Танцующая в огне

Глава 11.

 Всё, что поведал мне Горх было больше похоже на мифы и легенды о богах, что рассказывали в моём мире, и будь я там, то не поверила бы ни единому его слову. Но я уже давно потеряла путь домой, и здесь, в мире, которого я не знаю, причин не верить Горху у меня не было. Впрочем, как и доверять ему, причин я тоже не находила. Мне отчётливо дали понять, что здесь правят иллюзии, и каждый может ударить в спину, ещё секунду назад притворяясь твоим другом. Кто знает, может и эта его личина всего лишь умелое перевоплощение, а я снова пешка в чьей-то игре.  

  Единственный, кому я научилась доверять хоть немного, это Арамель, который всё ещё не появился и не дал о себе знать. 

  - Где наши духи? - Задала Горху мучающий уже давно вопрос, а он лишь неопределённо пожал плечами. 

  - Они всегда рядом. Но им тоже стоит поговорить, Алиша. Так что ты скажешь? Вы останетесь здесь, со мной? 

  - Не знаю. - Честно ответила я. - Слишком много со мной произошло за последнее время. 

  - Понимаю. - Спокойно кивнул Горх, и тут меня словно опалило догадкой. Почему он ничего не спрашивает обо мне? Словно он всё знает, про то откуда я, и как дух огня попал ко мне. 

  - То, что мы с Арамелем теперь связаны, это ты сделал? 

  - Нет, что ты! - Поспешно ответил Горх, вскочив со стула, и отведя взгляд. 

  - Но ты, что-то знаешь об этом, верно? - Он скрывал что-то. Это было настолько очевидно, что и сомневаться не стоило, но как расколоть того, кто две тысячи лет скрывал своё существование от целого мира, я не знала. 

  - Мне это неизвестно. - Уже более твёрдо ответил Горх, но в глаза мне так и не посмотрел, всё так же отводя взгляд в сторону. 

  - Тогда почему ты ничего не спрашиваешь обо мне? Почему впустил в дом так неосторожно? Неужто за все эти годы ты так и не научился тому, что незнакомцам нельзя доверять? 

  Горх резко вскинул голову, в его глазах промелькнула злость, горечь, боль и, кажется, даже страх. Всего лишь на доли секунд, а затем он вновь успокоился, стал абсолютно прозрачным. 

  - Научился. - Отчеканил он. - Но я доверяю Ирраму, как самому себе. Это он сказал мне, что вас не стоит бояться. Духи знают и видят гораздо больше, чем люди. Он чувствовал, что Арамель не в ярости, и дурных помыслов в нём нет. Потому и пустил. Неужели ты думаешь, что я стану обманывать того единственного, кто смог бы разделить моё бремя? Нет, Алиша. Тебе стоит больше доверять мне, поверь, я не враг вам. 

  Я ему не доверяла. Что-то внутри меня настойчиво твердило, что он лжёт. И пусть не во всём, пусть о прошлом он рассказал правду, но вот о моём появлении он точно что-то знает. При этом открывать эту тайну Горх явно не намерен, что злило ещё больше.  

“ Арамель, где же ты?” - уже привычно проговорила про себя, и дух на этот раз отозвался. 

“ Я здесь, Алиша. Мы говорили с Ирраммом. А теперь мне нужно поговорить с тобой.” 

“ Ты не заметил ничего странного в нём? Мне кажется, что Горх лжёт. Или по крайней мере что-то скрывает.” 

“ Ты права. Они лгут оба, именно об этом я и хотел поговорить с тобой. Только не здесь, прогуляемся немного. Возьми Морока.” 

  Горх не был против того, что мне нужно побыть немного наедине с собой, а точнее с Арамелем. Наоборот, проводил до навеса, и сняв иллюзию с Морока, помог сесть в седло.  

  - Надеюсь ты вернёшься, Алиша. Я буду ждать. - Он сделал шаг назад, и Морок рванул в гущу леса, словно и ему здесь абсолютно не нравилось.  

  Он остановился лишь когда сотни ветвей сомкнулись за нашими спинами, а я и вовсе потеряла путь назад. Наклонился, чтобы я могла спуститься, и отошёл в сторону, будто не хотел подслушивать наш разговор. Всё же Морок был удивительной лошадью. Так чутко чувствовать настроение и желания не смог бы даже человек. Мой же чёрный друг словно был связан со мной невидимыми нитями преданности и понимания. 

  - Это правда, что ты уничтожил почти всё на этой земле? - Спросила уже вслух, чувствуя, что Арамель стоит за спиной в своём человеческом облике.  

