Талиманская академия строгого порядка

Глава шестая

Я сижу в столовой, устало глядя как Несса клюёт носом в остывший ужин, состоящий из тушеной картошки и салата из капусты, напоминающую мне цветную.

К вечеру мы выжаты, как лимон.

Из столовых окон пробиваются розовые лучи заката, некоторые из них приобретают красный оттенок, из-за неполноценно заведённых штор.

—Вот. —раздаётся удар книги по столу. Рядом на стул плюхается Матвей, одновременно кладя огромную толстую книгу в чёрной твёрдой обложке на стол.

—Вот? —я переспрашиваю, и внимательно изучаю название книги. —Основы магического искусства. —я беру ее в руки, и открываю содержание. —Как контролировать свою симпатическую систему и пользоваться магией по желанию.

Несса взбодряется, и с интересом смотрит на книгу, и на нас.

—Это что, получается... Чтобы пользоваться магией, мой организм должен чувствовать опасность? —аккуратно переспрашиваю я.

—Все верно. —говорит Матвей.

—Без этого совершенно никак? —снова переспрашиваю я.

Матвей и Несса синхронизировано отрицательно качают головой.

—То есть вы, то есть мы, маги, умело контролируете своё состояние?

—Да, и особо чувствительным легче простого. А во время ПМС вообще ужас начинается. —говорит Нен. —Помнишь, как нас чуть не затопило? Это был не сломанный душ, а я.

—Ужас. —говорю я. —Психи.-я шутливо отодвигаюсь от друзей. Правда потом вспоминаю, что я тоже маг.

Кстати...—я вспоминаю одну деталь. —Вы не используете магию для контроля людей?

—Не, я так не могу. —лениво говорит Несса, насаживая на зубцы вилки капусту. —Надо сил много иметь.

—Ну было пару раз. —говорит Матвей. —Почему спрашиваешь?

Я обдумываю каждое предложение, наконец спрашиваю нужное:

—Она не запрещена?

—Нет. Дело в том, что магию контроля легко понять и убрать заклятие. —объясняет парень. —Просто шандарахни того, кто тебя контролирует, и дело с концом. Оно требует очень долгой концентрации.

—И где ты его использовал? —спрашиваю я.

—Когда гулял с Дэри. —говорит Матвей. Я вспоминаю, что Дэри это что-то вроде собаки, только хуже и опаснее раз в десять.

—Так вот почему она была такая бешеная! —возмущённо говорит Несса.

—Ну а на людях? —спрашиваю я.

—Не, только на Нессе. Правда она быстро раскусила.

—Это было супер очевидно. Я просто взяла свою магию под контроль, и заодно себя.

—И это все? —с плохо скрываемым подозрением продолжаю допытываться я.

—Ну да. А ты о чем думала? —беззаботно спрашивает Матвей.

—Да, так. Просто, прочитала в книге. Спасибо тебе за этот учебник! —я встаю, и беру учебник подмышку и поднос в обе руки.

—Кстати, не забудь про наказание в теплице! —напоминает мне Несса. Да, прошёл почти месяц с той недели, так что с нового месяца нас ждёт суровая теплица с личинками. Я старалась не надумывать, что там будет.

Чем дальше шли времена года, тем дальше я понимала, что тут не так.

Осень—это было Весна. И первое полугодие заканчивалось летом. Получается, отдых мы получали зимой.

Все наперекосяк, и мне это не нравилось. Но я была рада, что этот мир все же был похож на мой. Насчёт магии подчинения я поверила Матвею, и перепроверять его слов не буду. Плохо, что я поверила Дамиану, а не ему. Скорее всего, высокородный аристократ хотел таким образом себя оправдать.

Вернувшись в комнату, я села на стул, вздыхая с облегчением после долгого учебного дня.

В эти выходные я снова выхожу в редакцию. Наши работы с Дамианом чередовались, и я часто видела, как люди утром в понедельник спорили о том, сколько же художников рисует. Споры были неспроста, наши рисунки с Дамианом словно соревновались друг с другом.

Я в прошлый раз отлично нарисовала первокурсницу, которая залезла в кабинет на третий этаж по дереву, потому что преподаватель закрыл кабинет, и не пускал опоздавших. Сцена получилось очень комичной и доброй.

И словно в противоречие, Дамиан нарисовал пожар в общежитие. Ощущение, что это не просто кто-то потерял контроль над магией, а как минимум, поджег специально пол общежития.

Мне нравилось так выражать своё творчество, и начала к этому привыкать. Правда смущал отборный мат в понедельник, над доской с газетой от этих самых людей. Особенно, когда рисовал Дамиан. Он уж не жалел, и эмоции людей выглядели преувеличеннее, чем в аниме.

Я именно поэтому пожелала остаться анонимной (как и все в газете), чтобы потом на нас не посыпались проклятия.

Я открыла книгу, и принялась ее читать. Она и правда была хороша: начинала с самого простого, переходя к сложному. Не нужно было вчитываться в одно предложение десять раз, чтобы понять его смысл.

Я закрываю глаза, и представляю своё сознание. Необходимо было почувствовать сильные эмоции, чтобы объединиться с подсознанием.

Многое в понимании с магией строилось на подсознании. Людей в этом мире приучали этому с детства.

Мне было легко представить свой прошлый мир, чтобы почувствовать сильную грусть и тоску. Я считаю до ста, и много выдыхаю весь воздух из груди. Вместо того, чтобы успокоиться, сердце начинает биться словно в два раза быстрее.

Я словно переношусь в другое место. Сначала, я думаю, что и правда нахожусь на поле с едва распустившимися одуванчиками, но потом осознаю, что не вижу своих рук. Словно я во сне.

Я иду по полю, и чувствую, что мои эмоции усиливаются в десять раз. Я не могу им противиться, и кричу: