Там, где холод и ветер (книга 1)

Глава 4

Глава 4

Мы ехали по дороге, петляющей среди холмов и долин.

Дверь коттеджа запер Брайан и уже в машине отдал мне ключи. Верну их хозяину и забуду обо всем.

Возникший в памяти образ Уолша вдруг воспротивился тому, чтобы быть легко забытым. На краткий миг он стал некой мыслеформой, обладающей всеми качествами живого прообраза. Сохраняя неприветливый, отстраненный вид, Уолш бесцеремонно вторгся в мое сознание, настойчиво напомнив о себе.

Стремясь выветрить из головы непрошеные мысли, я опустила стекло в машине и высунула голову наружу, придерживая заплетенные в косу волосы.

Ветер разогнал тучи, и по высокому голубому небу плыли сейчас легкие хлопья облаков. От остро-свежего воздуха начала кружиться голова, но я все продолжала наслаждаться ощущениями неожиданной легкости, почти эйфории, словно что-то, тяготившее меня, вдруг взял, да и развеял прохладный весенний ветер.

Вскоре в воздухе явственней почувствовался солоноватый аромат моря, и Брайан свернул с дороги, ведя машину прямо по поросшему яркой, сочной травой лугу, плоскому, как столешница и обширному, как Изумрудная страна. Мы подъезжали к месту, куда когда-то в детстве сбежали вместе с Брайаном. Здесь равнина заползала на ровный утес, с которого открывался фантастический вид на океан.

Брайан затормозил, мы вышли из машины, не спеша приблизились к месту, где кончалась земля.

- Как же здесь здо-о-орово, - выдохнула я.

Края утеса отвесно уходили вниз, туда, где бушевали волны, разбиваясь о камни. Еще пара шагов вперед – и можно упасть, но почему-то это совсем не пугало. Наоборот, сейчас, как и в детстве, возникло ощущение не падения, а полета: вверх, вверх, туда, где ветер подхватит и понесет вперед, в череде медленно плывущих белых облаков.

Друг встал рядом и взял меня за руку, легко пожимая мои холодные от волнения пальцы. Так мы стояли и тогда, много лет назад.

- Я сюда пару раз и дочку привозил, - сказал Брайан.

Ветер взъерошил его русые волосы, сдул с широкого чистого лба челку. Брайан улыбнулся, блеснули белые зубы, и открытое лицо друга будто засветилось изнутри. И я ответила взглядом на взгляд, улыбкой на улыбку.

- Спасибо, что привез сюда. Очень вовремя, - добавила, глядя, как далеко внизу волны разбивались о камни на мириады искрящихся на солнце брызг.

- Не понравился дом?  

- Господи! Нет!

- А мне домишко показался, м-м… интересным. Тебе бы он подошел.

- Подошел?  Это не туфли, которые поносил и выбросил. Это дом, в котором, возможно, придется провести всю жизнь. И, быть может, не только мне, но и моим детям и внукам. А я для них такого не желаю.

Мне не хотелось сейчас говорить ни о чем, что напоминало бы о моих проблемах.

- Слушай, мы приехали на пикник? Вот и давай делать все, что положено делать на пикниках. Я набрала еды. Может, перекусим? Надеюсь, нас не сдует.

У налетавшего порывами ветра не было конкретного направления, он резко менял курс резвого полета и то кидался в лицо прохладной волной, сбивая дыхание, то вдруг налетал сбоку или сзади. Неистовый, сумасшедший и в то же время озорной и бесшабашный танец.

- Не сдует, - Брайан открыл багажник машины, - все предусмотрено.

Он достал два легких складных стула с матерчатыми сиденьями. Разложил и установил их так, что металлические ножки вошли в почву до ограничителей, похожих на маленькие зонтики.

Мы уселись, разместив сумки с едой между нами на земле. Некоторое время молча жевали сэндвичи Брайана, мой салат и печенье, и смотрели на простиравшийся перед нами океанский простор.

В какой-то момент стало слишком очевидно, что молчание затянулось. Я вытерла салфеткой рот, скомкала ее, бросила в мешок для мусора.

- Еще год назад даже представить не могла, что когда-нибудь снова попаду на этот утес. Что вообще вернусь в наш город, - я бросила взгляд на жующего Брайана, - и вот сижу здесь и у меня стойкое ощущение, что никогда никуда не уезжала, а все, что со мной случилось за эти годы, было каким-то видением, как «привет» из параллельной реальности. Ненормально, правда? – усмехнулась невесело.

- Как по мне, - отозвался Брайан, - так вполне естественная защитная реакция чуткого организма на нежелательные, резкие перемены. Чего тут ненормального?

- Чуткого организма? - я криво улыбнулась. – Звучит даже красиво.

Брайан торопливо и шумно сглотнул недожеванный кусок сэндвича, запил его содовой из банки, отряхнул руки и, откашлявшись, заявил:

- А почему бы тебе и правда не переехать в тот домик? Мне он понравился, так и представляю тебя там, в гостиной у камина.

- Умеешь ты пошутить, Брай! – беззлобно воскликнула я, нервно рассмеявшись. – Тетушку помнишь, которая нам дорогу подсказала? Попади я туда, стану такой же «дамой приятной». Ко мне прирастут садовые перчатки и улыбка до ушей. Степфордская жена.

- И чего в этом такого уж плохого? - пожал плечами Брай, невинно распахивая глаза. – Будешь вся такая мягонькая, довольная и спокойная копаться в палисаднике с утра до вечера.