Там, где пахнет корицей

Глава 1. Эспрессо и прецеденты

Аромат был неправильным.

Анна втянула носом воздух в своём кабинете — дорогое дерево, кожа, бумага, краска для печати, едва уловимая нотка дорогого парфюма ассистентки Вероники. Никаких посторонних запахов. Всё под контролем. Именно так, как должно быть. Но на языке у неё всё ещё стоял тот вкус: густой, обволакивающий, с нотами шоколада и чего-то дымного, почти мистического. Тот кофе из маленькой кофейни вчера не просто бодрил, он что-то переключал в голове.

Она заставила себя сосредоточиться на экране ноутбука. Финальное слушание по делу «Глобал-Строй против мэрии» было триумфальным. Она разнесла аргументы оппонентов в пух и прах, использовав лазейку в земельном кодексе, которую никто до неё не замечал. Её ждали бонусы, похвала партнёров и новый уровень признания. Апатия, накатившая после победы, была абсурдной. Непрофессиональной.

— Анна Викторовна, к вам господин Волков, — голос Вероники из селектора прозвучал как сквозь вату.

— Пусть войдёт.

Дверь распахнулась, впуская её жениха, Дмитрия. Дмитрий Волков — человек-пароход, инвестор, для которого время измерялось стоимостью минуты его консультации. Он был безупречен в своём дорогом костюме-тройке, а в руках держал два бумажных стаканчика с логотипом известной сети кофеен.

— Держи, двойной эспрессо. Чёрный, как твоя душа в суде, — он усмехнулся и поставил один стакан ей на стол, второй оставил себе. — Поздравляю с победой. Ты их уничтожила. Я уже перевёл тебе бонус.

Анна посмотрела на картонный стаканчик. На нём была напечатана инструкция: «Осторожно, горячо». Какая ирония. Единственное, что здесь было горячим, — это желание корпорации выжать из города последние соки ради очередной стеклянной башни.

— Спасибо, Дима, — ровным голосом сказала она, отодвигая стакан на край стола. Кофе пах жжёными зёрнами и пластиком. — Я бы хотела взять отпуск.

Дмитрий, который уже собирался сделать глоток, замер. Его бровь медленно поползла вверх.

— Отпуск? Анна, сейчас? Мы на пороге сделки века. После этого дела ты можешь претендовать на партнёрство. Какой отпуск?

— Неделю. Может, две. Мне нужно... перезагрузиться.

Слово «выгорела» застряло в горле. Это слово означало слабость, уязвимость. В её мире таким словам места не было.

Дмитрий обошёл стол и положил руку ей на плечо. Жест был покровительственным, собственническим.

— Послушай, я понимаю, давление огромное. Давай после Нового года слетаем на Мальдивы. Две недели на вилле с личным поваром. Никакой работы. Только мы. И контракты, которые я захочу обсудить за ужином, — он улыбнулся своей фирменной улыбкой победителя. — А сейчас возьми свой кофе и давай выпьем за твой успех.

Анна смотрела на его руку на своём плече, на стаканчик с остывающим эспрессо, на панораму мегаполиса за окном. Город-гигант пульсировал энергией, которая раньше заряжала и её. Теперь же этот ритм вызывал лишь глухую головную боль.

Вчерашний кофе из той странной лавки назывался «Ожидание чуда».

«Чуда не будет», — мысленно ответила она. Будет только сделка века, партнёрство и Мальдивы, где даже океан будет иметь инвестиционную привлекательность. Она взяла бумажный стаканчик.

— Хорошо, Дим. За мой успех.

Она сделала маленький глоток. Горький, плоский, безжизненный вкус. Точно такой же, какой поселился у неё внутри.

— Знаешь, — тихо произнесла она, глядя в окно на серое небо, — я, пожалуй, возьму эти две недели прямо сейчас. Начиная с сегодняшнего дня.

Она встала из-за стола, сняла со спинки кресла свой кашемировый палантин. Решение пришло внезапно, но оно ощущалось как единственно верное. Ей нужен был не отдых. Ей нужна была тишина. Та самая, которой пахло в старой кофейне на углу. Запах кофе, старых книг, яблочного пирога и корицы.

Дмитрий смотрел на неё с нескрываемым изумлением. Так смотрят на биржевой график, который вдруг пошёл в совершенно непредсказуемую сторону.

— Анна, это несерьёзно.

— Абсолютно серьёзно, — она направилась к двери, чувствуя непривычную лёгкость. — Передашь партнерам мои извинения. Вероника отменит все встречи на ближайшие десять дней.

Уже взявшись за ручку двери, она обернулась. Дмитрий всё ещё стоял посреди кабинета с двумя стаканчиками кофе, словно забытый реквизит из чужой пьесы.

— И спасибо за эспрессо, — добавила она. — Выбросишь, пожалуйста. Я найду себе другой.