Таков путь перерожденного лорда и величайшего бедствия

Глава 36. Великие соревнования школы Пяти вершин еще одна ночь

К концу второго дня соревнований Тао Донг стал выглядеть заметно лучше, но бледность еще не ушла с его лица. Оба они прекрасно догадывались, что послужило виной такому состоянию перерожденного лорда, но не могли обсуждать подобное при публике, ем более что теперь любопытных взглядов в их сторону стало значительно больше. Как только прозвонил колокол, объявляющий конец второго дня, народ стал стремительно покидать трибуны, но ни горный лорд, ни Величайшее бедствие не стали торопиться и дожидались, когда все уйдут. Фэй Мо понимающе сидел рядом с ними и не задавал вопросов.

Когда территория опустела, то атмосфера значительно изменилась, став тихой и несколько мрачной из-за заходящего солнца. Чи Лао долго смотрел на кроваво-красный круг в небе, прежде чем обратиться к мужчине рядом.

- Ты сможешь идти?

- Более чем, - легко кивнул Тао Донг, ничем не выражая свое плохое самочувствие.

Строго говоря, не таким уж оно уже было и плохим (разумеется, по мнению самого лорда), просто он ощущал тяжелую сонливость, а тело отказывалось подчиняться, став вялым. Но тем ни менее, он умел брать себя в руки, поэтому поднялся без посторонней помощи и неспешно отправился к воротам. Чи Лао опасался, что там их будет поджидать неугомонный глава, но, похоже, Тао Донг успел его хорошенько помять, поэтому тот ушел зализывать раны. Зато теперь Чи Лао официально более не был связан со школой, что в сущности приятно, но не слишком меняет сложившуюся ситуацию. Это было лишь вопросом времени, а сейчас все сложилось не слишком удачно.

Так или иначе, не спеша они вернулись в свой гостевой дворик, где Фэй Мо спешно начал хлопотать и готовить ужин, а Чи Лао кивнул в сторону одной из комнат.

- Не беспокой нас некоторое время, - сказал он юноше, после чего вместе с перерожденным лордом закрылся в помещении.

Когда Чи Лао обернулся, то увидел, как Тао Донг несколько неловко присаживается на кровать, будто бы он был опьянен. Но при опьянении глаза затуманиваются, а щеки и уши покрывает легкий румянец, а горный лорд был практически болезненно бледен, а его глаза куда больше казались опустошенными, что сразу отрывало от фантазии и заставляло содрогнуться.

- Как ты? – не стал церемонится молодой человек. Впрочем, он и раньше этого не делал.

- Тело все еще не слушается, разум туманен.

- Ты всегда был так легко подвержен ядам? – нахмурился Чи Лао, подходя ближе к мужчине и беря его запястье в свою руку, чтобы посчитать пульс.

- Впервые, - признался Тао Донг. Раньше он мог выстоять против многих вещей, выгоняя с помощью Ци яд и нечистоты из организма сразу, как те в него попали.

- Этот яд напрямик воздействует на душу, а поскольку твоя пробита, он подействовал так легко, - догадался молодой человек, рассуждая о ситуации, но не ожидая ответа.

- Верно, - тем ни менее лорд поддержал его рассуждения, - кто-то нарочно воспользовался туманом, чтобы отравить мои духовные вены. Моя душа все равно сильна, поэтому яд не подействовал сразу.

- И на нас с Фэй Мо, - напомнил Чи Лао, - кто-то изготовил его специально для тебя. Ах, зачем ходить вокруг да около? Этот пес воспользовался сущностью твоей души, чтобы изготовить персональный усиленный яд! Добыть ее для него не составило бы труда.

Тао Донг на это промолчал, а его взгляд стал мрачен.

- Не пытайся его оправдать, - хмыкнул Чи Лао, - уж больно удачно он вызвал тебя на бой ровно ко времени действия яда. Думаю, он даже слегка просчитался, а потому тянул время. У него для этого есть и возможности, и мотивы, а в битве было очевидно, что он ждал именно этого. Стал бы настоящий глава, волнующийся о беглом лорде, видя явные перемены, нападать еще более агрессивно и интенсивно? Ты и сам это понял в тот момент, верно?

Тао Донг лишь прикрыл глаза, но это более чем было ответом на все высказанные Чи Лао слова.

- Ты может и поступаешь по совести, но остальные не гнушаются любых методов, - закончил молодой человек, незаметно передавая перерожденному лорду энергию, чтобы тому стало легче.

Видя, что горный лорд по-прежнему пребывает в смятении, Величайшее бедствие мог лишь вздохнуть. Откуда Тао Донгу знать об искренности, если единственным искренним с ним человеком был учитель, что постоянно оставлял того одного? Чи Лао довелось пережить многое, но в конечном итоге он встретил тех, кого мог даже после перерождения назвать друзьями. А что лорд? Умер как собака среди предателей, спасибо что тело целым оставили для захоронения. От этих мыслей сердце Чи Лао смягчилось. Он вздохнул и стал говорить с меньшим нажимом.

- Забудь, этот человек в прошлом, вот пусть там и остается. Разве тебе недостаточно нас с Фэй Мо? – сказав это, он в смущении убрал наконец руку.

На этот раз Тао Донг мягко улыбнулся, будто хотел засмеяться, но сил на это ему не хватило. Он поднял свои глубокие темно-серые глаза на Чи Лао и сказал достаточно мягко и тепло, без тени печали.

- Ты прав. О большем я и мечтать не мог.

На эти слова Чи Лао покривился. Он считал, что мечтать о своем убийце в путешествии не самая лучшая мечта, но если это заставляет его улыбаться, то и ладно.

- Но меня волнует кое-что другое, - наконец продолжил более серьезно Тао Донг.

Чи Лао побледнел, вспомнив, что ведь теперь Тао Донг точно знает, что он так же из школы Чан, а значит его тайна готова вот-вот окончательно рухнуть, но горный лорд неожиданно заговорил о другом.

- О ране знаешь лишь ты, Фэй Мо и старейшина Юн. Откуда главе Чан было знать, что его яд не просто подействует, но еще в нужный момент? Почему он был уверен, что необходимо травить душу?

Здесь даже Чи Лао задумался. Такие мысли мелькали в его голове, но из-за волнения за Тао Донга, он постоянно упускал их как нити из рук. А действительно, откуда какому-то главе было это знать? Рассказал Фэй Мо? Мальчишка не похож на предателя, умеет держать язык за зубами в нужный момент, смышленый и не скрывает своих целей. Чи Лао повидал много предателей, Фэй Мо бы уже давно себя выдал. Впрочем, он ведь оставался в домике один, частенько убегал из-под их присмотра. Он мог бы надавить на ребенка и сразу бы выведал все, что нужно, ведь уровень совершенствования у того еще мал. Но он бы не хотел зарождать недоверие между ними, поскольку это сорняк, как потом не рви, будет прорастать снова и снова. Старик? Ему явно не нравилась школа Чан, он был доволен тем, что Тао Донг покинул гору. Тот третий? О нем не известно вообще ничего, но мог ли он узнать о травме Тао Донга?