Там, за перевалом

5

Начался спуск, который оказался намного сложнее подъема. Приходилось то прыгать сверху на камни с риском того, что они могут укатиться из-под ног, то сползать задом по шершавой и неровной скалистой поверхности. Колени уже гудели, лямки рюкзака ощутимо натерли плечи. Чувствовался каждый грамм тяжести. Все запасы воды, набранные с утра в реке, закончились. Губы пересохли, когда как спины под рюкзаками были мокрыми и липкими от пота.

Но чем ниже они спускались, тем ощутимей становилась свежесть горной реки. Ноги сами ускорили шаг, чтобы путники смогли поскорее сполоснуться в прохладной воде. Наконец группа путешественников вошла в зону леса. Над головами сомкнулись кроны деревьев, даря долгожданную прохладу. Побросав где попало рюкзаки, молодые люди первым делом бросились к реке.

Лера с наслаждением окунула руки в ледяую воду, ополоснула разгоряченное лицо, обтерла шею. Набрала пригоршню воды и начала пить маленькими глотками. Быстро жажду утолить не удалось - от холода свело зубы. Вода в горных реках особая — пьешь ее, пьешь, а тебе все больше и больше хочется. Прямо наркотик какой.

Парни поснимали футболки и поливали себя из кружек, чтобы охладиться и смыть запах пота. Лера украдкой наблюдала за Денисом. Тот шутил, толкался с Иваном и Олегом, которые дружно пытались спихнуть его в бурлящий поток.

Когда девушка смотрела на брюнета, у нее почему-то сжималось в груди. Неужели влюбилась? Как же не хочется вновь открывать свое предательски раненное сердце! Парень был слишком хорош. Его взгляд привлекал к себе, заставляя тонуть в чувственности и желании. Как же не хочется снова попасть в сети влюбленности, снова открыться и телом, и душой, получив взамен одиночество и обреченность.

Заметив, что Денис идет в ее сторону, утирая лицо футболкой, она сделала вид, что увлеченно набирает воду в бутылку, которая была и так уже полна доверху.

— Устала? — спросил он и присел рядом на плоский камень, который обтекала вода со всех сторон.

— Да не особо, — ответила Лера, стараясь не смотреть в глаза молодому человеку. — Этот поход не такой уж и сложный. Идем-то всего часов шесть. Однажды мне с группой пришлось идти двенадцать часов по подобному склону почти без остановок. Так что, этот поход — не шибко большое испытание.

— Согласен. Только такого опыта у меня, как у тебя, нет. Всего-то пару раз выбирался с Олегом на двухдневные пешки.

— Ну, несмотря на это, держишься молодцом! А Олег прямо поражает — кожа да кости, а какой выносливый. Не то, что вечно ноющий Ник.

— Да, Олег — это феномен. Ты знаешь, он кандидат наук. А сейчас уже докторскую пишет. Это просто мега-мозг.

— Неожиданно! А по какой теме?

— Что-то типа философская филология или филологическая философия. Только ты у него не спрашивай! А то разведет лекцию на пару-тройку часов. Уши в трубочку свернутся, — пошутил он.

Иван объявил общий сбор. Все сгруппировались возле него, накидывая рюкзаки и поправляя ремни.

— До стоянки осталось идти совсем недолго, — перекрывая шум реки, прокричал он. — Сейчас мы пройдем мимо священного места шаманов. Прошу ничего не трогать, чтобы их боги не прогневались на нас. Считается, что это место обладает магической и исцеляющей силой. Жаждущие приходят сюда, чтобы попросить здоровья, рождения детей. Не пугайтесь, там гора подношений и подарков. Выглядит немного жутко, на мой взгляд.

Гуськом путники двинулись дальше вверх по реке, перескакивая с камня на камень и перешагивая через выступающие изгибы корней. Потом они углубились в тайгу ближе к склону.

Огромный столб, на котором было искусно вырублено лицо с огромными глазами и открытым ртом, резко выделялся в привычном пейзаже. Деревянный идол был перевязан цветными лентами сверху до низу, а под ним лежала груда вещей. Ленточками также были обвязаны ветки деревьев вокруг маленькой полянки. Казалось, что от столба идет мощная и зловещая энергетика. Даже, казалось, притихли не только птицы, но и ветер.

Иван повел группу по самому краю поляны. Молодые люди молча таращились на идола и кучу подарков и подношений странному богу, среди которых можно было разглядеть множество игрушек — куклы, машинки, погремушки, была даже одежда для новорожденных. Там же вперемежку лежали яркие украшения, монеты, различные фигурки людей и животных. Какая-то жуткая атмосфера царила на поляне. Чужие боги, чужая религия подавляли и вводили в трепет. Рука Леры самопроизвольно коснулась середины груди, где на длинной цепочке висел серебряный крестик.

— А зачем ленточки? — шепотом спросила Марго Ингу.

— Это подарок богам, чтобы исполнилось заветное желание, — также тихо ответила девушка.

— А можно тоже повязать веревочку?

— Если хочешь, конечно! Иван, достань веревку, давай тоже на счастье повяжем.

Инструктор достал моток черной с зеленым вкраплением веревки, отрезал ножом несколько шнурков. Каждый молча взял свою веревочку и, загадав желание, повязал ее на ближайшем дереве.

— Черт! Я палец порезал! — ругнулся Ник.

— Тише ты! — зашипела на него Инга. — Здесь нельзя сквернословить!

— А что такого-то? — возмутился парень и начал нараспев перечислять все матерные слова, какие только знал до тех пор, пока Иван не подхватил его за грудки.