Там хорошо, где меня нет…

Сначала всегда тяжело, но после должно становится легче…

Глава 3
Этот разговор был один из самых трудных в моей жизни, что уж там говорит, пожалую самый. Я ожидал чего угодно, но только не суровой реальности. Опустошение. Скорбь. Боль. Дикая боль.
Эмоции переполняло меня, словно я был бочкой под открытым небом во время сильного ливня, не оставили даже капли трезвого ума и рассудка. Одинокая слеза медленно стекла по моей щеке, потом продолжила свой путь по шее, а после исчезну, спряталась в мягкой ткани. Потом появилась вторая и третья. Непрошенные слёзы рвались наружу. Мне никогда ещё не было настолько плохо. Никогда. Это конец, мне казалось, что в том момент я был один против целого мира. Как мне одержать победу? Какое оружейный использовать? Или может сразу сдаться....Надо быть сильным. Надо быть. Я яростно тру глаза, делаю прерывистые вдохи. Стараюсь успокоиться, но отчего так больно. Умом я понимаю, что это правильно. Так будет… лучше. Будет лучше для всех: Сони, меня, бабушки и тети Даши. В этот список так хочется добавит ещё одно имя…

Теперь я знаю, что меня ждет дальше. Знаю что меня и сестру заберет тётя Даша. Знаю, что мы будем жить в трехкомнатной квартире, что уже через 2 недели я пойду в новую школу. Сонечка не пойдет в детский сад, так как ещё слишком мала, но за ней будет смотреть няня. Мы должны собрать вещи и уехать на поезде через 5 дней в новую жизнь. В новый город. В новую квартиру и … семью. Слово «новое» звучало слишком часто за сегодняшнее утро. Я его почти ненавижу. Мне не нужно новое. Не нужно!!! Я хочу старое! Свое, родное. Хочу эти руки. Губы. Глаза. Улыбку и голос. Новая слеза начинает свой недолгий путь. Первая станция-«ресницы» уже позади, следующая остановка «щека», а оставшийся маршрут уже всем известен.

Тётя Даша гуляет с Соней. Бабушка начала собирать вещи. Квартиру надо продать. Ненужные вещи выкинуть, а старых жильцов поскорее отправить в «новую жизнь». Я сижу в около своей кровати и думаю, что хочу забрать все. Но все не поместиться в 5 чемоданов, да даже в 10 не влезет.
Интересно, а все вещи, которые мы не увезем с собой выкинут или будут пытаться продать? Эта мысль оживила меня. Я быстро встал. Пошел в гостиную, а также мамину комнату. Бабушка бросила на меня быстрый взгляд, отложила мамины вещи, тяжело вздохнула и села на край дивана. Я знаю, что сейчас она начнем свой монолог, но мне это не нужно. Я подходу у комоду, беру в руки вещь которую точно никому не отдам. Деревянная шкатулка приятно ощущается в руках. Наверно вырезанные на ней узоры что-то значат, а может не значат ничего. Но я не могу оторвать от неё взгляда. Пальцы сильнее впиваются в края шкатулки. Ещё чуть-чуть и можно почувствовать боль.

-Я не хочу чтобы вы продавали её украшения. У Сони должно остаться хотя бы что-то в память о ней. Она ведь забудет её. Пожалуйста, разрешите забрать шкатулку с собой. Мне кажется, она хотела бы, чтобы Соня носила её украшения ….

Вот мы уже сидим в теплом купе, пьем сладкий чай. Нам предстоит долгая дорога. Из снежной, суровой зимы мы окунемся в прохладную осень. Тётя Даша сказала, что из окон теперь уже нашей квартиры видно море. Я его помню. Такое невозможно забыть. Воспоминания о море всегда очень приятные. Вспоминаются и жаркие летние дни и раскаленные солнцем камни и счастливые загорелые лица людей. Впервые думая о море я не испытываю умиротворения. Только грусть. Такую противную и вязкую грусть.
Уже вечер, размеренный звук рельс укачивает. С держу сонную Соню на руках и смотрю как она начинаем постепенно засыпать. Я осторожно кладу маленькую радость. поправляю ей волосы, укрываю одеялом.

Тетя Даша выкупила на нас троих целое купе. Приятно, что нет посторонних людей. В маленьком пространстве спокойно, когда знаешь а кем находишься. Тётя смотрит на меня долго и пристально. Это не раздражает, просто я не понимаю, что во мне хотят увидеть.

— Спасибо… Вы извините меня?

— Рома, за что?

— Вы столько делаете для меня, для Сони, хотя не должны. А я не разу не сказал вам простого «спасибо»! У всех же горе, а не только у нас. Она была вашей сестрой, вы же тоже очень любили её. Вам тоже тяжело.. грустно и плохо.… Спасибо вам. За меня и за Соню. Я же понимаю, что вы забираете нас от отца и его семьи. Я вам уже очень благодаре.

— Ром…не извиняйся, пожалуйста, больше. Она- мама твоя. И это твое горе. Оно особенно горькое. Мама-она одна… Я так боюсь, что не справлюсь.- Тётя опускает взгляд на свои руки, будто хочет найти в них ответы на все вопросы.