Тамариль. Ожившая сказка

Глава 17

«Тами! Поклянись мне!»

Я снова бродила в темноте, и лишь этот женский голос не давал мне скатиться в полную панику. Почему тут совсем нет света? Откуда звучит этот голос? Я попыталась прислушаться и понять хотя бы направление, куда мне идти. Определившись, я медленно побрела в ту сторону, откуда, казалось, звучал этот голос.

«Тами!», - снова услышала я. И в этот раз мне показалось, я начала вспоминать ту, что звала меня. Мелькнули перед глазами огненные волосы, кудряшки рассыпались по плечам и внезапно, я оказалась на красивом цветущем лугу.

Вокруг возвышались огромные горы со снежными вершинами, теряющимися в облаках. Где-то рядом журчал ручей, и я завертелась, пытаясь отыскать его. И вот тогда я увидела ее. Женщину, которая звала меня.

Красивая, молодая и стройная, она стояла на берегу ручья в цветастом сарафане, а ветер трепал ее непослушные огненные кудри и подол платья. Она прикрывала ладошкой глаза от яркого солнца и тепло мне улыбалась.

Эта улыбка показалась мне такой родной, такой знакомой, что защемило в груди от нежности. И тут же словно вспышка мелькнула перед моими глазами, я зажмурилась, а когда открыла их вновь, то вспомнила все, что было связано с этой женщиной. Сейчас я видела себя словно со стороны. Вот я совсем малышка, улыбаюсь и тяну ручки к Кэри, именно так звали эту женщину, Кэралия Визард.

Я вижу Кэри очень четко, а вот девочка для меня словно растворяется в пространстве, мне никак не удается уловить черты ее лица, они словно расплываются и не хотят складываться в картинку. Перед глазами проносятся разные отрезки моей жизни, я почему-то уверена, что моей, хоть и не вижу своего лица.

Кэри обучает меня, читает мне сказки, просто разговаривает. Мы с ней вместе каждый день, стоит мне проснуться, как первая мысль о ней. У меня есть родители, но здесь я их не вижу, просто знаю, что они есть.

Странно лишь то, что они обычные люди, безо всякой магии, и во сне я уверена, что и у меня нет магии. Но как так? Почему нет, если я лари? И как могла родиться лари у простых деревенских жителей?

Мне очень хочется разглядеть себя, и я напрягаю зрение изо всех сил, и внезапно перед глазами снова все становится черным. Переход слишком резкий, и я снова в панике, мне кажется, что я ослепла.

И тут я снова чувствую их, руки на моей талии, сильные руки, тянущие меня прочь от моих воспоминаний. Я не хочу уходить, хочу снова увидеть Кэри и себя маленькую, но безжалостные руки сжимают и тащат за собой в темноту. Я кричу, выбиваясь из сил, стараюсь вырваться.

И просыпаюсь. Кругом темнота и тишина. Но эта не та темнота из сна, здесь мне не страшно, хоть сердце еще и колотится от пережитого ужаса. Я облегченно откидываюсь на подушки, переводя дыхание.

Римар предупреждал, что могут быть кошмары, таким образом воспоминания пытаются пробить ту стену в моем сознании, которая отделила их от моего разума. Меня потряхивает, и сорочка взмокла на спине, но вставать мне неохота. Хорошо, что я никого не разбудила, я и так доставляю Римару и Ленси слишком много проблем.

Я протягиваю подрагивающую руку к прикроватному столику и беру стакан, заботливо оставленный служанкой. Римар велел выпить этот настой, если проснусь ночью, значит, надо выпить. Я пытаюсь вспомнить свой сон во всех подробностях, но перед глазами почему-то встает совсем другое лицо.

Лицо вчерашнего гостя Версана Астаура. Яркие голубые глаза внимательно смотрят на меня, проникая в самую душу. Почему я так на него отреагировала? Когда он вошел, первой моей реакцией было «Бежать!», мне стоило больших трудов усидеть на месте и не показать вида, что меня накрыла паника.

И в тоже время, он не был мне неприятен, скорее наоборот. Мне нравилось смотреть на него, он вызывал симпатию. До тех пор, пока не подошел ко мне. Тело снова непроизвольно сжалось, пытаясь отодвинуться от него как можно дальше. Да что со мной такое? Неужели я так реагирую на всех мужчин?

Но ни Ильмар, ни его дядя не вызывали во мне страха и напряжения. Да и к слугам мужчинам я относилась без опаски. Что же не так с этим парнем? Надеюсь, он не заметил моей реакции на него? Было бы неудобно, похоже, Селестия любит его, да и остальные хорошо к нему относятся.

Я никому не стала говорить о своих реакциях, не хотела выглядеть истеричкой в их глазах. Когда Римар уединился с ним в своем кабинете, Селестия тоже засобиралась домой. Перед уходом она взяла с меня слово держать ее в курсе моих дел и обещала навещать меня, как можно чаще.

Эта женщина очень нравилась мне, я чувствовала ее искреннее участие в моей судьбе. Все-таки мне очень повезло попасть именно к этим людям, боюсь подумать, как бы плохо мне было со своей амнезией, если бы меня нашел кто-то менее порядочный, чем Ильмар.

И теперь я знаю свое имя – Тамариль! Оно мне очень нравится, надеюсь, что Селестия не ошиблась, и это и вправду мое имя. Но вот остальные обстоятельства меня сильно пугали. Если я – та пропавшая девушка, значит, это на меня совершались все покушения, а мои родители считаются погибшими, как и я сама совсем недавно.

Но то, что я сегодня вспомнила из детства, говорит, что жила я в какой-то горной деревушке и мои родители были самыми обычными. Или это не мои родители? Что может помнить о себе годовалый ребенок? А еще меня очень напугали слова Селестии о той семье, к которой я могла принадлежать.