Там, где холод и ветер (книга 1)

Глава 33

Глава 33

Плотная ночная тьма стелилась, как туман. Она наползала, пригнувшись к земле, оставляя на траве слезы вечерней росы. Ветер, днем ласковыми прикосновениями перебиравший листву на деревьях, траву на земле и поверхность озера, вдруг совершенно стих.

Все замерло до утра.

Или до других неведомых времен.

...В этой ванной невозможно уединиться. Плотные шторы скрывали от глаз, но не избавляли от необходимости вести себя тихо. А мне так хотелось поорать во все горло. Походить туда-сюда, пытаясь как-то переварить ощущения, что породила во мне собственная непростительная безалаберность.

Возможно, я зря паникую. Может быть, ничего не произошло. И если я снова начну принимать таблетки...

Не начну. Придется пройти по пути тревожного ожидания до положенных дней месяца. А уж потом решать, исходя из ситуации.

И надо сказать Кейрану. Ведь он был в курсе, что я начала прием противозачаточных, а от всех остальных способов предохранения мы отказались. Вопрос казался решенным по-взрослому, но не тут-то было.

Не представляю, как открою рот и буду произносить эти слова. Даже сотню раз прокрученные в моей голове, они звучали нелепо. Какое у меня при этом должно быть лицо? Куда девать глаза?

Может, ничего пока Кейрану не говорить? Ему сегодня основательно досталось. Эта эпопея с исчезновением материалов дорогостоящего проекта, как обухом по голове. Если еще я добавлю...

Когда мы возвращались в отель, Кейран был страшно напряжен. Хмуро смотрел на дорогу, говорил, едва шевеля губами. Как же вовремя я облажалась.

В голову пришла повергшая в ужас мысль, что нашей чудесной, колдовской прогулкой по лесу, походившей на мощный взрыв каких-то неимоверных впечатлений, мы разом исчерпали запас благодати, что был нам отведен.

...Уединения в ванной я нашла, закрывшись в душевой кабинке. Под секущими струями воды можно было и зубами поскрипеть, и разразиться потоком негромких ругательств. Но это не помогло. Все, что мне хотелось, это прижаться к Кейрану и сделать так, чтобы вернулись те потрясающие ощущения защищенности и надежности, когда мы рядом. То чувство неизменности момента, не измеримого никакими временными границами.

Я порывисто отжала волосы, накрутила на голову тюрбан из полотенца, завернулась в банный халат и прошла в комнату.

Кейран так и лежал поперек кровати, будто отрешившись от всего. Казалось, что он заснул. Я тихонько подобралась к нему, стараясь не потревожить, улеглась рядом.

Кейран шевельнулся, грудь его поднялась и опустилась от глубокого вздоха. Потом я почувствовала, как он обнимает меня. Рука сжалась на моем плече. Он повернул голову, открыл глаза и уставился на мое лицо.

Я потянулась к нему, прильнула губами к сжатому рту. Оставляя поцелуй на дрогнувших в ответ сухих губах любимого мужчины, подумала о том, что никогда и ничего не смогу от него скрывать. Не смогу притворяться и изворачиваться.

- Давай поужинаем и пройдемся к озеру, - сказал он, скользя взглядом по моему лицу.

Стянул полотенце с моей головы, провел по волосам, бережно расчесывая пальцами влажные пряди.

- Высуши волосы, и пойдем, - повторил тихо.

...После ужина в малолюдном ресторане замка мы медленно побрели к озеру.

Смотрели, как тонет в воде солнце, утаскивая за собой последние всполохи света.

И когда опустилась ночь, мы все еще бродили по берегу, обмениваясь краткими фразами. Стояли, обнявшись. Присели на маленьком причале, прямо на доски, слушая, как тихо плещется озерная вода, ударяясь о деревянные сваи.

- Прости, что испортил нам день, - вздохнул Кейран. - Ничего этого не должно было случиться.

Он говорил, не зная, что прощение должна просить я. Неудобная женщина, которая не в состоянии вовремя проглотить пилюлю и избавить от лишних, несвоевременных проблем.

- Спасибо, что ты со мной, родная, - произнес он. - И вчера, в лесу. И сегодня.

И в этих словах было столько всего, что хватило бы на целую бессмертную балладу.

«В горе, и в радости».

- Люблю тебя, - отозвалась я.

Свет от фонарей на лодочной пристани едва достигал того места, где мы с Кейраном сидели. Но я увидела в его глазах, все, что должна была увидеть, и вернулось то ощущение незыблемости момента, надежности и защищенности.

Мы пришли в номер, в молчании разделись и легли в кровать. Прильнули друг к другу, прислушиваясь к тишине и к самим себе.

Как только руки Кейрана заскользили по моему телу, становясь все настойчивей, я напряглась.

- Нам следует быть осторожными... Я пропустила прием таблеток.

«Целых три!»

Кейран замер, а я перестала дышать. Затем он медленно приподнялся на руках, нависая надо мной. Темные пряди его волос соскользнули вниз, закрывая лицо, затеняя взгляд.