Танцующие с драконом

Глава 6

Первые дни пробежали так быстро, что я толком ничего больше не успевала: учёба, знакомства с преподавателями, общение с одногруппниками.

Каждый день я связывалась с бабулей, и всё равно едва не профукала ритуал. Спохватилась буквально в последний день, ещё и выяснила, что вливать силу через воду — не так-то и просто, хоть это и моя стихия. В итоге я еле ползала до конца дня. Кому-то нужно ещё раскачивать резерв, однозначно…

«Основы магической теории» оказались скучнейшим предметом, но я впитывала каждое слово, выискивая крупицы знаний, которые могли бы мне пригодиться. Я сидела с краю, стараясь не привлекать внимания, но мастер Элрик, который и вёл этот предмет, казалось, видел каждого из нас насквозь. Его пронзительный взгляд останавливался на мне, когда он говорил о диссипации энергии или о том, как мощный дар может быть скрыт под слоем иллюзий.

Именно на его паре случился мой первый прокол.

Он задал каверзный вопрос о стабилизации сложных многослойных заклинаний. Ответ лежал за пределами программы первого курса, в области высокоуровневой магической механики, которую я изучала с детства. Не думая, я подняла руку и выдала чёткое, развёрнутое объяснение, подкрепив его парой терминов.

В классе повисла тишина. Бен удивлённо уставился на меня, а Банни приподняла одну изящную бровь. Мастер Элрик медленно кивнул, его глаза сузились.

— Неожиданно глубокое познание для новичка, мисс Вайоленс, — произнёс он без единой нотки похвалы. — Вы, должно быть, очень прилежно читали вступительные материалы.

Я почувствовала, как кровь отливает от лица. Дура! Я кивнула, стараясь выглядеть скромно, и пробормотала что-то о любви к старым фолиантам. С этого момента я дала себе зарок быть серой, невыразительной мышкой. Отличницей быть опасно, ну незачем девчонке с крошечным даром знать такие тонкости. Они для тех, у кого сил много, у кого могут быть проблемы с этими самыми силами!

А это не я.

В любом случае, кстати.

И всё равно я прокололась повторно на «Практикуме по элементальной манипуляции».

Преподаватель, краснолицый маг с Факультета Пламени, с пренебрежением смотрел на наш «слабый» факультет. Он заставил нас по очереди пытаться удержать в равновесии шар из воды и пламени. Большинство моих одногруппников справлялись с трудом: у Бена шар взрывался, у Банни — рассыпался в дым, Крей, стиснув зубы, едва сдерживал бушующую сферу. Ему и правда нужно работать над контролем. Ох и не повезёт тому, кто выведет его из себя. Надеюсь, это буду не я.

Когда очередь дошла до меня, я сделала глубокий вдох. Не сила. Контроль. Я представила, что держу не магию, а ту самую птичку из совета, который я дала дракону утром в парке. Легко. Нежно. Я позволила тончайшим нитям своей воли обвить стихии, не подавляя, а направляя их.

Шар послушно завис в воздухе. Пламя ровно горело внутри водяной оболочки, не гасло и не кипело. Даже преподаватель-«пламенник» на мгновение потерял дар речи.

— Приемлемо, — буркнул он, но в его глазах мелькнуло уважение, а я повторно прокляла себя. Как есть дура! Крей смотрел на меня, широко улыбаясь, а потом одобрительно подмигнул.

По крупицам складывались и более близкие знакомства. Бен, узнав о моем интересе к пиротехнике, стал делиться своими познаниями о горючих порошках. Банни, встретив меня однажды в библиотеке, тихо посоветовала, какую книгу по маскировочным чарам лучше выбрать, а с какой лучше не связываться.

А Крей Ливон оказался на удивление приятным собеседником. Мы столкнулись с ним у окна в коридоре, наблюдая, как драконы с Факультета Пламени отрабатывают полёты над тренировочным полем.

— Смотри, какой заносчивый, — кивнул он на одного из них, виртуозно выполнившего сложный пируэт. — А на той неделе тот же ухарь на полную мощность чихнул и случайно поджёг крыло библиотеки, — он вздохнул, и в его глазах мелькнула тень беспокойства. — Мне бы их уверенность. А то я больше боюсь своего внутреннего зверя, чем они — своей силы.

В его словах не было злобы, лишь понимание сложности собственной натуры. Я молча кивнула, глядя на него. Кажется, из него и правда может выйти отличный одногруппник. А может и друг — если не решит, что я гожусь в девушки.

Так и шли дни. Я уже начала потихоньку составлять карту связей в академии, отмечая, кто с кем общается, кто за кем наблюдает. И хотя тень наглого дракона изредка мелькала в конце коридора или на другом конце зала, он не приближался. Я надеялась, что он обо мне забыл, вряд ли его начало года менее сумбурное.

В итоге я уже начала чувствовать ложный ритм этой новой жизни, почти поверила, что могу позволить себе расслабиться — хотя бы на полшага. Именно в такие моменты, как я уже успела заметить, судьба и любит подкидывать сюрпризы.

Это случилось вечером, когда я, уверенная, что все обитатели башни либо в библиотеке, либо на внеурочных занятиях, решила рискнуть и заняться прокачкой резерва. Уединённый внутренний дворик, заросший диким плющом и окружённый глухими стенами старого архива, казался идеальным местом. Здесь, в густых сумерках, я могла позволить себе чуть больше, чем обычно.

Я стояла в центре замощённой площадки, глаза закрыты, ладони раскрыты к небу. Внутри меня пробуждалась не та скудная, контролируемая струйка силы, которую я демонстрировала на уроках, а настоящая бурлящая река. Я позволила ей подняться, ощущая, как по коже бегут мурашки, а воздух вокруг начинает вибрировать. На моих ладонях расцвели не просто огненные и ледяные розы, а целые каскады соцветий, которые рождались, переплетались и умирали, сменяя друг друга. Это был танец стихий, сложный и мощный, который я оттачивала с детства и который теперь был моей единственной отдушиной.

Я так увлеклась, что опомнилась, лишь когда тень, длинная и бесформенная, упала на меня с вершины стены. В испуге я замерла, стихии рассыпались в моих руках с тихим шипением.

Сердце заколотилось в груди, предупреждая об опасности раньше, чем это успел сделать разум. Я медленно обернулась.