Там, где цветёт багульник

Глава 3

Не то сон, не то явь… Я с трудом вытолкнула себя из затягивающей все глубже темноты. В голове билась одна мысль: «Что, если в этот раз я уже не проснусь?»

Было понятно, что я видела самые яркие моменты жизни прежней Анны. Возможно, они остались где-то в самых дальних, потаенных уголках ее памяти, которую удалось приоткрыть. Недаром говорят, что некоторые люди помнят отрывки из своей предыдущей жизни, может, это и есть подобный случай?

Наконец темнота словно нехотя отпустила меня, и я открыла глаза. Некоторое время просто лежала, прислушиваясь к своим ощущениям. Ничего не изменилось, я по-прежнему находилась в больничной палате, вечерело, за окном уже повисли густые сумерки.

Получается, я проспала почти весь день. Зато и чувствовала себя сейчас не в пример лучше.

Села, спустив ноги на пол, и тут же поджала пальчики: пол оказался очень холодным, а на мне не было даже чулок. Да и в самой палате было довольно прохладно, снова потянуло забраться под теплое одеяло. Но мне срочно требовалось в дамскую комнату, да и есть очень хотелось. Понятно, что ужин я благополучно проспала, но, может, на кухне найдется хотя бы кусочек хлеба.

На мне была надета только нижняя рубашка, платье висело на спинке кровати, ботинки стояли рядом. Одевшись и кое-как прибрав растрепавшиеся волосы, переплетя косу, я направилась на поиски персонала.

Мне повезло, медицинская сестра сидела за столом в конце коридора. Она проводила меня до комнаты, где я могла справить свои надобности. А потом, немного поворчав, отвела в столовую. Тут уже никого не было, но медсестра сумела раздобыть для меня несколько сухариков и стакан киселя, за что я была ей очень благодарна.

Сев рядом за стол, подперев голову ладонью, она смотрела, как я ем. Постепенно мы разговорились. От нее я узнала, что доктор, Сергей Иванович, велел определить меня в пустую палату, отдельно от остальных.

— Оно и верно, нечего тебе в общей палате делать, еще вшей от слободских нахватаешься. Кудри-то у тебя вон какие, одно загляденье!

Волосы у Анны действительно оказались шикарные, длинные, ниже талии, густые, темно-рыжие, слегка вьющиеся. Да и фигурой она была хороша: худенькая, с небольшой крепкой грудью. Ноги стройные, с узкими маленькими ступнями. Руки с длинными тонкими пальцами, на ладонях мозоли, но кожа девичья, нежная и, как это очень часто бывает у рыжих, очень светлая.

Я пока не видела своего лица, зеркал в палате не имелось, но надеялась, что и там без сюрпризов. Впрочем, хоть косая, хоть рябая, но я молода и полна жизни. Как же хорошо, когда не болит спина и не ноют колени!

Спать не хотелось, поэтому я с удовольствием выслушала последние новости и заодно больничные сплетни. Немного рассказала о себе. Разошлись, когда стало совсем темно, а свеча почти догорела.

Я вернулась в свою палату, долго лежала, думала, прокручивая в голове последние события. Было понятно, что в своем мире я умерла, но почему моя душа попала в тело Анны? Может, всему виной схожие обстоятельства нашей гибели и это как-то повлияло на работу небесной канцелярии? Другого объяснения у меня не нашлось. Как и причин, по которым моя память осталась при мне.

Как бы там ни было, ничего уже не изменишь, а значит, нужно приспосабливаться к новой жизни.

За этими размышлениями я не заметила, как задремала. В этот раз без всяких сновидений.

Разбудил меня какой-то шум. Было уже совсем светло, дверь в палату открыта. Доктор Сергей Иванович стоял на пороге и разговаривал с незнакомой медицинской сестрой. Видимо, ночная смена уже успела смениться.

Поговорив с медсестрой, доктор подошел к моей кровати.

— Анна Афанасьевна! Голубушка, как вы себя чувствуете?

— Спасибо, доктор, много лучше.

— Вот и замечательно! Позвольте, я еще раз осмотрю вашу голову.

Пальцы у доктора были цепкими и холодными. Он ощупал мой затылок и, кажется, остался доволен.

— Что ж, я вас выписываю, можете собираться. Свои вещи получите у кастелянши. Кажется, у вас на сегодня назначена важная встреча? Советую нанять извозчика. В ближайшие дни вам не следует перетруждаться.

Я еще раз поблагодарила его, а он все не спешил уходить, даже как-то замялся, потом все же сказал:

— Возможно, вам потребуются средства, я бы мог помочь.

— Благодарю вас, на извозчика у меня точно хватит. — Я улыбнулась.

Доктор кивнул и наконец-то вышел.

Деньги у меня действительно были. Несколько монет, спрятанных в полотняном поясе, повязанном прямо под нательной рубашкой. Я обнаружила его еще вечером, когда ложилась спать. Не очень разбираюсь в местных ценах, но надеюсь, на извозчика хватит.

Одевшись, я разыскала кастеляншу, которая выдала мне старый, потрескавшийся от времени саквояж и тяжелый шерстяной плащ.

В саквояже у меня лежала смена белья, а еще костяной гребень и маленькое зеркальце на ручке — единственное, что у Анны осталось от матери, она очень берегла эту вещь. Зато теперь я смогла причесаться и заодно рассмотреть себя. Пожалуй, я осталась довольна.

Не сказать, что красавица, но довольно симпатичная. Сразу выделялись голубые глаза, из-за худобы они казались огромными. Небольшой вздернутый носик, пухлые губы и никаких веснушек.

Спрятав волосы под платок, я надела плащ и, еще раз сверившись с адресом на письме, пошла искать извозчика.

Выйдя на улицу, пару минут постояла на крыльце, давая себе свыкнуться с окружающей действительностью. Больница находилась на небольшой улочке, движение тут было не слишком оживленное, поэтому я решила идти к перекрестку.

Понаблюдав за тем, как ведут себя другие горожане, поняла, что извозчика легко узнать по синей суконной поддевке и специальному нагрудному знаку с номером. Нанять экипаж можно в специально отведенных для этого местах, обычно возле общественных зданий и магазинов. Или перехватить тот, что только что выгрузил своих пассажиров и освободился.

Я потратила на это немало времени, но все же мне удалось найти такую стоянку. Поспрашивав скучавших на облучках мужиков, узнала, что час езды в крытой повозке стоит пятьдесят копеек, а в открытой — сорок. Учитывая, что в моем поясе было спрятано всего восемьдесят копеек, я уже подумывала пойти пешком.