Танцы на углях

Глава 8

— Мам, что это было? – уже сидя в машине и пристегиваясь, не смогла сдержать любопытства Катя.

— Где? – изобразила недоумение Татьяна.

— Там, – не купилась на это ее дочь, — ты знаешь этого мужчину, да? – проявила она чудеса проницательности.

— Знаю, — тяжело вздохнула Татьяна.

— Расскажешь? – не дождавшись продолжения, спросила Катя.

— Похоже, придется, — грустно усмехнулась женщина, — не люблю об этом вспоминать, но это и тебя касается в какой-то мере. Только давай сначала доедем домой, ладно? Разговор этот не легкий для меня, но я все равно собиралась когда-нибудь тебе все рассказать, так почему бы и не сейчас. А ты мне потом расскажешь, что у вас произошло с этим Алексом.

— С чего ты взяла, что что-то произошло?

— Я не слепая, Катюш, вижу, как странно ты на него реагируешь.

— Совсем как ты на его отца, — буркнула в ответ Катя, вставляя наушники и повернувшись к окну.

— Совсем, как я, — снова невесело усмехнулась Татьяна.

***

— Ну что, готова послушать историю моей жизни? — спросила Татьяна, забираясь на кровать к дочери, — только предупреждаю, история эта грустная.

— Готова, начинай. Люблю слушать твои истории.

— Ладно, слушай.

Рассказ Татьяны.

История эта началась, когда мне было примерно лет десять. В то время моя мама уже умерла, и мы жили с твоим дедушкой Андреем, моим папой, и его мамой, моей бабушкой Верой Семеновной. Она во многом заменила мне рано ушедшую маму. Жили мы тогда в маленькой двушке-хрущевке. Дед твой был военным, ты же знаешь, да?

И вот, в то время как раз был построен этот наш дом. Для того времени он был суперсовременным. Большие кухня и коридор, три просторные комнаты, две лоджии. Мечта, а не квартира, ведь, в основном люди тогда ютились по хрущевкам.

Этот дом строили сами военные. Все квартиры были распределены еще на стадии планирования, и потом от каждой семьи кто-то принимал участие в строительстве. Отец тоже строил вместе со всеми. И вот, наконец, у нас появилась просторная трехкомнатная квартира. Для меня она тогда казалась практически дворцом.

Мы переехали в нее в конце лета, а осенью я должна была пойти в новую школу, ведь, вместе с домом мы сменили и район проживания. Я как раз тогда закончила начальную школу и должна была пойти в четвертый класс.

— В пятый, наверное? – перебила ее Катя, — началка же до четвертого включительно.

— Это сейчас, а тогда мы учились десять лет, и начальная школа считалась лишь первые три года. Не перебивай.

Так вот, никогда не забуду то первое сентября. Школа эта мне тоже казалась очень большой и красивой. Это сейчас она обычная, одна из многих, а в то время таких школ на весь город было штуки две-три.

Папа с бабушкой пришли меня проводить на первое сентября. Вручили мне огромный букет гладиолусов и сдали на руки новой учительнице. Пока мы ждали начала линейки, я осматривала своих будущих одноклассников.

В нашем классе было несколько новеньких, в основном те, кто получили квартиры в нашем доме. Я была не очень общительным ребенком, сама никогда не лезла знакомиться, вот и тогда просто тихо стояла, наблюдая и оценивая одноклассников. И вдруг ко мне подходит мальчик. Симпатичный, с озорными серыми глазами и располагающей улыбкой.

— Привет, – говорит он мне, — меня зовут Миша Виноградов, а тебя?

— Таня Разумовская, — отвечаю я.

— Умка! – воскликнул он, а я обиделась. Не привыкла я к кличкам и прозвищам, и огрызнулась на него в ответ:

— Сам ты… Винни! – это был первый раз, когда я попыталась придумать кому-нибудь кличку. Мне хотелось ответить ему тем же. Раз он сравнил меня с медвежонком, то и я его назову в том же духе, и Винни-Пух была первая ассоциация с его фамилией. А он и не думал обижаться.

— Круто! Теперь мы два медвежонка, – с энтузиазмом воскликнул он, — давай дружить.

Надо сказать, что в то время я очень хотела заниматься бальными танцами. Это была моя голубая мечта. Мне очень нравились яркие красивые костюмы танцоров, нравилось, как легко и непринужденно они двигаются, и я тоже хотела так же. Занятия этими танцами были дорогим удовольствием, но, видя мою страсть, отец обещал, что будет их оплачивать, лишь бы я занималась.

Но была и еще одна проблема. И эту проблему было не так легко решить. В бальных танцах всегда не хватает мальчиков, поэтому их туда принимали безо всяких ограничений, а вот девочек брали только тех, кто приводил с собой партнера.

А знакомых мальчиков, желающих ходить на танцы, у нас не было. Я тогда была в отчаянии. Мечта всей моей жизни рушилась из-за такой ерунды. И вот, когда я услышала от Винни предложение дружбы, то подумала, раз он хочет со мной дружить, пусть докажет это делом.

— Буду с тобой дружить, если станешь моим партнером по бальным танцам, — заявила я ему.

Терять-то мне было нечего. Он даже опешил сперва от такого условия, но быстро взял себя в руки и ответил: