Там на неведомых дорожках. По зову сердца

ГЛАВА 5

ГЛАВА 5

Ах, как горевала Ольга Кудеяровна, что справляет свадьбу дочери не в своём родном Полесье, где к такому празднеству подходили с большей ответственностью, потому что свадьба носила там общественный характер. В этом торжестве участвовали все жители, будь это маленькая лесная община или большое поселение.

Но и здесь, в сердце Росении, она не отказалась от древних обычаев. Пригласив на тожество все ближайшие  семьи, княгиня собрала самых лучших стряпух, чтобы испечь свадебный каравай.

Влада посмеивалась, припомнив знаменитую сказку:

 – Мамки, бабки, собирайтесь! Испеките мне к утру свадебный каравай!

 На что матушка ей отвечала:

  – В каждой сказке есть доля истины.

 Она лично контролировала замес теста, каждый раз произнося только ей знакомые наговоры.  К утру, когда каравай был готов, его украсили фигурками из теста и фруктов, цветами, ягодами, лентами.

 Все подружки и друзья встали с рассветом, начав готовить свадебный поезд – дружину. Далеко окрест раздавались весёлые песни, музыка, смех. Только невеста, одетая в красный сарафан, закрытая тонким белым платком, сидела молча в своей горнице. Она даже была рада этому  древнему обычаю, полностью отгораживающему её от всех.

По преданиям,  плат символизировал границу между мирами, это означало, что она умерла для своего рода, так как теперь принадлежала роду мужа.  Никто не должен видеть её лица, потому что жители мёртвого мира являются невидимыми для живых. А иначе разрушались границы между мирами, и это могло принести несчастье.

Не то чтобы Влада плакала, но печаль сковала её сердце. Она только сейчас осознала, что кончилась её беспечная девичья жизни, а что будет впереди – неизвестно. Да, она любила жениха, но получится ли у них создать счастливую семью? Такую, где каждый бы понимал другого, жил его чаяниями, такую, где каждый понимает друг друга с полуслова?

 Не слишком ли они разные с Олегом? И дело не в сословиях, а в образе мыслей. Дева знала, что суженый не очень-то почитает древние обычаи. Это и понятно. Он побывал в разных государствах, видел многие народы, узнал много того, чего не пожелаешь никому.

Лада слушала его рассказы о других мирах и диву давалась –  сколько же там такого, что не приемлет её душа. Как он ещё сохранил рассудок после таких путешествий? Ни за что не согласилась бы она побывать там, где обитают такие жуткие твари. Да и зачем ходить так далеко по мирам – чертогам, если можно торговать с соседними странами? Правда, со степняками договориться не удавалось, уж больно дики и воинственны, зато восточные соседи и западные вполне дружелюбны.

 Хорошо, что все чудесные дороги  закрылись после того, как приезжал дед. Именно он со своими учениками управлял этими дорогами, ведущими в разные миры. Матушка рассказывала, что её прадед бывал даже в чертогах богов, но Лада думала, что это просто семейная легенда.

К рассвету свадебный  поезд стоял у хором купца Урусова. Он жил в одном из купеческих кварталов Звениславы, занимая большое место, ведь у него был не только каменный двухэтажный особняк, но и лавки, где продавались различные товары, мастерские по изготовлению обуви и украшений.

 Олег с друзьями быстро уселись в открытые экипажи, а челядь расположилась в повозках, и отправились к дому невесты с песнями и музыкой.

У дома все быстро высыпали из повозок и устремились к воротам, где их ждали подруги невесты. Они требовали выкуп, дружки сыпали шутками, отговариваясь. Тогда вывели подневесту, огромного мужика, одетого в платье,  с плотным платком на голове.  Тут начался настоящий торг, так как жених никак не хотел брать такую «невесту». Наконец, получив долгожданные подарки, родители вывели Владу и передали из рук в руки Олегу. Её проводили и усадили  в экипаж, украшенный ярче других. Невеста садилась с одной стороны с подругами, жених с другой с дружками.

 И свадебный поезд отправился в Храм для свершения обряда служителями богов.

Первым у храма вышел Олег с друзьями и родителями, помог спуститься Ладе с подругами.

Жених и невеста прошли между ровными рядами гостей по ступенькам, ведущим к великолепному зданию, дышащему древностью, хотя и построенному из брёвен. Этот храм был одним из самых древних. Его башенки и башни, украшенные затейливой резьбой,  светились и искрили под лучами солнца, а  стены казались золотистыми.

 Влада всегда с удовольствием любовалась этим совершенным произведением древних зодчих, создать подобное уже не могли её современники.

 В дверях гостей встретил жрец, древний старец с седой бородой, в белой хламиде с красными узорами на рукавах и подоле. Он повёл молодых к алтарю.  Это был полукруг, расположенный на возвышении.

Жрец поднялся к деревянной статуе Рода, возвышавшейся на несколько сажень. Рядом с ним чуть меньше была статуи  его супруги Рады. Вокруг них стояли деревянные статуи зверей, птиц, росли деревья и кустарники. Было ощущение, что находишься не в помещении, а на лесной поляне. Здесь и воздух казался наполненным ароматом леса и луга.

Поклонившись Роду, Олег положил к подножию статуи дары – корзину с пирогами и фруктами, а Влада вытянула руки, на которых лежали рушники, вышитые самой девой. Жрец повязал рушники на статуи. Сделал это незаметно и ловко, будто став выше ростом. Затем начал рисовать руны возле статуй, напевая незнакомую мелодию, казавшуюся такой знакомой, но слышимой впервые. Она казалась колыбельной песней, исполненной на незнакомых инструментах.