Танцующая среди льдов

***

— Эй, Сумрачная кошка, ты слышишь меня?! — голос Дэна звучал так близко.

— Отойди... — прохрипела я, пытаясь оттолкнуть его, но мои руки едва двигались. Внутри бурлило что-то нестерпимо жгучее, магия вырывалась из-под контроля, и я не могла остановить ее.

— Не дергайся, — процедил он сквозь зубы твердо и решительно. Прежде чем я успела возразить, его магия накрыла меня, словно тяжелое одеяло.

Я почувствовала, как все вокруг замедлилось, будто невидимые оковы сковали тело, лишая возможности сопротивляться. Магия Дэна вплеталась в воздух, удерживая меня неподвижной, подавляя даже мысль о попытке вырваться. Легкие судорожно ловили воздух, сердце бешено колотилось, а тело как будто стало чужим.

Не говоря ни слова, Дэн наклонился и поднял меня на руки так легко, будто я весила не больше перышка. Я замерла, тяжело дыша.

— Не смей… — прошептала я, но мой голос дрожал, вырываясь изнутри эхом собственного бессилия.

Дэн не замедлил шаг, даже не взглянул на меня.

— Заткнись, — отрезал Дэн. — Мне не нужен мертвый объект для мести.

Я сжала губы, стараясь сохранить хотя бы остатки достоинства, а воздух превратился в вязкий, тягучий туман.

— Как трогательно… — еле слышно пробормотала я с ноткой сарказма, но, наверное, он меня даже не услышал.

Дэн сжал челюсти и направился к выходу. Сквозь пелену я заметила у двери маленькую темную тень. Присмотрелась из последних сил — мышь ректора. Она сидела в углу, не двигаясь, и наблюдала за нами. Сердце сжалось. Только этого не хватало. Он и так меня уже подозревает. А еще больше я боялась, что Ушастик, почувствовав врага, проявит себя.

— Дэн, остановись, — я попыталась вывернуться, но он держал меня крепко.

— Молчи, Адалин.

— Почему? Зачем ты... помогаешь? — выдохнула я.

Он посмотрел на меня сверху вниз, и в его глазах я увидела не только злость, но и что-то еще — что-то более теплое, чего я совсем не ожидала, и тут же я решила, что мне показалось.

— Потому что я еще не закончил с тобой, — сказал он тихо, но твердо.

Лечебница встретила резким запахом трав и зелий, который сразу проник в нос, отчего голова закружилась еще больше. Дэн аккуратно опустил меня на кушетку, а лекарь сразу же приступил к осмотру, что-то бормоча себе под нос.

— Как же это тебя угораздило? — лекарь почесал затылок, нахмурив лоб. В его взгляде сквозило недоумение, смешанное с интересом. — Магия, которой тебя ударили, совершенно не сочетается с твоей, поэтому тебе так плохо. А вот та, которой тебя накрыли, подходит, как влитая.

Его слова мне совершенно не понравились. Лекарь, не заметив моего напряжения, вдруг улыбнулся, будто разговор шел о какой-то забавной случайности.

— Сейчас отвар приготовлю, и все наладится, — добавил он. — А пока... — Он протянул руку к стеллажу, уставленному пучками трав и банками с настойками, и вытащил странное растение с фиолетовыми листьями. Его запах тут же разлился по комнате, сладковатый и терпкий. — Дыши этим, — сказал он, подавая мне траву.

Я медленно взяла ее, с недоверием разглядывая завитки листьев, поднесла к носу и втянула воздух, ощущая, как благоухающий аромат проникает в каждую клеточку тела. Внутри сразу что-то начало откликаться. Напряжение в груди ослабло, дыхание стало ровнее, а пламя боли стало понемногу угасать. Бурлящая магия постепенно затихала. Но следы от заклинания Феликса все еще горели на коже, словно невидимые ожоги, шершавые и болезненные.

Когда лекарь ушел за отваром, я прикрыла веки, пытаясь успокоить сердце. Обволакивающий запах фиолетовой травы немного притуплял мысли, но тревога не отпускала. Я уже начала погружаться в полудремотное состояние, как вдруг почувствовала совсем близко тепло. Мгновенно распахнув глаза, я замерла.

Передо мной, буквально в нескольких сантиметрах, навис Дэн. Он наклонился так близко, что я могла ощутить его дыхание на своей щеке. Его взгляд стал темным и странно задумчивым. Казалось, он что-то искал в моих глазах.

— Что это было? — тихо спросил он, — Там, на семинаре. Где ты научилась такому?

Сердце сначала сжалось, а потом заколотилось так громко, что я была уверена: он это слышит. Я отвернулась, не решаясь посмотреть ему в глаза, и уставилась в стену, будто она могла дать мне спасение.

— Адалин, — его голос стал низким и мягким, как никогда раньше.

— Уходи, — прошептала я, стараясь скрыть дрожь в голосе. Но мои слова прозвучали до противного жалобно.

Коснувшись моей щеки ладонью, он мягко, но настойчиво повернул мое лицо к себе и наклонился еще ближе.

— У тебя слишком много секретов, маленькая обманщица, — прошептал он у самого уха, его голос был пропитан чем-то одновременно опасным и притягательным. Я вздрогнула, пытаясь отодвинуться, но его близость парализовала меня.

— То ты скрываешь магию, то на озере танцуешь... — Он замолчал, и напряжение между нами стало почти осязаемым. Я сглотнула, чувствуя, как к горлу подступает ком. На что я надеялась, когда открыла перед ним свою сущность? Легкомысленная, глупая Адалин! — Что еще ты прячешь?

Я закрыла глаза, цепляясь за остатки самообладания, но понимала: оно вот-вот окончательно ускользнет.