Таков путь перерожденного лорда и величайшего бедствия

Глава 25. Величайшее бедствие теперь понимает разницу

Как только Фэй Мо стал официальным учеником Тао Донга, тот тут же прочитал ему лекцию об учении и просветлении. Даже Чи Лао невольно прислушался, ведь ему самому никогда ничего не читали, и даже вместо лекций его вечно отправляли на изнурительные тренировки. Впервые от Тао Донга он узнал о том, как важно впервые ощутить Ци, что значит очистить тело и меридианы от примесей смертной жизни. Он рассказал о том, что просветление каждый обретает в своей душе, и совершенствование того происходит всю жизнь. Дуновение ветра, или величайшая скорбь, все из этого может привести к прозрению.

- Свое просветление я обрел во время бури. Виды пика, на котором я рос, открывались на бесконечное море, и в тот день на закате оно пришло в неистовство. Я слышал его рокот, видел, как пенится вода, сокрушительно обрушаясь на скалы, а в небе собираются грозовые тучи. Тогда я впервые почувствовал Ци. Но учитель сказал мне, что так бывает не всегда. Мы обретаем познание, глядя на мир, осознаем мир в себе, но не ступаем на путь благодаря миру. Чаще этому способствует мудрость. Когда впервые ты осознаешь суть мира, ты начнешь путь к осознанию себя.

Фэй Мо не смел перебивать учителя, его глаза были полностью устремлены на Тао Донга, что с теплотой и восхищением рассказывал о деле своей жизни. Не удивительно, что он практически не появлялся среди людей. Но в это же время Чи Лао невольно задумался о том, как он сам обрел просветление. Некому было объяснить ему, что это вообще произошло. Ему просто вручили учения, сказав, что это случилось. Когда Величайшее бедствие впервые почувствовал Ци?

Неожиданно во внутреннем взгляде он увидел старое, давно погибшее дерево, которое не срубали несмотря ни на что, из-за какой-то нелепой легенды. Он так часто отбывал под этим деревом наказание, что невольно проникся к тому состраданием. К сожалению, много позже, это дерево сгорело дотла вместе со своей школой. Но Чи Лао вспомнил, как однажды на заре сидел под этим древом. Тогда он отбывал наказание уже вторые сутки, и ему казалось, что уже нет ничего в мире, кроме этого несчастного дерева. Он долго размышлял о нем, представлял, каким оно было когда-то, но был уверен, что это бревно всегда было жалким, ведь у него не было ни мощного ствола, ни огромных ветвей. А потом он вспомнил рассказ Цзинь Ши, о появлении этого дерева и подумал. А что если дерево было просто еще совсем юным, когда на него обрушилось такое бедствие? Оно просто не успело вырасти, поэтому и осталось на века лишь жалким засохшим кустом. А если бы не случилось того несчастья? Разрослось ли бы это древо в тридцать три кольца? Накрыли ли бы его ветви всю площадь? Закрывало ли бы оно свой кроной небеса?

Именно в тот момент мальчишка почувствовал, как его грудь наполняется чем-то неописуемым. Его разум очистился, погрузился в глубокие раздумья, и он не помнил, как пролетело еще несколько дней. Он вспотел насквозь, а затем его вырвало черной кровью. Тогда бедствие подумал, что он простыл, пока торчал возле этого старого бревна. Только сейчас Чи Лао осознал. Это ведь и было оно. Он обрел просветление, погрузился в медитацию на три дня перед деревом, а после сплюнул скверну бренной жизни.

Как много он не знал, при том, что ведал обо всем.

- До тех пор, пока ты не обретешь путь, я буду учить тебя боевым навыкам и танцу меча, а также давать знание о медицине.

- Про роды только не рассказывай. Пожалей хотя бы одного, - ответил Чи Лао, - или у вас это своего рода ритуал посвящения?

Тао Донг проигнорировал его шутку, хотя на лице появилась легкая бледность, при воспоминании такого светлого события. Горный лорд никогда не претендовал на роль лекаря, прекрасно понимая, что не все вещи в мире он готов равнодушно перенести.

- Пока иди, поразмышляй над этим, а я обсужу некоторые вещи с Чи Лао.

Величайшее бедствие подозрительно покосился на Тао Донга, но даже отшучиваться не стал.

- Слушаюсь учителя, - ответил Фэй Мо, после чего с поклоном покинул помещение.

Теперь Тао Донг остался наедине с Чи Лао. Они оба молчали, поскольку понимали, какой вопрос между ними повис. Тао Донг во многом поступал наивно и неосмотрительно, но его нельзя было бы обвинить в глупости. Разумеется, он давно догадался о том, что у Чи Лао есть некоторая база, а значит, скорее всего, должен быть и учитель. По этой причине, во время посвящения Фэй Мо, Тао Донг не стал предлагать того же Чи Лао.

- Я хочу тебя обучать, - наконец заговорил Тао Донг, - но только твое слово станет решающим.

- Ого, спасибо за такую честь, - ответил Чи Лао, но довольно быстро осекся.

Спроси его об этом Тао Донг пару дней назад, и он бы посмеялся и уж точно не согласился. Чему бы тот смог его научить? Но сейчас ему стало вдруг интересно. Какой путь он должен был пройти, если бы не ступил на темный путь? О чем он так и не узнал?

- Хорошо, учи, - наконец произнес он, и Тао Донг посмотрел на него с любопытством. Под этим темно-серым взглядом Чи Лао почувствовал себя странно, а кожа покрылась мурашками.

- Тогда дай мне свою руку, - перерожденный лорд протянул свою, но бедствие не стал пререкаться.

Они оба понимали, что Чи Лао притворяется, но продолжали играть в эту никому не нужную игру. По условиям этой игры, Тао Донг не мог спросить о нынешнем уровне совершенствования бедствия, а тот не мог ему просто о нем рассказать, иначе бы в воздухе повисли новые неудобные вопросы, которые бы они опять же стали стараться обойти стороной. Но Тао Донгу было необходимо знать на какой стадии пребывает Чи Лао, чтобы понимать, чему его обучать. Когда он слегка надавил на запястье пальцами и начал считать пульс, так же он проник в меридианы, которые бедствие стал послушно открывать, пропуская вторженца. Он все ждал хоть какую-нибудь реакцию от Тао Донга, но тот был спокоен как штиль.

- У тебя хорошая база, но я никак не могу распознать учение, которому ты следовал. Поэтому для тебя мне придется придумать что-то новое, но я не мудрец прошлого, поэтому мне не достает опыта в наставлении.