Талант за маской

Глава 8. «Предпраздничная суета».

«Могут сначала казаться зловещими

Те, кто полюбят все твои трещины.

Сможешь однажды, оставить все вещи

Там, где полюбят все твои трещины».

Трек: Бюро — Трещины

1

Чьи-то руки, обжигающие своим теплом, коснулись щеки Ярославы, а затем скользнули ниже на талию, притягивая к себе и обнимая. Находясь в сладкой полудрёме, она таяла от этих нежных и томящих прикосновений. Однако, полностью её разбудил горячий, но в тоже время аккуратный поцелуй. Девушка открыла глаза и, увидев перед собой Грейса, провела пальцами по его слегка колючей и небритой щеке. Лёгкая улыбка украсила её лицо, а он плавно приблизился, снова касаясь губ Яры своими. Также нежно, словно фарфоровую куклу, которая могла в любой момент разбиться в его руках. Его горячее дыхание снова обожгло её, как будто он был раскалённым углём, только что вытащенным из разожжённого камина, а она — кубиком льда из морозилки.

— Ярослава? — их утреннюю прелюдию прервал женский голос и стук в дверь. — Дочка, вы уже встали. Я зайду?

— Да, мам, — крикнула в ответ студентка, отстраняясь от историка.

С тихим протяжным скрипом дверь открылась, и в комнату вошла невысокая светловолосая женщина. Семейные кудряшки сразу выдавали в ней старшую Островскую, мать близняшек Ярославы и Пелагеи. Но в отличие от дочерей она была не такой болезненно худой, даже наоборот. Хотя эту шикарную женщину пышные формы скорее украшали. Они соответствовали её мягкому характеру, делая её похожей на чуть подтаявшее масло на горячем тосте. И вся собой она напоминала пушистую добродушную кошку.

— Завтрак уже готов, — улыбнулась мама, глядя на немного смутившуюся от её неожиданного визита пару. — Доброе утро, Юрочка!

— Доброе утро, Мария Львовна, — тоже с приятной и доброжелательной улыбкой ответил преподаватель.

— Я жду вас двоих на кухне, — добавила женщина, удаляясь и закрывая за собой дверь комнаты.

Оставшись наедине, взгляды влюблённых вновь встретились. Мужчина аккуратно двумя пальцами заправил за ухо прядь белокурых кудрявых волос девушки. Та улыбнулась, чуть прищурившись, как хищная кошка, и обнажая свои зубы с заострёнными клыками, придающими ей игривый вид. Недолго думая, Яра оставила лёгкий и чуть ощутимый поцелуй на щеке своего возлюбленного, а он, совершенно не желая довольствоваться малым, вновь притянул её к себе и впился в её губы так жадно и страстно, как ещё не целовал никого в своей жизни. Сердце девушки затрепетало, как маленькая птичка, запертая в клетке.

— Доброе утро, моя маленькая, — произнес Юрий Михайлович, наконец отрываясь от Ярославы, но его руки всё также были на её талии, не желающие её отпускать.

— Доброе утро, мой любимый историк, — усмехнулась девушка, прижимаясь к мужчине и снова оказываясь в его тёплых и нежных объятиях.

2

За неделю до описываемых событий Пе-Пе предложила Яре поехать на Новый год в родной город к родителям. Младшая близняшка сказала, что поедет только с одним условием, а заключалось оно в том, что Юрий Михайлович поедет с ней. Он поначалу сопротивлялся, но не сильно и недолго, да и планов на праздники у него не было. Россия не была богата на его родственников, а брать билеты в Италию было уже поздно и дорого. Жаба успела вырасти большая и очень толстая: на праздниках Грейс её особенно любил и баловал, покупая колбасу по акции. Это было ещё одно отличие преподавателя от его студентки, деньги в руках которой особо не задерживались и более пары суток не выживали, а аргументировала она это фразой: «Легко пришли, легко ушли».

Кеша же благополучно и весьма успешно получил отвод от данного семейного мероприятия. Он вообще крайне активно избегал встреч с родственниками своей девушки. Собственно говоря, жениться в ближайшее время, а может и вовсе он не планировал, поэтому не спешил знакомиться с родителями своей возлюбленной. Вепс как-то слишком незаинтересованно и поверхностно относился к своим отношениям, что не могли не замечать окружающие.

Если подумать, даже Витя уделял Пелагее больше внимания. Обычно они общались по переписке. Драгунский постоянно был занят, либо на учёбе, либо работал в ночную смену. Пе-Пе пару раз пыталась вызвать у своего возлюбленного приступ ревности, но Иннокентий не проявлял никакого интереса. Ему будто было абсолютно всё равно. Казалось, что даже если Полина скажет, что уходит к Виктору, то парень просто пожал бы плечами и сказал: «Окей».

И в итоге старшая сестра Островская перестала настаивать на праздничной поездке и всем видом пыталась показать, что это её не волнует. Хотя все вокруг замечали, что Пелагея расстроена своими недомолвками с молодым человеком и уже была уверена, что их отношения близятся к своему концу. Настроения у девушки на зимних каникулах не было никакого, и окружающие это прекрасно видели. Спасал положение только Драгунский, заставляющий её хоть изредка улыбаться своим сообщениям.

Что же до Ярославы с Юрием Михайловичем, они так и не разобрались в своих взаимоотношениях. То ругались до битья посуды, то мирились так, что соседи стучали по батареям, но никто из них так и не смог ещё признаться в своих чувствах до конца. Оба не отрицали, что их тянуло друг к другу, но количество недостатков и тараканов на двоих отталкивало. Слово «отношения» никто из них не употреблял. Что это такое в итоге никто не знал, но они так и жили в одной комнате. Только после отъезда Полины и Кеши пара переехала в комнату преподавателя — она была больше и уютнее, да и любимый мужчина всегда был под боком в буквальном смысле.