Танцующая для хана

Пролог.

Шатер хана был погружен в полумрак, лишь слабый свет луны пробивался сквозь щели в ткани, создавая причудливые узоры на стенах. Воздух был наполнен ароматом дыма, кожи и чего-то еще — чего-то дикого, первобытного, что заставляло мое сердце биться быстрее. Я стояла в центре шатра, чувствуя, как каждый нерв в моем теле напряжен до предела. Я знала, что эта ночь может изменить все.

Кутлуг, хан, сидел на своем троне, сделанном из темного дерева и украшенном резьбой, изображающей волков. Его глаза, холодные и пронзительные, изучали меня с таким вниманием, что я чувствовала, как моя кожа покрывается мурашками. Он был высоким, с широкими плечами и мускулистыми руками, покрытыми шрамами, которые рассказывали истории о бесчисленных битвах. Его длинные волосы, заплетенные в косы, падали на плечи, а в глазах горел огонь, который одновременно пугал и притягивал.

— Ты не похожа на других, — произнес он, его голос был низким, как гром, и заставлял ее внутренности сжиматься. — Ты не дрожишь, не плачешь. Что ты за женщина?

Я уверенно сделала шаг вперед, а мои движения были медленными и плавными. На мне была те самые бирюзовые шаровары, что купила у торговцев на шелковом пути. Так же знала, что должна быть осторожной, но также понимала, что только смелость может спасти меня.

— Я — та, кто может дать тебе то, чего ты никогда не испытывал, — ответила я, мой голос был тихим, но твердым.

Кутлуг улыбнулся, но в его улыбке не было тепла. Это была улыбка хищника, который знает, что его добыча уже в ловушке.

— Докажи, — сказал он, откидываясь на спинку трона. — Покажи мне, что ты можешь.

Нет, в этот раз хищник не он, ведь кроме Карашаш, к нему повторно пришла я. И после всех пережитых бед, решила не упускать свою судьбу. В этот раз, я не уступлю свое место и добьюсь своего.

Я почувствовала, как мое сердце замирает, но не позволила страху взять верх. Вместо этого я подошла к нему, мои движения были плавными, как у змеи, готовящейся к нападению. Опустилась на колени перед ним, не прерывая зрительного контакта с ним. Мои руки медленно поднялись, и я коснулась его ног, чувствуя, как его мышцы напрягаются под моим прикосновением.

— Ты сильный, — прошептала я, а пальцы скользили вверх по его ногам, к бедрам. — Но даже сильные нуждаются в том, чтобы их слабости были раскрыты.

Кутлуг не сказал ни слова, но его дыхание стало прерывистым. Моя уверенность что хан призовет меня в очередной раз росла в геометрической прогрессии. Я знала, что делаю. Мои руки медленно поднялись к его поясу, и я развязала его, позволяя ткани упасть на пол. Пальцы осторожно коснулись его кожи, и я почувствовала, как он вздрогнул.

— Ты ведьма, — прошептал он, его голос был хриплым, но в нем не было гнева. — Ты знаешь, как заставить мужчину потерять голову.

Я улыбнулась, но не ответила. Вместо этого я наклонилась вперед, мои губы коснулись его плоти. Тело хана напряглось. Я осторожно скользнула языком по его коже, и услышала, как он застонал.

— Ты играешь с огнем, — предупредил он, но его голос был слабым, как будто он уже потерял контроль.

— Огонь может сжечь, — прошептала я в ответ, страстным голосом. — Но он также может согреть.

Кутлуг не смог больше сдерживаться. Его руки схватили меня поднял, как будто я была легче перышка. Кутлуг положил меня на ковер на четвереньки, поза в котором он берет своих рабынь. Но вместо подчинения я развернулась и слегка толкнула хана. Наверняка, завтра полетит моя голова, а наверняка он вновь призовет меня. Его глаза горели, как угли, и я знала, что он больше не будет ждать.

— Ты ведьма, — повторил он, его голос был хриплым, но в нем не было гнева. — Но я не боюсь тебя.

Я улыбнулась, но не ответила. Вместо этого я обвила его шею руками и притянула его к себе. Наши губы встретились в поцелуе, который был полон страсти и желания. Кутлуг смотрел на меня так, словно видел впервые — с удивлением и восхищением, без привычной маски властности. Его дыхание было глубоким и неровным, а в глазах отражались отблески огня.

— Откуда ты знаешь такие вещи, Айбиге? — прошептал он, проводя рукой по моим распущенным волосам. — Ни одна женщина не прикасалась ко мне так.

Я не ответила. Как объяснить ему, что женщины моего времени знают о своем теле и теле мужчины больше, чем все шаманы его племени вместе взятые? Как рассказать, что прикосновения, от которых замирает его сердце, для меня — часть знаний, доступных каждой современной женщине?

— Может быть, ты и правда ведьма? — в его голосе слышалась улыбка, когда он притянул меня ближе. — Приворожила меня своими чарами и зельями?

— Не зелья, — я прижалась губами к его шее, чувствуя, как учащается его пульс. — Просто знаю, что нравится мужчинам. И тебе.

Его руки, сильные и покрытые шрамами от бесчисленных битв, удивительно нежно скользили по моей спине. В эти мгновения он не был грозным ханом, а я — пленницей из другого времени. Мы были просто мужчиной и женщиной, познающими друг друга в древнем танце страсти.

Я оседлала хана, как никто прежде. Мои бедра плотно обхватили его, и я почувствовала, как его тело напряглось под моим прикосновением. Его руки, сильные и грубые, схватили меня за талию, но я не позволила ему взять контроль. Я знала, что должна быть той, кто ведет эту игру.

Мои губы опустились на его шею, и я почувствовала, как его кожа дрожит под моими поцелуями. Я медленно двигалась вниз, оставляя следы своих губ на его груди, чувствуя, как его сердце бьется все быстрее. Его дыхание стало прерывистым, и я знала, что он теряет контроль.

— Ты удивительная, — прошептал он, когда наши взгляды встретились. В его глазах читалось что-то новое — не только желание, но и уважение. — Не похожа ни на одну женщину, которую я знал.

Я положила палец на его губы:

— Тише. Слова сейчас не нужны.

Язык его тела говорил яснее любых слов. Он отдавался моим прикосновениям с доверием, которое, должно быть, удивляло его самого. Этот человек, привыкший повелевать и покорять, сейчас позволял вести мне. Я продолжила свой путь вниз, мои губы коснулись его живота, и почувствовала, как его тело напряглось.