Там где не падают листья
Глава 6
Осень угасает, листья на ее платье почти потеряли цвет. Огонёк почти погас. Она чувствует холод Атриума, его торжество. И в этот момент, на самом дне отчаяния, в ней рождается не страх - злость, а потом ярость. Именно эти чувства стали ее топливом. В поддержку Огонек собрал все силы и переставая мерцать, загорел ровным пламенем. Она не погибнет тут. Осень этого не позволит.
Она вдруг поняла, что надо вставать, надо бороться, за себя, за Творца, за Огонек надежды. Золотая нить воспоминаний, которая по-прежнему связывала ее с Творцом, завибрировала. Творец, будучи еще Архитектором, сидел в своём святилище у Эхоцвета. Он почувствовал эту вибрацию. Впервые за много столетий почувствовал тепло.
Ярость Осени была на столько сильна, что она перестала паниковать и начала думать о том, как ей выбраться из клетки. Драться не с кем. Бежать некуда. Сила бесполезна. Здесь нужна хитрость. Атриум все еще высасывает из неё силы, он хочет превратить Осень в такое же бездушное существо, как и Архитектор. Он чувствует их незримую связь и боится.
Тут Осень словно пронзило озарение, что ее природа и есть оружие против мира вакуума. И она заставит его играть по своим правилам. Правилам времени, увядания и перемен.
Сила Осени была не в созидании, как у Весны, не в радости, как у Лета и не в ярости, как у Зимы. Её сила это изящное и неотвратимом завершение цикла, чтобы освободить место для нового.
Осень собрала все силы и поднялась на ноги. В её глазах теперь не было страха — только холодный, осенний расчёт.
Она решительно снова касается хрустального прута клетки, но уже не одергивает руку. Она перестает сопротивляться этому обжигающему до костей холоду. Осень наоборот, со всей страстью отдаёт Атриуму свою энергию. И вместе с жизнью он жадно начал поглощать и другую ее суть, о которой не знал.
Атриум начали наполнять воспоминания о первом холодном ветре, чувство хрупкости сухого листа, звуки листопада в осеннем лесу, ощущение неизбежности грядущей зимы и многое другое. Атриум не мог понять что происходит, как будто подхватил смертельный вирус. По хрустальным прутьям клетки, которых она касалась, прожали золотые прожилки, как по осеннему листу. Клетка начала стареть. Раздался тихий шорох, как от падающей листвы. Прутья в один момент покрылись мелкими трещинами и рассыпались в золотую пыль.
Осень не сломала клетку, она состарила ее на тысячи лет за одну секунду. Она нашла свое оружие. У всего есть свой конец. Даже у Атриума.
Отредактировано: 07.11.2025
Добавить в библиотеку 