  - Правда. Такова моя сущность, Алиша. Если я не привязан к человеку и к его воле, то делаю то, что предначертано мне природой. - Спокойно ответил дух без капельки стыда. 

  - Но из-за тебя погибли люди! Из-за тебя мир был разрушен! Это предначертано тебе природой?! Уничтожать всё живое?- Глухая злость наполняла меня изнутри, заставляя срываться на крик.  

  - Таков был мой хозяин. - Признался Арамель. - Теперь всё зависит от тебя. Мы можем гораздо больше, чем ты себе представляешь, и наше будущее в твоих руках. Ты можешь стать королевой, богиней, а можешь скрываться целую вечность, так же, как и Горх. - А я не хотела быть здесь никем. Я просто хотела вернуться домой, и это всё, что мне сейчас нужно. 

  - Что ты узнал у Иррамма? - Спросила я, вспомнив о том, зачем мы сюда пришли. 

  - Он очень изменился, Алиша. Брат переполнен страхом, он стал труслив, и я более не желаю идти с ним по одному пути. А ещё они знают того, кто призвал тебя в это тело, и связал нас обрядом. Но он лжёт, даже зная, что я это вижу. Боюсь, Алиша, Горх как-то связан с ведьмами, и мы ему нужны совсем не для компании. Нам нельзя к нему возвращаться, иначе он нас предаст. 

********

  Генерал. 

  - До сих пор не могу поверить, что девчонка оказалась той, которую мы искали все эти годы. Одного только не пойму. Зачем она столько дней скрывалась? Для того, чтобы во дворец попасть? Так она ничего и не сделала, пока была внутри. Вас же ранила ведьма, её слуга, а Мария... - На этом слове Рой сбился, сглотнул судорожно и сжал кулаки. - Зачем она ей могла понадобиться? Она добрая, честная девушка из высокой семьи. Что королеве могло понадобиться от неё, когда сёстры, итак, плодятся всё больше день ото дня. 

  Голос Роя пробивался в мой разум будто сквозь туман. Вопросы, вопросы, и ни одного ответа. Зачем она сказала мне про отца той девушки? Он был учёным, вёл раскопки и пол жизни провёл в архивах. Что он мог дать королеве? Или это очередная уловка, чтоб заманить меня в петлю обмана и не дать выпутаться? Королева, раздери меня демон! Она и в мою голову пробралась, окутала своими глазами невинными, речами сладкими и взором гордым. Окутала и сдавила так сильно, что моя рука убить её подняться не смела. Я мог попасть в неё будь даже во тьме, но не стал этого делать, предпочтя выстрелить в сторону, но только не в рыжеволосую колдунью, пробравшуюся в мои сны, как к себе домой. Выстрелил в дерево, солгал своим людям, и всё же гнался за ней в самую чёрную чащу леса. Туда, где не водятся уже ни звери, ни птицы, где следов человека не видно было тысячи лет, кроме старика отшельника, что прятался от людского взора. Для чего я за ней гнался? Чтобы убить или защитить? Чтобы отомстить или нарушить клятву, произнесённую над телами родителей и брата? Я обещал им, что вырву чёрное сердце королевы, и развею её прах, едва только найду. Но я отпустил, и как бы ни старался, не смог заставить себя об этом пожалеть. Наоборот, в сердце разгорался неведомый доселе азарт, вперемешку с щемящей тоской в груди. Даже там, в домике старого отшельника я так отчётливо видел её след. Я знал, что она была там, чувствовал её запах, вбившийся мне в лёгкие, витающий в сырой хибаре, словно она всё ещё здесь. Но ведьма сбежала. Оборвала следы вместе с предателем Мороком, которого она околдовала так же, как и меня с самой первой встречи. Он принюхивался к ней, нежился под её рукой, и я представлял, как этой самой ладонью она ведёт и по моей щеке. Я её ненавидел и желал одновременно, так сильно, как и не мог себе раньше представить, что кого-то можно так желать. Как мне вернуть её в столицу? Как предать её смерти если сам отчаянно борюсь с одними мыслями об этом? Что мне делать с ней, если и в правду смогу когда-нибудь найти? Выполнить клятву, или предать память своих родных и преклонить перед ней колени, отдаваясь в хрупкие руки той, что погубила всех тех, кого я любил? За что мне это? Забытые боги покарали за неверие в них, или за последние годы я ослабел настолько, что позволил заманить себя в свои сети? Упивался своими победами, расслабился, стал слишком доверчив и прост, позволил обмануть себя, даже не сопротивляясь. Ведь как бы я ни был с ней груб и суров, как бы она не была пуглива и скромна, победила всё же меня, как какого-то мальчишку, щелчков своих тоненьких пальцев и лёгкой улыбкой.