Где-то там, через тьму, заполнившую собой все вокруг, пробился тонкий поток неизвестной энергии. Он блуждал в этом лишенном всякого света месте, колеблясь из стороны в сторону в поисках своей цели. Где-то во всем этом, за толщей тяжелого пространства, нечто испускало слабое эхо предсмертной агонии, что так притягивало преисполненный жизнью луч. Истерзанное, оно находилось неподалеку, совсем близко – лишь бы не было слишком поздно. Установив направление, поток стрелой помчался навстречу отголоску, разрывая тьму перед собой. Только бы успеть.
Сколько же времени прошло? Ослабленная сущность не могла ответить. Она не могла даже распознать, в каком состоянии находилась – то ли это был момент рождения, то ли всего лишь миг угасания тлеющего остатка того, чем когда-то являлась. Но точно можно было с уверенностью утверждать, что до этого момента прошла целая вечность, в течении которой осознание собственного существования растворилось в потоке времени. Для неё оказалось даже непосильным трудом зафиксировать мгновение, на которое приходилась эта тщетная попытка понять свое существо.
Но на вопрос самой себе, какое же чувство преобладало в этом размытом разуме, было ответить легко. Не потому, что где-то внутри сохранилось частичка некоего собственного «я», способного хоть как-то воспринимать собственный поток формирующихся в неизвестности мыслей. Нет. Дело было в том, что так плотно окутало эту сущность, в том, что простиралось во все стороны, заполняя собой бесконечность этого мертвого пространства. Тьмой это назвать было сложно, хоть она в некотором роде таковой и являлась, да, но простое лишенное какого-либо источника света место не было способно так сдавливать желание очнуться от этого сна. Она, словно вязкое болото, захватила в себя беззащитное существо, высасывая все желание жить. А чувство утраты чего-то очень важного оставалось более-менее ясным в этом застывшем вне времени омуте.
«О чем же ты скорбишь?» – вдруг раздалось со всех сторон, сотрясая мрак вокруг.
Сущность вздрогнула. От такого неожиданного явления все ее существо заметалось, пытаясь в пространстве определить источник нарушителя вечной тишины. Но что ей делать? Каким образом можно было на это ответить? И кому?
Но пока мысли путались от быстро возникшего страха, наступил момент безмолвия. Снова. И тут вдруг пришло понимание того, что этот зов заставил тьму отступить в стороны, ненадолго скинув пелену забвения с разума и дав немного собраться в единое целое. Впервые за долгое время произошло хоть что-то, что заставило сознание работать. Вот только что сейчас было разумнее – бояться или радоваться?
«Кто ты?» – с содроганием в голосе выдавила сущность, с большим трудом подбирая нужные для этого два слова. Но в вопросе, направленном во все стороны во тьму, была еще и толика радостного удивления, прячущегося за стеной испуганного звука.
Ответ последовал не сразу. Что-то схватило дрожащее существо. Бестелесное создание в ужасе заметалось из стороны в сторону, но хватка черной пелены, сгущающейся вокруг, была слишком сильной, чтобы можно было так просто вызволить себя. Туман, что очень долгое время оберегал и держал в опьяненной дремоте раздробленный разум, не желал, чтобы сущность, на которой он паразитировал, очнулась от своего сна. Она боролась, но все бесполезно – стоило части ее существа вырваться, как тьма снова обволакивала, сковывая свою добычу пуще прежнего, не давая уйти.
«Борись!» – как гром раздался тот же голос, – «Не дай себя поглотить!»
Вместе с этим по пространству пронеслась волна неизвестной силы, от которой лишенное всякого света нечто содрогнулось. Не зная, что сейчас происходит, сущность решила воспользоваться этим моментом. Хватка была ослаблена, поэтому, сделав рывок, в который были вложены все силы, она смогла выскользнуть из этого паразитирующего облака, устремившись куда-то вперёд. Она неслась сквозь тьму, пытаясь разыскать источник голоса, то и дело меняя направления. Хотелось крикнуть хоть что-то, чтобы призвать неизвестное выдать свое местоположение, но на это сил уже не было. Как маленькая рыба, она прорывалась от преследующего ее хищника сквозь непроглядные глубинные воды. Но хищник был повсюду. Он уже настигал ее позади, он был и спереди, и куда не посмотри – со всех сторон. Это была его территория, его обитель. Как можно скрыться от тьмы в месте, где нет света?
Внезапно все вокруг сотрясла еще одна волна. Сущность заметалась в ужасе, ожидая, что вот-вот нечто накроет ее и пожрет беззащитное существо, решившее сбежать от его опеки, но вместо этого оно снова отступило. Что-то пугало тьму, заставляя ее отвлекаться от собственной добычи. И это что-то вновь прогремело на все пространство.
«Впусти меня!»
Сущность вдруг поразил яркий свет, пробившийся через множество слоев тянущейся во все стороны темноты. Разгневанная тьма разразилась мерзким криком, невольно расступаясь перед инородным сиянием, что плотным потоком ударило в создание, испуганно дрожащее посреди всего этого кошмара. Но подхватить этот крик она не успела – сущность вдруг осознала, что свет не причинил ей боли, наоборот, от него повеяло теплом.
«Поддайся мне,» – где-то рядом раздался нежный успокаивающий голос, – «Откройся мне.»
Вдруг все наполнилось какой-то безмятежностью. Потоки яркого сияния окутали все вокруг, разрушая устоявшееся с давнего времени мертвое пространство. Было так странно ощущать что-то инородное в этом месте, в котором время словно прекратило своё движение, погрузив здешних обитателей в состояние кошмарного сна. Но теперь что-то ворвалось сюда и в считанные секунды перевернуло все с ног на голову, разогнав господствующую в этом месте тьму и озарив собой все вокруг. Вместе со светом пришла и неизвестная энергия, что разлетелась во все стороны, будто воздух в вакууме, наполняя его жизнью.
Отредактировано: 28.08.2020