Танцующие с ветром

Эпилог

Прошёл год.

Много это или мало Марк не знал. Жизнь вокруг била ключом, а он словно завис в тягучем безвременье. Отец продолжал разгребать последствия заговора — разрывался между Талимором, столицей и приграничными крепостями. Рядом с герцогом теперь постоянно находилась Далия Дэгни, король не решился оставить женщину на должности командующего гарнизона, зато герцог Ульрик не побоялся назначить личным помощником.

На взгляд Марка отец слишком уж сблизился с этой Далией, но, может, это и к лучшему. Во-первых, она всяко лучше Гимара; во-вторых, Марка за несмышлёныша не держит; в-третьих, хорошо бы отец на ней женился. Она — полная противоположность матери, и характер у неё не сахар: как гаркнет — солдатня шарахается, и особо знатным происхождением похвастаться не может, но она первая женщина за много лет, на которую герцог обратил внимание.

А Марк…

За прошедший год он не вырос ни на волос. Пришлось признаться отцу о связи с драконом и её последствиях. Вспоминать лицо отца до сих пор больно. Но отец на то и отец, чтобы принимать сына любым. Жизнь Марка не изменилась. Разве что герцог перестал его так сильно опекать, признал за ним право самому принимать решения. Не запирал теперь в замке. Несколько раз брал на границу. Два раза Марку удалось увидеться там с Илой. Один раз принц Сильяр посетил с визитом замок Талимор, и, конечно же, Ила явилась с ним.

Встречи с маленькой эльфийкой были как вспышки в сером существовании.

В остальное время Марк читал, бродил по подземельям, сидел на Змеином утёсе. Словно и не было встречи с драконом.

Но она была!

Стоило только прислушаться, и он ощущал биение второго сердца. Иногда сердца бились в унисон, иногда — нет. Но пока билось второе сердце, Марк знал, что Лесь жив. Пусть он далеко, пусть они никогда не увидятся, но он жив — и это главное.

И Марк тоже проживёт… как-нибудь. Отец от него не отказался, есть ещё Ила и Сильяр. Есть живой замок, который почему-то пускает в старые ходы только его, даже для герцога не захотел открыться.

Ила, когда он ей рассказал об этом, наплела, что дух замка избрал его, он тут — истинный хозяин. Тоже мне — истинный хозяин… вечный недоросль, смех, да и только.

Смеяться не хотелось, а вот шагнуть с утёса в объятия ветра и полететь — очень. Правда, крыльев не было. Поэтому Марк, как прежде, замирал на краю отрыва, раскидывал руки и представлял полёт.

Если закрыть глаза, можно представить тёмную точку на горизонте, которая приближается, растёт. И вот уже можно различить длинную шею и кожистые крылья, почувствовать поднятый ими ветер.

Ветер и впрямь стал сильнее, налетел порывом, откинул назад пшеничные волосы, и хлопанье драконьих крыльев послышалось так отчётливо, как наяву.

А ещё — знакомый голос в голове. И звучал он совсем по-настоящему:

 — Отойди, дурень, я ж на голову сяду.

Марк шарахнулся в сторону и только потом открыл глаза. Как раз вовремя, чтоб увидать, как на край обрыва, где он только что стоял, приземляется зелёный жёлтопузый дракон.

Лесь ещё не успел сложить крылья, как Марк с воплем повис на его шее.

 — Ты чего? — дракон слегка опешил от бурного приветствия.

 — Ничего, — Марк заставил себя отцепиться, чай не маленький уже, но глупую улыбку убрать не смог, — я думал ты никогда не придёшь.

 — Извини, — потупился дракон, — я не мог раньше. Застрял в полуформе. Отец очень долго меня выводил, а я… Я, наверное, просто боялся превращаться. Зато теперь… Смотри!

Драконье тело окуталось дымкой, а когда та рассеялась, над обрывом стоял мальчишка — смуглый, белобрысый, с удивительными янтарными глазами — тот самый, которого когда-то давно, словно в другой жизни, Марк обозвал змейкой, ещё не зная его имени.

Змейка усмехнулся довольно, переступил босыми ногами:

 — Ну как?

 — Здорово! — искренне восхитился Марк.

 — Я много чему успел научиться, — Лесю очень хотелось похвастаться, но всё же дела друга интересовали больше, — а ты тут как?

 — Нормально, — пожал плечами Марк, — живу.

 — Как живёшь? — не отстал дракон.

Пришлось рассказать. В подробностях.

А потом Лесь предложил такое, от чего сердце в груди подпрыгнуло бешенным зайцем.

 — Пошли со мной, — сказал он, — будем путешествовать по мирам, где время идёт быстрее, а потом возвращаться сюда. Для нас пройдёт год, а здесь — несколько дней. Это единственный шанс для твоего отца увидать тебя взрослым.

 — Ты это сам придумал? — выдавил Марк, едва совладал с дыханием.

 — Нет, — мотнул головой Лесь, — это всё мама. Она сказала, что раз я странник, так пусть от моих странствий будет хоть какая-то польза. Ну как, пойдёшь?

 — Конечно! — Марк кивнул так, что чуть голова не отвалилась.

Ведь это лучшее, о чём только можно мечтать: странствовать с Лесем, увидать другие миры — много миров, и при этом не потерять собственный.