Танцующие с ветром

Глава 9. Драконья библиотека

Утром появился Лесь в человеческом теле, принёс огромный каравай хлеба и кусок сыра. Вкус и у того, и у другого оказался немного необычным, Лесь раздобыл еду в одном из человеческих миров и за завтраком увлечённо рассказывал, чем этот мир отличается от родного Марку.

Потом они опять плавали и дурачились в бассейне с двумя водопадами.

А после купания Лесь состроил загадочную физиономию:

 — Пошли, покажу тебе что-то интересное.

Превращаться в дракона он не стал, мальчишки опять долго шли запутанными коридорами, вырезанными в каменной тверди, пока не оказались в огромной даже по драконьим меркам пещере.

Марк раскрыл рот, да так и остался. Столько сокровищ он ещё не видел. Драгоценные камни лежали на множестве возвышений вроде столов или алтарей, аккуратными рядами красовались в выдолбленных в стенах нишах, кристаллы отражали гладкими гранями свет из нескольких небольших круглых окон.

 — Ну как? — Лесь сам светился не хуже этих камней

 — Красиво, — завороженно выдохнул Марк.

«Так вот откуда взялись легенды про сокровища драконов. Интересно, кто ещё из людей видел такое?»

Лесь насмешливо фыркнул и сунул ему в руку небольшой тёмно-красный камень:

 — Подержи.

Марк послушно сжал камень в ладони. И чуть не выронил.

 — Ой! Камень, что живой? Он разговаривает! В голове — как ты, когда дракон.

 — Ты действительно умеешь слышать! — голос Леся зазвенел от восторга. — Конечно, они говорят. Это… Как это у вас называется? А, книги! Только их нужно не читать, а слушать. Я, честно говоря, сомневался, что у тебя получится. Это отец велел показать тебе камни, сказал, тебе будет полезно.

Марк растерянно сжимал говорящий камушек и хлопал глазами.

«Сокровищница! Ну, надо же! Драконы собирают драгоценные камни, потому что любят читать. Это библиотека! Хотя мама говорила, что некоторые библиотеки бывают ценнее любых сокровищ, и отец с этим не спорил».

Марк бродил по драконьей библиотеке, прикасался к огромным кристаллам и маленьким разноцветным камушкам, слушал их рассказы. Это немного походило на то, как он в подземелье услыхал от древних стен слова, открывающие проход к Змеиному утёсу. Только здесь слов было гораздо больше, они складывались в осмысленные фразы, а фразы — в истории. Некоторые слова он не понимал, как ни старался.

 — Это значит, — ответил на его жалобу Лесь, — что таких понятий нет в твоём мире и твоём языке. Сознание не может перевести их, а ты всё равно не сможешь понять.

К некоторым камням Марк не мог прикоснуться. Руку словно отталкивала невидимая мягкая сила.

 — Не расстраивайся, — утешил Лесь, — эти книги и мне нельзя читать. Отец говорит, что ещё рано, не дорос. Тут вот какая штука, камни сами решают, кому открыться. Если вдруг посчитают, что знание тебе навредит, ни за что не станут рассказывать.

Существование других миров не было тайной для наследника герцога, в отцовской библиотеке он читал книги с рассказами людей, которые умудрились там побывать. Впрочем, Марк подозревал, что эльфы путешествуют по чужим мирам гораздо чаще чем люди, только книжек про это не пишут, а если и пишут — то никому не показывают. А сейчас он сам оказался в чужом мире, и ему было интересно всё. Например, что это за разделение миров по цветам? Почему его родной мир называют жёлтым?  Жёлтого цвета у них не так уж и много, зелёного больше — если вспомнить леса, или синего — если море.

 — Деление по цветам условное, — пришлось с умным видом объяснять Лесю. — Миры различаются по количеству энергии, а называем мы их цветами радуги. Красные — это самые молодые нестабильные миры, миры хаоса. Там редко бывает разумная жизнь. В оранжевых мирах порядка побольше. Там обитают существа, которых вы, люди, называете демонами.  Желтые и зеленые миры — миры людей, эльфов и других, похожих на вас существ. Зеленые миры все переполнены энергией, которую вы называете магией. Любой житель такого мира, в вашем понимании — волшебник. Наш мир — голубой.  Голубые и   синие миры обладают еще большей энергией и принадлежат существам, чья сущность и есть магия. Мы можем менять свою форму, трансформировать материю, путешествовать между мирами и еще много чего. И, наконец, фиолетовые миры — миры чистой энергии и абсолютного разума. Вот только разум этот, на мой взгляд, чересчур уж абсолютный. Существ, которые там обитают, нам трудно понять.

 — И ты все эти миры видел своими глазами? — оживился Марк.

 — Нет, конечно, — Лесь даже рукой махнул для пущей убедительности, — я только по зелёным мирам много гулял, а проходить другие барьеры только научился. По правде говоря, твой мир был вторым жёлтым, куда я попал. Ну, и подзастрял там.

 — Из-за меня?

 — Да, — не стал спорить Лесь. — Сначала мне было просто с тобой интересно, а потом… Знаешь, я и раньше знакомился с местными жителями, но никто из них не стал как ты.

В наступившей неловкой тишине Марк почувствовал, как от стыда и благодарности пунцовыми маками загораются уши.  Вспомнил свою ночную клятву, повторил беззвучно одними губами:

 — Ты никогда не пожалеешь.

 — Что? — Лесь ожидаемо не расслышал.