Там, где цветёт багульник

Глава 8

Вытащила из сумочки и положила на зеленое сукно деньги, небрежным жестом поправила декольте, заметив, как маслено заблестели глаза мужчин.

— Я хотела бы отыграться! Ставлю шесть рублей!

Мимоходом заметила, как испуганно распахнулись глаза Полины. В руках мачеха держала бокал — кто-то за соседним столом решил потратить свой выигрыш на угощение всех присутствующих. Бокалы раздали всем желающим, один из них вручили растерянной Полине.

Сразу несколько человек пожелали составить мне компанию в игре, я уже мысленно потирала руки, подсчитывая прибыль. Это даже хорошо, что я проиграла, никто не станет воспринимать меня всерьез.

Теперь я избрала несколько другую тактику, сама била аккуратно, не спеша, наклоняясь ровно настолько, чтобы содержимое декольте оставалось на месте. А вот когда наставала очередь моего соперника, я обходила бильярдный стол, становясь ровно напротив него и низко наклонялась, словно хотела лучше рассмотреть расположение шаров на столе, изящно оттопырив попку и выставляя мягкие полушария груди на всеобщее обозрение.

Пару раз все мое «добро» чуть не вывалилось прямо на бильярд. Я буквально ходила по грани приличия. Зато на мужчин это действовало магнетически, все как один пялились на мою грудь или оттопыренную пятую точку, и мой соперник не исключение. Он торопился, ошибался, и очередь бить снова переходила ко мне.

Так я выиграла три партии кряду. На последней сообразила, что бравый офицер с лукавой улыбкой под ухоженными усами специально поддается мне, чтобы я еще раз наклонилась над столом. Разгадав его уловку, я вернула хитрую улыбку, мастерски пробив в дальний угол.

Получив очередные шесть рублей, отложила кий, объявив, что я устала и хочу отдохнуть в ресторане. Сразу несколько офицеров, включая моего последнего партнера по игре, решили составить нам компанию.

В ресторане было довольно свободно, вечер только начинался. Нам выделили уютный столик, тут же принесли закуски и выпивку. Началось веселье. Игристое лилось рекой.

Семен с нами за стол не садился. Он устроился неподалеку, не выпуская нас из вида. Время от времени я поглядывала в его сторону, а когда он подал условный знак — кивнул, я, схватив Полину за руку, объявила:

— Господа, нам нужно в дамскую комнату! Не скучайте без нас!

Конечно, ни в какую дамскую комнату мы не пошли. Семен, поняв, что господа офицеры уже достаточно приняли на грудь, чтобы перейти от ухаживаний к приставаниям, быстро вывел нас на улицу, где мы сели в закрытый экипаж и отправились домой.

Всю обратную дорогу Полина рассказывала, какого страха натерпелась, но при этом выглядела возбужденной и очень довольной. Мне кажется, наше приключение ей даже понравилось, потому как, прибыв домой, она спросила:

— Завтра тоже поедем?

— Завтра видно будет, — уклонилась я от прямого ответа.

Потому что при такой жизни не стоило загадывать заранее. Мы сейчас находились как на пороховой бочке, не знаешь, в какой момент рванет. Одно радовало: другие кредиторы пока нас не осаждали. Но у некоторых расписок уже подходил срок выплаты, так что это мнимое спокойствие совсем ненадолго.

Отпустив извозчика, я велела Полине идти в дом. Отдала Семену три рубля — его долю в нашем сегодняшнем мероприятии. Он молча убрал деньги в карман.

— Семен, может, вам постелить во флигеле? — предложила я нашему бессменному охраннику. — Или вас дома ждут?

Дома его никто не ждал, поэтому я, решительно распахнув дверь, пригласила его в дом и, не обращая внимания на Зойкино ворчание, велела накормить и спать уложить.

К моему удивлению, за Семена заступился Потап Иванович. Денщик отца предложил ему устроиться на ночь в своем чулане.

Сама я есть не хотела, перекусила в ресторане. Поэтому, оставив мужчин и ворчащую Зойку самим разбираться между собой, отправилась на хозяйский этаж. По пути заглянула в детскую. Машенька уже спала, разметав по подушке рыжие кудряшки. Я убрала упавший на щечку локон, подоткнув одеяло. Еще немного полюбовавшись спящей малышкой, тихонько закрыла дверь и поднялась к себе.

С каким же наслаждением стащила с себя это платье с кучей модных и тяжеленных прибамбасов, оставшись в одной нижней рубашке!

— Хорошо-то как! — Я с удовольствием потянулась. Хоть молодое тело и устало, но это была приятная усталость.

Но пока еще не время расслабляться, нужно подвести итоги. Я выложила из сумочки несколько банкнот и немного мелочи. Пересчитала, разложив на две кучки. С учетом трех выигрышей и одного проигрыша я заработала пятнадцать рублей.

Три рубля отдала Семену, еще девяносто копеек потрачено на извозчика. Итого чистой прибыли одиннадцать рублей с копейками. Не много и не мало, на такие деньги семья среднего достатка может прожить целый месяц.

Я все тщательно записала в свой блокнот, попутно отмечая, что уже сейчас могу отдать пару небольших долгов. Но все равно этого слишком мало. Чтобы расплатиться со всеми кредиторами, мне надо ходить в бильярдную два месяца кряду как на работу.

Хотя теперь, когда у меня уже есть какой-никакой стартовый капитал, можно увеличить ставки. А сейчас пора отдыхать. Завтра предстоит еще один непростой день. Я решила написать главному кредитору отца, прося его о встрече. Сейчас жизненно необходимо получить именно его отсрочку.

С такими мыслями я задула свечу и легла на диван, к которому уже начала привыкать. Еще какое-то время у меня перед глазами мелькали эпизоды сегодняшнего вечера, пока сон не накрыл меня с головой.

Утро встретило ласковым солнышком и шумной возней воробьев за окном, обещая еще один чудесный весенний день. Спустившись в гостиную, я встретила там заспанную Полину, вокруг которой хлопотала горничная, прикладывая к ее лбу намоченную в холодной воде тряпку.

— Как же голова болит… — простонала она.

А нечего было вчера на дармовую выпивку налегать. Я вон за весь вечер обошлась одним бокалом и то только несколько раз чисто символически пригубила.