Там, где холод и ветер (книга 2)

Глава 2

Глава 2

Самолетом, конечно, быстрее. Но я решила отправиться в столицу на машине. По дороге смогу не сдерживаться, не давиться слезами и не стирать их украдкой. Буду колотить по рулю, орать во все горло, визжать и выть от злости и разочарования. Можно будет притормозить или разогнаться быстрее.

Но меня не покидало чувство: со мной играют, наблюдая, как за подопытной мышью, запертой в лабиринте.

Уна забежала ко мне перед самым моим отъездом и принесла большой бумажный пакет с едой.

- Тебе, наверное, сейчас не до готовки совсем, - она посмотрела на меня взглядом, каким оценивала хрупкие корешки и ломкие листики у рассады. - Мы с мамой тут кое-что приготовили.

- Спасибо вам большое, - я взяла пакет. - Даже и не подумаю отказаться. Передай Фионе мою благодарность. За все.

Юная садовница улыбнулась, и на щеках ее проступила утренняя заря румянца.

- Тебе еще что-нибудь нужно? - проговорила она с волнением. - Только скажи, и я... мы...

- Присмотри за садом и за Брайаном, - я закрыла дверь коттеджа и направилась к машине.

Проходя к калитке, остановилась и сделала глубокий вдох - алиссум, высаженный вдоль дорожки, зацвел, и его медовый аромат наполнял воздух. Несмотря на насыщенную сладость, запах казался легким и прозрачным. Я наклонилась ближе, разглядывая яркие соцветия. Вблизи мелкие розовые четырехлепестковые цветочки алиссума походили на крошечные ротики с пухлыми приоткрытыми губами.

Сладкие поцелуи любимого человека, исчезнувшие из настоящего, ставшие прошлым или несбыточной мечтой...

В пути мне ни разу не захотелось ни плакать, ни орать. Я ехала и ехала, соблюдая скоростной режим, внимательно следя за дорогой, и лишь однажды остановилась передохнуть и перекусить.

Вознося мысленную благодарность Фионе и Уне, я с аппетитом уминала сэндвичи из свежего овсяного хлеба, тонко нарезанного запеченного мяса с корочкой из специй и ломтиками огурцов. А после проглотила несколько сладких, ароматных клубничин. И еще кусочек сэндвича. Я уже наелась, но, покосившись на контейнеры с едой, не удержалась, отщипнула кусочек мяса, обмакнула его в маленькую упаковку с горчицей и с наслаждением прожевала. Потом забросила в рот еще одну клубничину и откинулась на сиденье, с блаженным ощущением сытости.

Ягода оказалась явно лишней. Я едва успела выскочить из машины и отбежать подальше от дороги, как меня вывернуло.

Присев на траву, я минут десять жадно вдыхала свежий воздух, подставляя ветру лицо со слезившимися глазами. Усаживалась за руль, дрожа от озноба и морщась от мерзкого привкуса во рту.

В столицу приехала, ненамного отклонившись от расчетного времени и чувствуя себя уже гораздо лучше. На еду мне больше даже смотреть не хотелось, поэтому, вычеркнув эту потребность из списка первоочередных и необходимых, я направилась прямо в редакцию журнала, располагавшуюся в многоэтажном офисном здании.

Чудом преодолев кордон из секьюрити и приставучей девицы на ресепшене в лобби, я прорвалась в царство главного редактора.

Изложив цель своего визита сидящей в приемной девушке, я получила исчерпывающий ответ: ничего не знаем о мистере Уолше, проект в котором он принимал участие, закрыт, контракты со всеми аннулированы.

- А мисс Берриган? - поинтересовалась я. - С ней можно как-то связаться?

- Причем здесь мисс Берриган? - помощница главного редактора воззрилась на меня с искренним недоумением. - Какое она имеет отношение к родственнику фотографа? В любом случае, вам здесь никто о ней ничего не скажет по той простой причине, что мы не даем подобную информацию первым встречным.

Но я продолжала расспрашивать, боясь что-то упустить, уйти ни с чем и потерять призрачную надежду узнать хоть что-то.

- А кто-нибудь еще может знать, где в данный момент находится мистер Уолш? Кто-то ведь еще работал вместе с ними, с кем-то он общался. И, насколько мне известно, он не раз сотрудничал с вашим журналом. Он же до сих пор числится в базе ваших фотографов?

- Числится, - вздернула бровь секретарь. - В списке неблагонадежных.

Но в итоге меня записали на прием к главному редактору назавтра на восемь тридцать утра.

- Не гарантирую, что вас примут. Лора очень занятой человек, - поджала губы секретарь.

И демонстративно уткнулась в экран компьютера.

Я сняла номер в отеле неподалеку, приняла душ и завалилась спать. Сон мой был пустой и тяжелый, словно под наркозом. Я не видела ничего, но непрестанно ощущала тревогу, гудевшую во мне басовой струной.

***

Главный редактор ТВТ практически слово в слово повторила то же, что и ее секретарь: проект закрыт, контракты расторгнуты, журнал занят другими делами. Ей было известно и об исчезновении Шоны.

- Юристы все уладили, к Уолшу ни у кого претензий нет, - сообщила Лора. - А мисс Берриган покинула страну. Ни ее настоящее местонахождение, ни то, где может быть сейчас фотограф, я не знаю. И у меня для связи с ним имеются те же данные, которые есть и у вас. Так что ничего нового я вам не сообщу.