Танец Клинка и Лепестка

Глава 7.

— Кто здесь? — спросила я дрожащим голосом.

Ответом мне была тишина. Густая, зловещая тишина, разрываемая только звуками моего собственного дыхания. Мне казалось что я сейчас дышу так же громко, как пыхтит паровоз.

В темнице было темно, но глаза постепенно привыкали к полумраку. Снова раздался тихий стон. Он доносился из дальнего угла, и я непроизвольно напряглась, пытаясь различить, что там происходит. Страх скрутил меня в тугую пружину, но я заставила себя смотреть, искать источник звука.

В полумраке, едва видимый, лежал молодой мужчина. Он был скован цепями, которые туго охватывали его запястья и лодыжки, словно удерживая дикого зверя. Его одежда, когда-то явно дорогая, была разорвана в клочья. Темно-фиолетовая ткань, когда-то роскошная и сияющая, теперь была заляпана кровью и грязью. Сквозь рваные лоскуты виднелись следы пыток — синяки, порезы и ожоги.

Он был словно сломанная кукла, брошенная в самый мрачный угол этой каменной темницы.

— О, боже… — прошептала я, чувствуя, как страх подступает к горлу.

Я сжалась, готовая в любую секунду закричать или бежать. Но бежать было некуда. Сердце бешено колотилось в груди, а в голове проносились ужасные мысли — кто этот человек? За что его так жестоко наказали? И что, если меня ждет такая же участь?

Мужчина не двигался. Лишь слабое, едва заметное движение груди выдавало, что он еще жив. Я инстинктивно шагнула назад, хотя углы камеры, казалось, сжимались вокруг меня, лишая всякой возможности отступить. Ощущение беспомощности накрыло меня, и холодный пот пробежал по спине.

Что мне делать? Подойти к нему? Помочь? Или просто ждать, пока стражники не вернутся за мной, чтобы подвергнуть пыткам, как этого несчастного?

Я все же решила подойти ближе, несмотря на дрожащие колени. Лицо мужчины было таким бледным, что стало очевидно - он на грани смерти. Но даже в этом состоянии его черты поражали — четкий, сильный подбородок, резкие скулы, густые темные волосы, спутанные и грязные, но все же... он был красив.

«Как можно быть таким красивым даже в таком ужасном положении?» — подумала я смущенно. Остановившись совсем близко, я осторожно протянула руку и коснулась его плеча. Кожа под пальцами была ледяной, что заставило меня вздрогнуть, но мужчина неожиданно пошевелился, будто почувствовал мое присутствие.

— Эй… — выдохнула я едва слышно. — Ты жив? Ты слышишь меня?

Его ресницы дрогнули, а меня пронзили его глаза - глубокие и выразительные, будто впитывающие тьму вокруг. Они встретили мой взгляд, и на его лице промелькнуло нечто вроде растерянности, прежде чем он хрипло произнес:

— Кто ты?.. — его голос был низким и слабым. — Ты... видение?

Его слова застали меня врасплох. Сердце на мгновение забилось быстрее, а по спине пробежал легкий холодок. Он смотрел на меня с таким странным, завораживающим вниманием, что я почувствовала себя как на краю пропасти.

— Я... не видение, — прошептала я, едва находя слова под его пристальным взглядом. — Меня тоже бросили сюда. Я... такая же пленница, как и ты.

Он закрыл глаза, слабо улыбнувшись.

— Пленница? Какая жестокость... Хотя что еще можно было ожидать, от демонов рода Юй.

Я медленно отступила на шаг, чувствуя, как сердце гулко бьется в груди. Его слова, полные горечи, резанули по живому. "Демоны рода Юй?" Конечно, мне следовало бы встать на защиту семьи, но вместо этого я промолчала.

Да и какая они мне семья?

— И за что же тебя так наказали? — осторожно спросила я, решив что самым разумным будет перевести тему на него.

Мужчина не сразу ответил, словно обдумывая мои слова или взвешивая, стоит ли мне доверять. Затем его губы изогнулись в слабой, печальной улыбке.

— Я стал жертвой чужих амбиций, — тихо ответил он. — Слишком много людей хотят власти, слишком многие готовы на всё, чтобы получить её... И вот я здесь.

Его ответ сбил меня с толку. Я ожидала чего-то более конкретного, какого-то указания на его преступление, если его можно так назвать. Но вместо этого он лишь говорил об амбициях и власти.

— Чужих амбиций? — я попыталась прояснить, но чувствовала, что он не станет раскрывать всех деталей. — Значит, ты... не заслужил этого? Ты просто... оказался не в том месте, не в то время?

Он тихо рассмеялся, но это был смех, полный отчаяния, который заставил меня вздрогнуть.

— В каком-то смысле, — его глаза на мгновение закрылись, и мне показалось, что он снова готов потерять сознание. — Но, разве не все мы, в конечном итоге, жертвы чьих-то желаний и планов? Нас используют, как пешки... А потом выбрасывают, когда больше не нужны.

Его слова ударили по мне с такой силой, что я не смогла сдержать судорожный вздох. Разве это не то же самое, что сейчас происходит со мной? Я вдруг ощутила странное родство с этим чужим человеком, который лежал передо мной в цепях.

Я молча наблюдала за ним, не решаясь спросить больше. Почему-то этот мужчина вызывал во мне странную смесь сочувствия и неясной тревоги.

— А ты? — внезапно спросил он, его голос вновь стал слабым, но в нем прозвучала нотка любопытства. — Какое преступление совершило столь прекрасное создание, чтобы оказаться здесь?

Его слова прозвучали неожиданно нежно, что заставило меня смутиться. Я могла почувствовать, как кровь приливает к щекам, но все же постаралась ответить как можно спокойнее:

— Я... — я замялась, решая, стоит ли говорить правду. — Просто осмелилась не подчиниться.

Он слегка усмехнулся, хотя его глаза все еще были закрыты.

— Иногда, этого вполне достаточно, чтобы оказаться в цепях. Особенно, если ты имеешь дело с теми, кому власть дает право распоряжаться судьбами других.

Я открыла рот, чтобы ответить, но внезапно замерла, осознав, что его дыхание стало медленным и поверхностным. Глаза мужчины снова закрылись, и лицо стало еще бледнее. Его тело обмякло, как будто все силы оставили его в один миг.

— Эй... — прошептала я, слегка встряхнув его за плечо. — Ты меня слышишь?