Там, где холод и ветер (книга 1)

Глава 30

Глава 30

Морин провела руками по своему идеальному телу, разглаживая несуществующие складки на платье. Винно-красная ткань облегала безупречные формы, как перчатка, подчеркивая цвет волос и белизну кожи. Красавица повернулась, скользя придирчивым взглядом янтарных глаз по своему отражению. Распущенные по спине волосы меняли ее утонченно-изысканный образ, делая моложе и будто бы понятней.

Скользнув узкими ступнями в стоящие рядом балетки из мягкой черной кожи, женщина, или та, что ею казалась, чуть отошла от зеркала, еще раз оглядывая себя.

Она могла ничего не надевать. Или облачиться в боевую броню, грубую, заляпанную кровью и кишками. Или сменить доспехи на шелковый наряд. Или на лохмотья нищенки.

И во всем выглядеть Богиней.

Нравилась ли она себе? О, да. Всегда. Во все эпохи мира. В любых обстоятельствах. И это вовсе не тщеславие и не заоблачная самовлюбленность. Это непреложная истина, которую неспособно изменить ничто.

Она - воплощенная гармония всех составляющих. Целостная и завершенная. Всегда была таковой. До некоторых пор. Пока что-то не вмешалось, и чужое вероломство не нарушило царившее в ней согласие.

Нарушение целостности или нечто, оставшееся незавершенным, оставляли брешь в самой ее сущности. Это все равно, что рассечь ночные небеса, впуская солнечный свет. Да так и оставить, утверждая, что подобное имеет право на существование.

Ее предназначение - войны и победы. Она бросала и принимала вызовы и всегда сражалась насмерть. Особенно яростно, если были затронуты ее интересы.

Вскоре она готовилась одержать одну из самых значимых побед.

Тогда Целостность будет восстановлена и некий этап придет к Завершению.

Снова воцарится Гармония.

И замкнется еще один круг.

Морин вышла из гардеробной и направилась в гараж.

- Контейнер в багажнике, Пирс? - спросила водителя, застывшего в ожидании возле элегантного мощного автомобиля.

- Да, мадам, все на месте, - ответил Пирс. - Прошу прощения, мадам, но вы уверены, что я вам не нужен сегодня?

- Я справлюсь сама. И ты называешь меня мадам слишком часто.

- Да, мисс Берриган. Но, мадам… - он осекся, - но в питомнике вам понадобится помощь.

- Там найдутся помощники, Пирс. Не думаешь же ты, что я сама стану таскать неподъемный контейнер с мясом? Но твое рвение похвально.

- Тогда позвольте я выведу машину из гаража.

- Твои услуги, - она сделала ударение на слове «услуги», - мне сегодня не нужны. Что непонятно? - тон Морин колебался в степени «нагрева» где-то между скучающим безразличием и леденящим высокомерием.

Открывая перед ней дверцу машины, водитель едва слышно что-то буркнул себе под нос.

- Изволь говорить отчетливо, Пирс, - бросила Морин, усаживаясь за руль. Кольнула мужчину беглым взглядом. В янтарных глазах будто занималось огненное зарево. - Или я уволю тебя за мерзкую привычку бубнить под нос.

Она повернула ключ в замке зажигания и добавила:

- Или не уволю, а отрежу язык. А ведь жаль будет. Он у тебя весьма искусный.

Пирс застыл с приоткрытым ртом, ошеломленно глядя вслед медленно удаляющейся машине.

Почему-то показалось, что хозяйка вовсе не шутила.

...Свернув с главной дороги, рыжеволосая красавица направила автомобиль к намеченной цели в объезд. Съехав на обочину, остановилась, сбросила балетки и вышла из машины. Двинулась по полю, чувствуя, как под ногами концентрируется извечная мощь, пропитавшая все слои земной тверди.

Сейчас она находилась в одном из мест в этом мире, где время не являлось величиной. Здесь не имели значения направление и движение. Здесь замыкался круг между прошлым, настоящим и будущим, становясь незыблемой вечностью.

Монолиты* стояли неподвижно, внешне являя собой только мертвые и холодные камни. Но именно эти глыбы были источником энергии, что не имела границ, не ведала изменений и срока давности.

В этих местах туристы бродили маленькими стадами, как заблудившиеся овцы и так же, как эти животные, тупо пялились на то, о чем понятия не имели. Люди ничего не ведали об истинной силе древних камней, а если бы и узнали, и попытались понять, то не сумели бы эту силу ощутить. Не то, что ею воспользоваться.

Они фальшиво восторгались стоящими кругом монолитами, будто для них они не были просто огромными старыми валунами. Фотографировали сооружения отдельно и себя на их фоне. Суетливо сновали вокруг, или заходили внутрь круга, прикасались к камням, не ведая какое бесчинство творят.

Для Морин, как для существа, в настоящее время связанного с миром людей материальной оболочкой и жаждой восполнения нанесенного ей урона, сила камней являлась артерией, соединяющей с ее истинным миром и нетленной Вечностью.

В этот час на поле не было никого. Роса покрывала густую изумрудную траву и холодила ступни, проникая сквозь тонкие чулки.