Там (смерть) любовь Кощеева

Глава 4

Понятия не имею как, но я выскочила из замка, даже не заблудившись в бесконечных мрачных коридорах и на запутанных лестницах. Волосы тут же подбросило резким порывом ветра. На и без того мрачный пейзаж опускалась ночь.

Впереди темный неприветливый лес. Стая птиц с шумом сорвалась с веток, и я вздрогнула, обняв себя руками от холода. Ветер становился все сильнее. Над моей головой громко каркнула и пролетела ворона.

Нет уж, в лес я точно не пойду. Когда совсем стемнеет, я просто не смогу по нему передвигаться. Возможно, мне удастся найти дорогу или хоть какое-то поселение, если я пересеку поляну, на которой росли колючие на вид кустарники и было совсем немного деревьев. По ним-то и буду ориентироваться. Да.

Оглянувшись и убедившись, что маньяк за мной не пошел (или просто скрывается где-то, наслаждается страхом жертвы), я побежала вдоль замка, вскоре миновав его.

У страха глаза велики. Так же говорят? Мне постоянно казалось, будто за мной кто-то наблюдает. Словно в темноте опушки леса то и дело загораются хищные глаза зверей. Казалось, что в кустах поджидает опасность, но это лишь сухие ветки хватали меня за одежду, пытались остановить. Оцарапали руки. Порвали джинсы.

Я бежала, и бежала, и бежала. Легкие горели огнем, меня тошнило от страха, но я не могла позволить себе остановиться. Я должна выбраться отсюда!

Нырнув меж двух деревьев, я наконец вырвалась на свободный от растительности луг. Перевела дух и рванула дальше. Как вдруг прямо у меня перед лицом мелькнуло что-то черное и опасное. Я отшатнулась, резко затормозив. И из-под ног… в пропасть посыпались мелкие камни.

Обрыв. Ошарашенно застыв прямо на его краю, я сделала осторожный шаг назад. И в ужасе осела на землю. Обхватила колени руками. И просто слушала, с какой скоростью бьется в груди сердце.

Ворон, который заставил меня остановиться приземлился рядом. И многозначительно каркнул.

— С-спасибо, — зачем-то сказала я птице. Но он будто понял. Повернул птичью голову и долго смотрел на меня непроницаемым взглядом.

Кажется, я начинаю сходить с ума…

Немного придя в себя, подползла ближе к обрыву. Как… странно. Далеко внизу виднелись верхушки деревьев. Где-то вдалеке утопала в закате деревня с соломенными крышами домов. И уютным дымом из печных труб. Разве, такие еще где-то делали?

Но странным было даже не это. А сам обрыв. Он был идеально отвесным, а форма такая… ровная. Будто кто-то резанул кусок земли ножом по кругу. И дернул высоко вверх.

Поднявшись на ноги, я еще прошлась немного вдоль обрыва. Форма не менялась, идеально ровная… Ни спуска, ни лестницы, ничего. Возможно, мне стоило обойти по кругу весь обрыв, чтобы найти хотя бы намек на возможность спуститься. Но солнце почти скрылось за горизонтом. Где-то завыл волк. Совсем немного, и я останусь в темноте ночи посреди улицы совсем одна. Без фонарика и телефона. А ночь становилась все холоднее.

Вдруг снова протяжно каркнул ворон. Я опустила взгляд, и поняла, что все это время он ходил за мной. А после… Птица вдруг вцепилась клювом в шнурок моего кроссовка. И потянула. Будто звала за собой.

— Все, Василиса, ты точно сошла с ума.

Ворона потянула активнее, уже прыгая в обратную от обрыва сторону.

— Хочешь, чтобы я за тобой пошла?

Ворон молчал. А ты ждала, Василиса, что она тебе ответит?!

Делать нечего. Я пошла за вороном. Едва он понял, что я больше не сопротивляюсь, выпустил мои шнурки и просто полетел вперед. Я побежала.

И уже очень скоро… ворон привел меня обратно к замку.

— Нет-нет-нет, зачем, мне нужно к дороге! Или в деревню! Туда, где люди!

Ворон грозно на меня каркнул. И улетел.

Ладно, какие у меня варианты? Переночевать в лесу, где уже воют волки? Спрыгнуть со скалы, как в одной очень хорошей песне? Или вернуться в замок? В ту комнату – быстро проскочить и забаррикадироваться. А уже утром что-то решать. Да. Пожалуй, так и сделаю. Что еще мне остается?

Но едва я шагнула на ступеньку, как вдруг из приоткрытой массивной двери в мою сторону скользнул плотный черный дым. Совсем как тот, в лесу! Он быстро добрался до ног, укутал все тело. И уже в следующую минуту я пошатнулась, приземляясь в слабо освещенной свечами и факелами зале. На стенах гобелены, засохшие цветы в вазах – когда-то прекрасные розы. Посреди комнаты длинный деревянный стол, накрытый на двух персон, с двух противоположных концов. А во главе стола… он. Кощей.

— Присядь. И поешь, — сухо отозвался мужчина, неспеша и даже не смотря в мою сторону разворачивая салфетку и расправляя ее у себя на коленях.

— Как ты это сделал?! Что за фокусы?

— Это магия. Сядь. И. Поешь.

— Чтобы ты меня отравил?! Я все слышала!

Плотно сжав зубы, Кощей вытянул руку перед собой. И все тарелки с моей стороны моментально притянуло к нему. Взяв в руки приборы, он, не торопясь, отрезал от моей порции по кусочку. И демонстративно съел, долго и тщательно все пережевывая. А после запил все это напитком из моего бокала. И снова вскинул руку, отправляя тарелки обратно.

— Довольна? Еда не отравлена. Поешь. Пожалуйста.