Там на неведомых дорожках. По зову сердца

ГЛАВА 3

Влада лежала  и смотрела на белые облака, образующие разные фигуры, напоминающие ей события последней седьмицы.

Вот несколько смеющихся мужских лиц. Это друзья Олега, что пришли  свататься. Она тогда спряталась в своей комнатке, которую матушка называла светёлкой, и притаилась у раскрытого окна, чтобы посмотреть. Молодцы были как на подбор – статные, плечистые, с добродушными улыбками на лицах. Они пели народные песни, сыпали шутками-прибаутками.

 Подруги девы  вышли им навстречу. Завязался шутливый спор, в ходе которого девы выторговали себе немало угощений, прежде чем впустили гостей в терем. Здесь их ждали родители. Они выспросили друзей о достоинствах жениха, а потом усадили за стол, где каждый молодец мог сесть рядом с понравившейся девой, которая за ним ухаживала.

После сватовства начинались смотрины. Теперь в дом невесты пожаловали родители жениха. Их провели по терему, показали его убранство, расспросили о жизни жениха. Это входило в древний обычай, хотя все знали, что семьи уже в курсе состояния дел каждого.

 Влада впервые увидела мать Олега – дородную круглолицую женщину со светлыми волосами, спрятанными под расписной головной убор, а две её толстые косы так и притягивали взгляд. Агния Никоноровна смотрела на деву с интересом, а по мере знакомства её улыбка становилась всё доброжелательнее. Она так и запомнила её, напоминающую круглую сдобную булочку, такую  румяную и аппетитную. Вот и с неба она смотрела на невестку, широко улыбаясь.

Дни, следующие дальше, летели быстрым соколом, запомнилось только обручение, когда, наконец, молодые смогли встретиться и обменять кольцами. Влада погладила простое кольцо из  червонного золота на левой руке. Это она попросила старшего брата  жениха, Невзора, во время сватовства, чтобы кольцо было таким, потому что именно  такой металл считался  в  роду матери оберегом.

Тут тучки собрались  в кучку, а потом начали разбегаться. Конечно, это девичник. Подруги расхваливали жениха, пели песни о том, что дева переходит в другой род и расстаётся с родителями. Те печальные песни легли на душу скорбью, но Влада отогнала грустные мысли, зная, что далеко её не увезут, ведь родители разрешили новой семье пожить в их городском особняке, пока молодой муж не приобретёт собственное жильё. А ещё отец выхлопотал у государя разрешение на передачу титула единственной дочери, который перейдёт к её детям. Олег, правда, отказался брать фамилию жены, чем ещё больше вызвал уважение у князя.

 И вот уже через день назначена свадьба. Неужели скоро она станет женой любимого? Всё это казалось сном. Тут вновь всплыло ночное видение. Так что она должна отдать? Кольцо вдруг стало горячим, таким горячим, что захотелось снять его.

Дева невольно дотронулась до пальца. И тут её озарило: у неё хотят отнять милого? Она должна отдать его добровольно? Кольцо стало холодным. Вот и ответ. Но почему? Кому она перешла дорогу? Неужели у Олега была зазноба?  Даже если и так, то это в прошлом, хотя стало невыносимо тяжело на сердце. Почему она не поняла этого раньше и не выспросила жениха? А теперь это практически невозможно.

 – Что, доченька? – встрепенулась Ольга Кудеяровна, до того смотревшая на деву ласково и нежно, любуясь её точёным носиком, высокими скулами и поглаживая пушистые завитки, выбившиеся из косы.

 – Сон.

 – Что?

 – Я поняла.

 – Что, милая?

 – Он… она хочет забрать Олега.

 – Кто она?

 – Не знаю. Возможно, его прежняя зазноба.

 – Не может быть!

 – Почему? –  в синих глазах девы заблестели слезинки.

 – Отец не допустил бы такого.

 Она имела в виду, что князь точно навёл справки и удостоверился, что у Олега Урусова не было близкой девы, что согревала бы его постель. В Росении не считалось предосудительным иметь связь до свадьбы. Во многих сёлах и весях именно деву, родившую ребёнка до свадьбы, охотно брали замуж, потому что точно были уверены в её плодовитости.

Но нравы в столице отличались. Здесь не принято было выставлять напоказ свои добрачные отношения, а после свадьбы считалось зазорным иметь любовницу. Если мужчине нравилась другая женщина, то он мог открыто обеспечивать её и признать детей или сделать второй женой.

Совсем не так представляла свою жизнь Влада. Она не была готова терпеть соперницу, о чём сразу сообщила будущему мужу, и он принял  её взгляды, пообещав на помолвке иметь только одну жену.

Ольга Кудеяровна верила в своих старых богов, готовила дочь, по совету отца, к посвящению в ведуньи, а для этого дева должна быть девственницей, поэтому Владу оберегали от мужских глаз, не вывозили на придворные пиры – празднества, где государь устраивал своеобразные смотрины для своих подданных. Хотя молва о красоте княжны разошлась далеко за пределы Звениславы.

Но несколько лет назад связь с Полесьем прервалась, там начались крупные стычки со степняками, грозившие перерасти в полномасштабную войну. Как же жалела Ольга, что не может посоветоваться отцом. Тогда она отправилась к Бояне просить посмотреть будущее дочери. Вещунья сказала, что  у княжны особая доля, поэтому княгиня должна смириться и отдаться на милость богов.