Талиманская академия строгого порядка

Глава первая

Прибор горел красным. Я постучала по нему снова. Ничего не поменялось. Я выключила и включила розетку. Но капризная техника не делала меня слушаться.

—Черт с ним. —я оглядываюсь на соседку. Она начинает собирать вещи, не слыша моего тихого ругательства.

Я остаюсь наедине с преподавательницей. Она безразлично окидывает меня взглядом, и устало вздыхая.

Такое случается не в первый раз, я в сильных неладах с физикой. Я задерживаюсь на лабораторных. Так уж получилось, но просить помощь-не мой вариант.

—Ужасная дребедень. —я раздумываю над тем, чтобы как в пошлый раз смухлевать и уйти, не разобравшись.

Преподавательница встаёт, и идёт к двери, на ходу мне бросая:

—Доделывай, я скоро приду.

В след ещё что-то слышится вроде: «зелень шляпная». Я улыбаюсь: обычно от преподавателей технического вуза подобного не услышишь.

Я поступила в этот университет методом доверия. Против родителей я никогда не шла, и в этот раз тоже.

Я думала, что буду мало уделять время учебе.

Но пожалела я об этом ещё в сентябре.

Сложные технические предметы требовали долгого и упорного труда. Так что на картины времени вовсе не оставалось. И я с грустью вспоминала это хобби, стараясь привить свою любовь к физике и математике. Но все эти надежды быстро развевались в едкий прах обязательных перемен.

—Да чтоб тебя. —я снова стукнула по несчастному прибору. Он заработал, быстро замигав и запищав. Я быстро подошла ближе, и взяла свой блокнот. Но что-то пошло не так изначально, и прибор начал дымиться, оснащая всю лабораторию противным едким дымом. Не успела я броситься к огнетушителю, он загорелся, и огонь вспыхнул в открытой канистре с спиртом, забытый тут химиками. Так уж получилось, что в лаборатории по химии у нас проходила физика.

Вуз не отличался особой любви к технике безопасности, особенно в конце года.

Я закричала, ища глазами огнетушитель, но из-за дыма начало щипать глаза. Я бросилась к двери, звать на помощь. Подёргав за ручку, я обнаружила, что меня заперли.

—Твою мать! Помогите! —я заколотила дверь. Какова вероятность, что меня услышат в такое позднее время?

Огнетушителя нигде не было.

Телефон у меня был разряжен, а окна находились на высоком расстоянии. Самое страшное было в моем положении—это безысходность. Я чувствовала себя той самой лягушкой, которая пыталась спастись из кувшина с молоком.

Я задыхалась, и не могла даже выбраться из лаборатории, безуспешно смотря, как она вся охватывается огнём и едким дымом. Он заполнял мои лёгкие.

После тяжелого стрессового дня, моя доза дыма была мала.

Я закрыла глаза, видя перед собой тьму.

***

Я очнулась от различных ахов и охов, которые раздавались у меня под ухом. Я приоткрыла глаза. Все тело горело. Я разглядела просторную светлую комнату в бежевых тонах. На стене висело парочка картин, а яркий свет пробивался сквозь окна, которые лишь на маленькую часть закрывались большими охровыми махровыми занавесками.

—Боже, Юри. Кто тебя так? —какая-то женщина начала плакать, гладя меня по голове.

Я обнаружила, что лежу на белых простынях, в какой-то незнакомой комнате. Приподняв руку, я сразу же ее опустила обратно: я чувствовала ужасную слабость во всем теле.

Я также не понимала, кто такая Юри.

—Кто вы? — мой голос был охриплым.

—Это я, твоя няня. —я повернула голову, и встретилась глазами с женщиной, у которой были тёплые карие глаза и короткие локоны, зачёсанные розовым гребешком.

—Няня? —переспросила я. —Какая няня?

—Ты получила много ожогов. Мазь ещё не подействовала. Лежи. —остановил меня какой-то мужчина. —Ты правда ничего не помнишь?

—Помню. —я начала быстро дышать, припоминая события, которые были со мной последние. Огонь, я чуть не сгорела. Видимо, меня удалось спасти, раз я тут. Но все тело горит, а это означало, что у меня останутся шрамы.

Я преподнесла руку к голове. Волосы обгорели почти все. А я их так долго отращивала.

—Что я тут делаю? Как вы меня нашли? —постепенно, как ни странно, я чувствовала, что боль уходит.

—Ты была на берегу моря, и вся в ожогах. Тебя нашёл рыбак. Он говорит, что думал ты мертва. —говорит моя названная няня. —Юри, я так волновалась. Мы правда думали, что ты отправишься в Альциону.

Чего? Какая ещё Альциона? Почему меня называют Юри? Меня всегда звали Варей. Возможно, меня невозможно узнать из-за ожогов, и меня путают с кем-то.

Я пока не говорю свои опасения вслух, желая послушать, что они имеют в виду.

—Ты поссорилась с нами. Тебя не было две недели. Неужели ты все же отправилась в Альциону? —мужчина качает головой. Я щурюсь, и замечаю, что он сильно схож с моим отцом. Где кстати мои родители?

—Простите, но я не понимаю, о чем вы. —говорю я. Я чувствую, как сила быстро возвращается в тело. Надо же, наверное, меня мощно напичкали обезболивающим. —Можно мне мобильник? Я позвоню своей маме.

Я приподнимаюсь на локти, и вижу озадаченные лица людей.

—Что-то не так? —я бросаю взгляд в зеркало, висящее на стене. Меня хватает шок. Все мое лицо в ожогах, и они затягиваются прямо на глазах! —Боже мой. —я касаюсь пальцами кожи, чтобы убедившись, что это мне не мерещиться. —Кто вы такие?! —я повышаю голос на этих странных людей.

—Юри, твоя мама сама скоро придёт.

—Я не Юри! —кричу я. —Вы меня с кем-то спутали. Видите, моя кожа, она вся затянулась. Теперь вы понимаете, что я не Юри! Я Варя!

Я замолкаю, и смотрю на реакцию этих людей. Может, я погорячилась, ведь они не желают мне зла. Они просто спутали меня с другой. Да, в таком состоянии я бы тоже себя с кем-то спутала. Я была похожа на человека-сфинкса!

—Юри...—няня замолкает, и переводит на меня взгляд с опаской. —То есть... Варя. Почему ты так решила? Почему ты хочешь, чтобы мы тебя называли Варей? Твоя магия себя снова странно ведёт?

Мужчина смотрит на меня с беспокойством. Меня все ещё пугает, почему он так схож с моим отцом. Хотя, если так подумать, есть много людей схожих с моим отцом.