Там, где мечты обретают реальность

Глава 25 Один день в моем Нью-Йорке

И вот мы вдвоем покинули дом. Дверь закрылась тяжелым гулом. Адамеон бросил острожный взгляд в мою сторону, а мне почему-то захотелось ответить ему улыбкой. Это все утро в Вест-Вилледж... Оно здесь по-особенному начинается. Медленно и почти интимно создает ощущение, как будто Нью-Йорк еще не решил быть большим городом.

Солнце уже высоко, но свет мягкий: он ложится на красно-коричневый кирпич таунхаусов, на белые оконные рамы, на черные зигзаги пожарных лестниц. Дома здесь невысокие, каждый немного отличается от соседнего – где-то эркер, где-то резная дверь, где-то виноград обвивает фасад. Улицы узкие и неровные, они не подчиняются строгой сетке Манхэттена, и из-за этого кажется, что ты гуляешь по маленькому европейскому городку.

Мы идем рядом, но пока еще молча. Он изучает среду, а я изучаю его. И дело тут вовсе не в его персоне, а в моем осознании того, что я впервые наблюдаю за реакцией человека на мир, созданном мной.

Это в корне меняет все восприятие. И невольно заставляет задуматься, почему я, будучи еще совсем ребенком, слепила для себя самой такую сложную жизнь?

– Адамеон, – нарушаю тишину, – сколько мне было, когда я попала в свою первую реальность?

– Восемь.

– Восемь лет?! Я пропала больше двадцать лет назад?

– Двадцать два года, если быть точнее.

– Получается, Совет держит моего отца так долго взаперти...

– Да, и еще подавляют его силы. Но не смотря на это, все двадцать два года, его энергия смогла удержать твою реальность.

– Ты восхищаешься моим отцом?

– Да. Он достойный человек! И заслуживает моего уважения!

– Ого! Попахивает самовлюбленностью! А как же ты, такой сильный хрононавт, не мог найти меня целых двадцать два года?!

– Ну, во-первых, разница в возрасте у нас не так велика! Всего каких-то три года! Я хоть и родился одаренным, но для того, чтобы пользоваться своей силой на том уровне, что сейчас, мне пришлось потратить уйму времени. А потом план требовал подходящего момента для реализации, союзники, которых я выискивал с особенной осторожностью и еще много чего! И добраться до твоего отца, оставшись не замеченным, тоже стоило мне не мало усилий и энергии при каждой встречи!

– Понятно, а что на счет...

– Иона, один день! Я просил у тебя один день! Завтра мы будем там, где ты ежеминутно будешь узнавать все подробности о себе, обо мне и нашем мире.

Хм... Я впервые заметила такую глубокую усталость в глаза Вертиса. Двадцать два года... Он все это реализовывал в одиночку. Вся жизнь в желании отомстить, в выверенных шагах и действиях, в подготовке к решающему удару. Возможно, мне, все же, повезло больше... Отец не зря отдал последние силы, чтобы спрятать меня, он знал, что меня ждет та же участь в Тессаре.

Прогулка вновь обрела молчание, но от этого не стала менее прекрасной...

Первая остановка – маленькое кафе на углу Бликер-стрит. Внутри тесно, шумно и пахнет выпечкой. Бариста зовет постоянных клиентов по имени, кофемашина шипит, как паровоз. Я беру нам два капучино и миндальные круассаны с надеждой на то, что Вертис привяжется еще к чему-нибудь, кроме омлета.

Выходим обратно на улицу и садимся за крошечный столик. Мимо проходят люди: женщина в льняном платье с собакой, мужчина с газетой под мышкой, пара туристов, тихо спорящих о маршруте. Вест-Вилледж живет не напоказ – он просто существует, и в этом его обаяние.

– Странно...

– Что именно?

– С момента, как я вошла в белую дверь, я посетила несколько своих реальностей, которые ранее лишь мысленно воображала, но Нью-Йорк посетить не успела. И вот сейчас, когда я все знаю, это место мне кажется каким-то невероятно особенным...

– Он такое и есть! Как и ты. И в каждом миллиметре здесь ощущается эта твоя особенность...

Комплимент? Лично мне? Или это такое же чисто техническое восхищение моим существом, как и моим отцом?

А впрочем, неважно...

– Как тебе круассаны?

– Вкусно, но омлет лучше!

– Ох, черт... Если закончил, пошли дальше!

А дальше путь ведет по Кристофер-стрит. Здесь история чувствуется особенно сильно: старые кирпичные здания, неброские таблички, первые этажи с барами и книжными магазинами. Архитектура простая, но теплая – много дерева, узкие окна, входы почти вплотную к тротуару. Я останавливаюсь у витрины независимого книжного магазина, затаскиваю туда Вертиса. И вот мы уже вместе листаем пару страниц, чувствуя прохладу кондиционера, а потом снова выходим на солнце.

– А ты умна! Прохлада была кстати! Все же приятно изучать мир глазами его конструктора... – неожиданно задорно сказал Адамеон. А я почему-то не нашла, что ему ответить. Гордость смешалась со смущением и застряла упрямым комочком в горле... Мне приятен этот его комплимент!

К полудню мы дошли до Вашингтон-сквер-парка. Белая триумфальная арка резко контрастирует с окружающими домами – она торжественная, почти театральная. Вокруг нее – ряды кирпичных зданий Нью-Йоркского университета, строгих и симметричных. В парке мы купили лимонад у уличного продавца и сели на скамейку. Музыкант играет джаз на саксофоне, неподалеку шахматисты молча передвигают фигуры. Архитектура здесь создает ощущение сцены, а люди – актеры, каждый со своей ролью.