Там на неведомых дорожках. По зову сердца

ГЛАВА 7

ГЛАВА 7

Княгиня появилась довольно быстро, хотя только начало светать. Она всегда была ранней пташкой,  а в свадебной суматохе вообще почти не спала.

Быстро войдя в комнату, Ольга  обняла дочь, в растерянности стоявшую у окна.

 – Матушка, что это? Олег вышел?  –  спросила Лада.

 – Успокойся, милая, –  погладила распущенные волосы дочери княгиня.

Влада отодвинулась.

 – Это… продолжение сна? Он не мог… покинуть меня. Не мог! Он честный и… он любит меня!

 Ольга Кудеяровна вздохнула.

 – Я знаю, детка, знаю. Слуги обшарили весь дом, постройки. Кони на месте…

 – Куда ему ехать?  – подняла глаза, полные слёз, Лада.  – И зачем? Что-то случилось… Он в беде, я чувствую… Что ты думаешь, матушка?

  – Пока не знаю. Отец разговаривает со сватами.  Нам нужно пойти к ним. Приводи себя в порядок.

  Княгиня тут же позвонила в колокольчик, вызывая горничную.

 Злата вошла тут же, словно ждала приглашения. Робко поклонившись, застыла, опустив голову.

 – Помоги княжне одеться, надо спуститься к гостям.

 Злата тут же достала коричневое атласное платье с белой кружевной отделкой, хотя в другое время она бы выбрала более  яркий наряд. Помогая облачиться княжне в дорогое платье, горничная украдкой смахнула слезу и начала расчёсывать волосы. Влада сидела на табурете перед зеркалом отрешённо.

«Плохо помню прошедшую ночь. Олег был таким нежным и страстным. Мне показалось, что мы улетели в бескрайнюю даль, где было так легко и свободно. Но стали ли мы супругами? Всё дальнейшее как в тумане. Не чувствую никаких перемен в теле, а ведь должен быть по крайней мере дискомфорт. Так я дева или уже жёнка? Стал ли наш союз настоящим или пока мы всё ещё жених и невеста?»

 Эти мысли отразились на лице дочери так явственно, что княгиня вздохнула, тоже не чувствуя перемен в дочери. И та, и другая уже осмотрели и постель, не найдя свидетельств потери невинности.  Не доверяя собственным глазам и ощущениям, Ольга приказала горничной, закончившей свою работу:

 – Позови Бояну.

 – Матушка…  –  посмотрела на княгиню дочь. Они были так близки, что могли читать мысли друг друга по жесту, блеску глаз.

 – Мужайся, дочь!

Услышав негромкий стук, княгиня открыла дверь. Бояна  поклонилась, опустив голову в старинном головном уборе, придерживая длинный тёмный сарафан.  Эта женщина не была ещё старой, но в глазах её светилась такая мудрость, что она казалась знающей тайны мира. Её лицо помолодело, и хотя не исчезли морщины, но кожа стала более эластичной, исчезла старческая дряблость. Ольга подумала, что спокойная жизнь и доброжелательное отношение меняют не только характер, но и тело.

 Хотя дочь волхва знала, что Бояна пользуется отварами и зельями собственного изготовления, которые раздаёт всем желающим.  Возможно, и она, Ольга, когда-нибудь воспользуется омолаживающими эликсирами знахарки.

Княгиня внимательно посмотрела на вещунью. Та стояла,  опустив руки, и переводила взгляд с княгини на княжну.

 – Присаживайся, Бояна, –  предложила Ольга, кивнув на мягкое кресло, но знахарка отрицательно покачала головой и прошла к княжне. Положив руки на её плечи, она закрыла глаза, начала шептать заклинание.

Владе показалось, что вокруг наступила оглушительная тишина. Даже воздух застыл, словно превратился в прозрачное стекло. Комната вдруг раздвинулась, превратившись в безбрежный воздушный простор, казавшийся совершенно незнакомым, потому что небо было не прозрачно-голубым, а розовым, с багровыми облаками.

Тишина давила, угрожала, нашёптывала страшные слова. Потом возникло лицо Олега, он широко распахнул глаза и прошептал, точнее простонал:

 – Ладушка, милая, дождись меня! Я вернусь!

Бояна открыла глаза, и тут Лада почувствовала, что снова оказалась в помещении.

 – Что ты видела, княжна?  – спросила вещунья.

 – Олега…

 – Олега?  –  подалась к дочери княгиня, сидевшая на диванчике.

 – Он был в незнакомом мире… Просил дождаться его.

 – Что за мир?  – спросила Бояна.

 – Не знаю, –  пожала плечами Влада.  –  Там розовое небо и багровые тучи. Они такие зловещие.

– Не наш мир, –  сделала вывод Ольга, знахарка кивнула, а потом ответила на невысказанный вопрос, что витал в воздухе:

 – Дева наша Ладушка.

 Тут в дверь поскреблись, после разрешения княгини возникла голова Златы. В её глазах застыл испуг.