже, - печально произнес он, - учитель настаивает на опрятности внешнего вида. С такими пятнами меня и на порог не пустят.

- Посиди за дверью, - пожал плечами бродяжка, - они на своих уроках так верещат, что слышно на другом конце пика.

- Что ты? – возмутился юноша, но не договорив «говоришь» замолчал, припомнив лицо собеседника.

- Ну я частенько так делаю. Хочешь слушай, хочешь спи, за дверью все равно никто не увидит.

- Тебя опять наказали? – тем временем сочувствующе спросил юноша и сделал несколько шагов к бедствию, чтобы присесть рядом с деревом тоже.

- Снова, - усмехнулся бродяжка, - но сегодня какая-то скучная форма. Я бы лучше пробежал несколько лишних кругов.

- Тебя так часто наказывают, неужели ты совершенно не чтишь правила? – скорее из-за любопытства спросил юноша, поэтому его тон был как прохладный бриз.

- Ха, меня наказывают как раз за то, что я их чту, - при этом он гордо вскинул нос и заулыбался.

Новый знакомый тоже засмеялся, но его смех был тихим как шелест листьев. В этот момент они вдвоем увидели, как двое учеников главы направляются к дому первого лорда, но оба знали, что тот все еще отсутствует, а там живет лишь его единственный ученик. По правде говоря, за все это время бродяжка так же видел его всего один раз. Видимо, у этих двоих был какой-то особый способ совершенствования, который заставлял избегать людей.

- О, - вдруг с легким удивлением произнес юноша, - кажется Тао Донг вышел из уединения.

- Тао Донг? - переспросил бродяжка.

- Ученик первого лорда, - пояснил юноша, - каждый раз стоит ему только выйти из уединения, как ученики главы уже встречают его на пороге и ведут к нему.

- Видать важная птица? – фыркнул бродяжка, с ноткой веселья, точно его описание было издевкой.

- На самом деле, - неожиданно произнес юноша, - он почему-то мне больше напоминает пленника.

Бродяжка искренне удивился такому ответу, но в этот момент увидел, как тот самый молодой человек в серых одеяниях, в сопровождении двух учеников, не выказывающих и капли почтения, направлялся в сторону дома главы школы. Его выражение лица было все так же холодно и отстраненно, а осанка пряма как клинок меча. Он появился всего на пару мгновений, но атмосфера вокруг тут же переменилась, став более загадочной. Это был второй раз, когда бедствие увидел будущего лорда.

«И правда, идет как под конвоем»: задумался ребенок, но очень быстро откинул лишние мысли.

- А мне вот все покоя не дает, - начал он, - это дерево уже трухлявее моего наставника, так почему его до сих пор не срубят?

Юноша на мгновение опешил от такого обращения к наставнику, но поспешно сделал вывод, что уставший от наказания ребенок, просто излил свою обиду в словах, поэтому ответил на вопрос.

- На десятый день освоения школы пришел демон, и тамошний глава школы вбил его в дерево, после чего оно сразу же потеряло свою жизнь. С тех пор дерево считается священным, и остается с тех давних времен.

- Дерево в котором заточен демон стали называть священным? Какой дурак это придумал? – с саркастичным выражением лица поинтересовался мальчик, но он не ждал ответа на свой вопрос.

Юноша вновь потерялся в рассуждениях, а бродяжка задумался на тем, как сильно будет раздражен наставник, если он ночью срубит этот старый куст? Но решив, что за такое его и вовсе могут выгнать из школы, придержал свои идеи при себе.

- Так как, говоришь, тебя зовут? – наконец обратился он к молодому человеку, и тот отвлекся от своих долгих рассуждений.

- Цзинь Ши, - мягко, но учтиво, произнес юноша, - а тебя?

Бродяжка довольно улыбнулся и поспешил ответить.

***

Утром Чи Лао обнаружил, что хорошо выспался, несмотря на нахлынувшие воспоминания и боль в теле после небольшой драки с дедом. Когда он привел себя в порядок и вышел, то сразу увидел Тао Донга без предсмертных признаков и Фэй Мо, который наконец-то полностью пришел в себя и даже накрыл на стол, при всем этом успевая беседовать со своим господином. А вот дед напротив выглядел не слишком хорошо, с позеленевшим лицом.