Там на неведомых дорожках. По зову сердца

ГЛАВА 8

Княгиня погладила руку супруга, пытаясь успокоить. Князь посмотрел на жену, кивнул, сжал губы. Ему стоило больших усилий взять себя в руки, но он справился. Супруги Урусовы в это время переглядывались, на лице купца была растерянность, а купчихи – беспокойство и тревога.

 – Я слушаю, –  сказал князь, устремив взгляд на Невзора Уладовича, но тот вдруг смущённо потупил голову, ответила же его супруга:

 – После нашей свадьбы Невзор тоже исчез.

Лада шумно выдохнула, а князь грозно сдвинул брови:

 – И вы молчали?

 – Так мы не думали, что такое повторится, –  пролепетала купчиха.

 – Где ты был, Невзор?

 – Если бы я знал, –  сокрушённо произнёс купец.

 – Как?  – воскликнули супруги Матвеевы.

 Невзор Уладович собрался, выдохнул и решительно произнёс:

 – Не помню ничего. Мне показалось, что ничего не произошло. Свадебная ночь… жена, потом темнота, головокружение, точно падаю в пропасть. Замелькали неясные силуэты. Очнулся в супружеской постели…

 – …через год, –  еле слышно закончила Агния Никоноровна.

 Князь посмотрел на вещунью, та внимательно слушала весь разговор, иногда шепча странные слова. Бояна подняла глаза:

 – Не лгут. Всё так и было.

 – Но как же так?  –  растерянно спросила княгиня, бросая  тревожный взгляд на дочь.  – Что делать?

 – Ждать, –  тихо сказала госпожа Урусова.

 – Ждать? Целый год?  –  вступила в разговор княжна.

Она не могла поверить, что такое возможно, но сердце подсказывало, что родители Олега говорят правду. Но зачем? В то же время на сердце стало чуть легче, ведь как ни уговаривала себя дева, что жених не мог бросить её, в уголке сознания такая тревожная мысль всё же возникала. И теперь, когда она знала, что он покинул её не по доброй воле, а по чьему-то злому умыслу, Лада успокоилась.

 – У вас есть таинственные недоброжелатели?  –  сухо осведомился князь. Супруги Урусовы переглянулись, пожали плечами.

 – Не замечал, –  ответил купец.  – Недруги не действуют в открытую.

А потом нехотя признался:

 – Но после того… случая моё дело стало процветать. Лавка отца, что перешла мне по наследству была маленькой и большого дохода не приносила.

 – Значит, это компенсация за причинённый ущерб?  –  в глазах князя сверкнул недобрый огонёк. Видимо, он не до конца поверил рассказу сватьев. Это так явственно читалось в его взгляде, что купец тяжело вздохнул, а вещунья предложила:

 – Провести ритуал, возвращающий воспоминания?

 – Это опасно?  –  испуганно спросила  Агния Никоноровна. Увидев во взгляде знахарки подтверждение своим опасениям, купчиха схватила руку мужа, прижала к груди. Видно, она боялась потерять его вновь.

Невзор Уладович ободряюще улыбнулся жене и решительно произнёс:

 – Я согласен.

 – У нас, –  бросила вещунья. И все поняли, что нужно ехать в загородное поместье князей Матвеевых. Влада облегчённо вздохнула, точно родные стены могли вернуть ей любимого. А вдруг?

Матвеевы ехали в закрытой карете князя. Ольга обняла дочь, Влада положила голову на плечо матери и закрыла глаза. Разговор не клеился, хотя князь вёл неспешную беседу с вещуньей, выспрашивая, что понадобится для проведения ритуала, и как долго он будет проходить. Бояна сидела рядом с князем так спокойно, словно всегда ездила в его дорогой карете. Она изредка отвечала, но больше кивала, а потом совсем закрыла глаза, видно, задремала.

Казимир недовольно сжал губы. Его деятельная натура не выносила безвестности и бездействия. Ольга бросила на мужа взгляд, от которого ему стало не по себе, ведь как бы он ни переживал, всё же основная горечь произошедшего отразилась на дочери, которая, к удивлению отца, вела себя вполне достойно  – не плакала, не билась в истерике, а только вздыхала.

 Урусовы сидели в своём двухместном полузакрытом экипаже.

 – Я боюсь, Невзор, –  призналась Агния.

 – Всё будет хорошо!  – обнял жену купец, опустив глаза, в которых плескалась та же неуверенность. Но он же мужчина и должен быть опорой семье.

 Невзор подозревал, что не всё хорошо было в его прошлом, но старался забыть тот неприятный инцидент, что стал причиной его неуверенности в себе, ведь тот год действительно выпал из его жизни. Где он был? Что делал? С кем встречался? И за что так щедро был награждён?

Хорошо, что жена поверила ему, не стала расспрашивать, простила, не зная за что, стала надёжной опорой ему и сыну.