Танец Клинка и Лепестка

Глава 14.

Домой я вернулась в смешанных чувствах. И несмотря на слова Чжоу Яна, который заверял меня что все это лишь досужие сплетни, что если он ошибается? Оказаться не просто в чужом, далеком мире, а в эпицентре войны, где будут умирать люди я боялась. До ужаса.

Что же северному принцу могло понадобиться в Чэнъяне?

В доем привычно разливался мягкий свет от свечей, а дежурные служанки приветливо склоняются в поклоне. И если в любой другой день я бы с удовольствием перекинулась с ними парой фраз, в попытках узнать что то интересное, то сегодня я лишь рассеяно кивнула в ответ, целиком поглощённая тревожной новостью.

На ужине, сидя напротив отца, я внимательно прислушивалась к разговорам за столом. Казалось, мои опасения и тревоги подтверждаются – лица у военных были мрачные, голоса приглушённые. Сам генерал был серьезным и мрачным как туча.

— Час назад мы получили донесения от разведчиков, — сказал один из офицеров, седовласый и хмурый, склонившись поближе к отцу. — Сюэ Фэн ведет войска прямо к нашим границам, его армия в трех днях пути.

За столом воцарилась мертвая тишина, пока генерал Юй не кивнул, требуя продолжения.

— По полученным данным, войска целенаправленно идут к столице. Их численность... огромна, — мужчина, похоже, пытался подобрать слова, чтобы смягчить донесение. — А их усиленные отряды продвигаются не по основной дороге, а по лесу, скрытно, либо желая чтобы мы не знали о них, либо пытаясь не вызвать панику у населения.

— Он точно нацелен на нас. У нас есть два варианта, обороняться или найти способ остановить его до того, как он достигнет столицы.

Слушая распоряжение отца, я чувствовала неясную тревогу. Генерал сидел прямо, смотрел с привычным ледяным высокомерием, но в то же время, в глубине его глаз расползался ужас. Дикий ужас который он пытался скрыть за бесстрастным выражением лица.

— Сюэ Фэн... Кто он, этот северный принц? — осторожно решила уточнить.

Отец перевел на меня свой внимательный взгляд.

— Демоническое отродье, чью жизнь давно нужно было прервать. Теперь мы имеет дело с последствиями нерешительности твоего деда в прошлом.

Я уловила невольное движение плеч одного из советников, его неуютное беспокойство, точно он хотел возразить. Пожилой офицер нахмурился, но промолчал.

Я не решилась продолжать расспрашивать, не уверенная, что хочу узнать больше, и одновременно ощущая странное бессилие. В любой момент за любой неподобающий вопрос генерал Юй обрушит на меня весь груз его гнева и разочарования.

Масло в огонь так же подливал недовольный взгляд махечи. Госпожа Юй всю трапезу хранила молчание, но сверлила меня взглядом. Под этим контролем я снова чувствовала себя узницей их нелепых требований и условностей.

Когда ужин закончился, я поклонилась, не поднимая глаз, и постаралась быстро уйти. Возвращаясь по темнеющим коридорам, я ощущала тягостное напряжение, крепкой лианой обвитое вокруг меня. Высказав пожелания Лань по поводу распорядка дел на завтра, я направилась к себе и закрыла дверь, в жалкой попытке отгородиться от всего мира.

В спальне было тихо, и я с радостью окунулась в теплый и мягкий мир одеяла и подушек. Однако сон никак не шел. Я перевернулась на другой бок, натянув одеяло повыше, будто пытаясь защитить себя от мрачных образов. Но даже закрыв глаза, я продолжала думать об угрозе, надвигающейся на нас. Три дня пути - всего три дня, пока всё не изменится. И в этой неясности было что-то пугающее, от чего душа трепетала в ожидании.

Наконец, бессилие одолело меня, и я погрузилась в тревожный сон, где из густого тумана выступал высокий силуэт мужчины с глазами, полными тёмного, почти потустороннего света.

Во сне я стояла среди густого, сине-серого тумана, который скрывал всё вокруг. Влажный воздух давил на грудь, и каждый вдох давался с трудом, как если бы я находилась на вершине высокой горы. Темный силуэт все так же неподвижно стоял, окруженный призрачным сиянием.

Моё сердце учащённо забилось, от странного ощущения связи с этим мужчиной. Медленно, как во сне, я пошла к нему, преодолевая тяжесть каждого шага. Я не понимала, что меня тянет к нему, но это чувство было необъяснимо сильным, непреодолимым.

Внезапно он рванулся ко мне, и в следующий миг крепкие ледяные руки схватили меня за шею. Пальцы сжались, мешая дышать, и я в ужасе попыталась вырваться.

— Почему? — сорвался с губ горький вопрос.

В ответ он только сильнее сжал горло. Поднялся сильный ветер, поднимая вокруг нас хлопья снега. Лёд резал кожу, и я дрожала, ощущая, как животный страх охватывает меня целиком. Ветер ударил снова, резким порывом срывая капюшон с его головы, и я увидела...

Пленника из темницы.

Его тёмные волосы растрепал ветер, глаза сияли отчаянной, почти безумной болью, смешанной с ненавистью. Его взгляд пронзал, обжигая. Почему он смотри с такой ненавистью? Почему его лицо исказила эта страшная злоба?

— Ты дала мне свободу, чтобы обречь на другую тюрьму? — голос его был тихим, сливаясь с гулом ветра вокруг. — Или это просто игра? Смерть была бы куда милосерднее.

Слова, как пропитанные ядом иглы, пронзили меня, а его хватка стала еще крепче, выжимая из моих легких последний кислород. В отчаянии я рванулась, борясь за каждый вдох, но силы покидали меня, и все что я могла провалиться в темноту.