Там, где падают звезды

Глава 3

До Веригино Надя добралась минут за двадцать, но уши успели замерзнуть. Дорога шла с горы, так что ее легкому шагу способствовало естественное ускорение. Она увидела милый поселок в несколько улочек, частные дома разной степени зажиточности, старую церквушку и кладбище, торговые ряды и небольшой универмаг довольно старой постройки, судя по каменной кладке и облупленным украшениям в стиле барокко на фасаде. Удивительное зрелище в такой глубинке.

– Здесь раньше дворяне жили, Облезовы, – поделилась с ней информацией продавщица, выкладывая на прилавок наборы с пижамами и ночными сорочками. – А на горе, там, где сейчас гостиница, у них усадьба была.

– Ах вон оно что! – пораженно воскликнула Надя. Как говорится, проспала все самое интересное.

А ведь когда она приехала, то сразу обратила внимание и на то, как расположено здание, и на парк, и на камин в ресторане. Конечно, в доме многое перестроили, но флер аристократической старины все равно присутствовал, благодаря заботе и вкусу его хозяев.

– Что-то типа дачи, – добавила продавщица.

– Ну да, удобно, – хмыкнула Надя и поморщила нос. Ничего из предложенного ей не нравилось. – А есть что-нибудь без вот этих дурацких надписей и рисунков? – потыкала она пальцем в отпечатанного на хлопке маленького белого котенка с розой. Он был вообще-то самым приличным, на остальных красовались микки-маусы, стаканы с кофе, пончики и фрукты невероятных размеров.

– Почему же дурацкие? Красота ведь! – удивилась продавщица.

– Да, я понимаю, но мне хочется чего-то…

– С перламутровыми пуговицами? Нам такое не возят. Духи или косметику, может, посмотрите?

– Нет, духи меня не интересуют. Ладно, давайте с котенком. А что у вас в поселке еще интересного есть?

– Да ничего. Музей разве что. Там все подряд: и про местное дворянство, и про природу, и про народные промыслы.

– Музей? Отлично! – Надя обвела взглядом полки и внезапно замерла. – Ой, а это что? Беленькое, пушистое?

– Пуховый платок. Свекровь моя вяжет. Ей восемьдесят, ничего не видит, а руки помнят. Сама, конечно, уже не прядет, я ей пряжу заказываю.

– А покажите, пожалуйста! Вы ведь его продаете?

– Ну… – замялась продавщица. – Как бы да…

– Я понимаю, – сообразив, что к чему, понизила голос Надя. – Вы мне покажите, если понравится, я возьму. И чек мне не нужен.

Продавщица пожала плечами и раскинула перед Надей платок. Рисунок был простой, без изысков. Надя провела по белым волоскам, которые тут же потянулись к ее ладони, и улыбнулась.

– Тепленький… Беру!

Прогулявшись по другим отделам, Надя набрела на кулинарную лавку. Поначалу устыдившись своего непомерного аппетита, она развернулась, но выставленные на витрине аппетитные пирожки, рогалики и пирожные выглядели такими свежими и румяными, что она не удержалась и взяла парочку ватрушек с творогом, решив, что непременно проголодается во время прогулки. А гулять она решила максимально долго, до самого обеда.

Расплатившись, довольная собой Надя отправилась в музей.

***

– Своими корнями род Облезовых уходит в пятнадцатый век. В нашем музее представлена экспозиция тупиковой, к сожалению, ветви, коей и являлся Артемий Михайлович Облезов, – тусклым голосом пояснила служащая музея.

– Тупиковая ветвь, как интересно, – покачала головой Надя, засунув билет в карман.

– Там все подписано, но, если у вас возникнут вопросы, обращайтесь.

Надя поблагодарила и побрела по залам. Было так тихо, что она вздрагивала каждый раз, когда под ногами скрипели половицы. Надя торопливо прошла мимо толстых стекол, не в силах смотреть на стоящие за ними чучела белок, волков и медведей с глазами-пуговицами и высунутыми матерчатыми языками. Дворянская жизнь и народные промыслы были куда интереснее. Особенно здесь, в поселке, где, как ей казалось, ничего примечательного и быть не могло.

Удивительно, что удалось сохранить все то немногое, что располагалась в маленьких залах после всех исторических событий, прокатившимся катком по стране. Надя с интересом рассматривала обитые потертым зеленым плюшем кресла, столы с витыми ножками, и китайскую вазу с золотым драконом и отколотой ручкой.

На старинных, пожелтевших от времени фотографиях она видела мужчин в сюртуках и шапочках-пирожках рядом с затянутыми в корсеты дамами в длинных платьях с турнюрами и страусиными перьями на шляпах. Надя усмехнулась, подумав о том, что времена не меняются. Только в нынешнее время дамы ложатся под нож пластического хирурга, чтобы увеличить пятую точку, а раньше использовали валики под нижними юбками, тем самым придавая своей фигуре приятные мужскому взору очертания. Она даже где-то читала, что турнюр придумал мужчина, наблюдая за тем, как служанка моет пол, подоткнув юбку. Судя по всему, вид ему очень понравился. Кажется, этот мужчина потом открыл модный дом. Можно представить, как он осчастливил своим изобретением сильную половину человечества.

Тут же находились и другие фотографии, на которых были изображены виды деревянной набережной, узенькие улицы Веригино, крестьяне рядом с подводами, важно выпячивающие объемные животы купцы, заседания местного Совета и другие моменты ушедшей эпохи.

Наконец Надя остановилась перед портретом молодого человека, а затем отошла на несколько шагов, чтобы разглядеть его получше. Владелец усадьбы и дома, Артемий Облезов сидел за столом в домашнем бархатном халате, зажав гусиное перо меж тонких длинных аристократических пальцев, и задумчиво смотрел куда-то поверх ее головы.

– Здесь ему двадцать пять, самый расцвет мужской силы и красоты, – раздался за ее спиной скрипучий голос.

От неожиданности Надя вздрогнула и обернулась.

В углу сидел старичок в сером мешковатом костюме, с длинной седой бородкой и стоптанных рыжих ботинках.

– Симпатичный, – согласилась Надя. – Здравствуйте!

– Симпатичный! – недовольно хмыкнул старик и закинул ногу на ногу. – Замечательный был человек! Пристань построил, крестьянскую школу. Много вы знаете тех, кто за свой счет школы строит?