Там где ты не смотришь

Глав 4

Шаги гулко отдавались в длинном коридоре приюта. Маленькая девочка сжимала в руках тёплую чашку. Пар поднимался в воздухе, смешиваясь с запахом дешёвого чая. Стены были серыми, как и все воспоминания о детстве. Приют был её домом, если это вообще можно было назвать домом. Ни ласковых рук, ни тёплых сказок перед сном. Только обязанности, режим и редкие минуты тишины. Она училась быть самостоятельной. Сначала — просто чтобы выжить. Потом — чтобы не зависеть ни от кого. Лилиан была её единственной подругой. Весёлая, яркая, словно солнечный лучик в этих серых стенах. Вместе они сбегали читать книжки в кладовке, рассказывали друг другу небылицы о принцах и волшебниках, придумывали свои миры. Но однажды Лилиан сильно заболела. И больше не встала. Эмма долго не могла понять, как мир может забрать того, кто был её единственным близким человеком. С тех пор она никого к себе не подпускала. Не потому что была замкнутой — а потому что боялась снова потерять. Повзрослев, она жила одна. Работала в офисе. Отношения с коллегами были поверхностны, деловые. Любовь? Был человек, но не история. Всё оборвалось как-то тихо, будто и не начиналось.

....

Ливианна проснулась и резко приподнялась в постели, огляделась — и облегчённо выдохнула.

— Я всё ещё здесь… — прошептала, почти не веря.

Подушки — мягкие, как сливки. Шёлковое бельё. Широкая кровать, которую она едва могла обхватить взглядом. Тонкий аромат лаванды в воздухе. Никакой пыльной кухни, никаких холодных утр в маршрутке, никакого серого шкафа с сухими завтраками и уставших стен из съёмной квартиры.

— Это не сон. О, как же я рада, Боже ты мой! — вслух выдохнула она и плюхнулась обратно, раскинув руки.

Дверь со скрипом приоткрылась, и на пороге показалась женщина средних лет с прямой спиной и критическим взглядом.

— Проснулась, наконец, — проворчала она, проходя внутрь. — Неудивительно, с таким здоровьем. Вечно под дождь полезешь.

Слова — ворчание, тон — почти сердитый, но в каждой фразе угадывалась тревога.

— Всё хорошо, правда, — сказала Ливианна, поудобнее усевшись.

— Надеюсь, — отрезала она, поправляя одеяло на ногах девушки. — Я иду к господину Кайлену. Без меня он сейчас сожжёт половину библиотеки или застрянет в каминной трубе. Уши от книг не отлипают.

С этими словами она вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Через несколько минут появилась служанка.
— Миледи, ваша матушка велела подать вам завтрак в покои. Она сказала, что вы ещё не совсем оправились.

— Спасибо, — кивнула Ливианна.

Служанка ушла, оставив её одну.

Завтрак был... совершенен. Ягоды, тёплые булочки с медом, свежие ломтики сыра, заварной чай в фарфоре. Даже виноград лежал аккуратными гроздьями, как будто художник раскладывал.

Ливианна ела с удовольствием. Медленно, с удовольствием. И впервые за долгое время — в тишине.

Когда последний кусочек исчез, она откинулась в кресле, погладила себя по животу и мысленно сказала:

— Вот это жизнь. Если это побочный эффект от простуды, вируса или там чего ещё — я официально отказываюсь возвращаться в реальность. Спасибо. Я останусь здесь.

Пауза. Потом добавила:

— Главное, не сглазить.

---

Прошло немного времени, и снова появилась служанка.

— Миледи, — сказала она, — ваша матушка велела помочь вам подготовиться. Сегодня к нам будут гости.

— Гости? — переспросила Ливианна, приподняв брови.

— Да, миледи. Леди Миара и её родители.

Ливианна ничего не сказала. Но мысленно резко напряглась.

> «Миара? Кто это ещё такая? Явно кто-то близкий, раз приходит с родителями… И что мне с этим делать?»

Служанка открыла гардеробную. И когда Ливианна зашла следом, невольно замерла на пороге. Платья, ткани, украшения — как будто она очутилась в закулисье модного дворца.

> «Да это ж не гардероб, это… примерочная для богов!»

Когда Ливианна наконец спустилась, в зале уже стояли её родители, лорд и леди Тэарин, беседуя с парой гостей. И рядом с ними — девушка, блондинка с мягкими кудрями, в нежном платье, которая тут же бросилась к ней.

— Ливианна! Я так переживала! — воскликнула она, сияя улыбкой. — Слава небесам, ты поправилась!

Ливианна застыла на секунду, смотря на неё.

> «Кажется… мы были подругами? Да, похоже на то. Она ведёт себя непринуждённо, неформально. Мы точно ровесницы… И эти двое сзади — её родители?»

Мысленно она сделала пометку: «узнать побольше о Миаре».

Они прошли в зал, где их ждал обед. За столом Миара почти не замолкала — рассказывала о герцогине Фейнары и о её скорой свадьбе, о будущем бале, и что приглашения скоро будут разосланы, и что обязательно надо подобрать платья заранее, и мы просто обязаны быть там!

Ливианна, в основном, слушала и..!!?

> «Бал… Господи. А что, если я действительно пойду туда? Как я вообще должна себя вести? Танцевать? Разговаривать? Узнает ли кто-нибудь, что я — не я?..»

...

Они уже вышли в сад. Прогуливались по аккуратным дорожкам, по краям которых цвели ухоженные клумбы, и пели птицы, будто кто-то заботливо выбрал саундтрек к этой прогулке.

Миара болтала без умолку — с живостью, но поверхностно.
Ливианна кивала, делая вид, что слушает. На деле же витала опять в своих мыслях.

Они остановились у небольшого озера. Вода была гладкой, как стекло, а солнце отражалось в ней мягким, теплым светом. Ливианна невольно замерла, глядя в гладь. Там, в отражении, была девушка с длинными каштановыми волосами и чуть грустным выражением глаз.

— Ты опять вспоминаешь то озеро? — вдруг сказала Миара.

Ливианна моргнула.

— Что?

— Ну, тот вечер... Во дворце. Когда ты призналась принцу Роэну, помнишь?

> «Что?!»

— Ты ведь тогда подошла к нему у озера, когда бал уже почти закончился. Я всё видела, — продолжала Миара, не замечая её замешательства. — Ты ему всё сказала, а он просто… ушёл. Даже ничего не ответил! Это было ужасно. Ну как можно быть таким черствым? Просто взять и уйти?! Даже не сказать ни слова.