Танец над пропастью. Обречённые любить .

Эмир 1

Шункар Эмир Асадович.
Я человек без чувств,
Бездушный, словно камень.
Не знаю, как любить, не ведаю забот,
Я не страдаю и не ведаю печали!
В пустую душу, стрелы не воткнуть.
И не испытываю я, ни боли, ни любви, ни сожаленья, лишь эхо пустоты за мною вслед идет!
Я странник в мире, где нет пути, ни троп для смеха, ни дорожки слёзной.
Бесчувственная тварь, я мрак, не знающий пощады!
Мне не знакомы слезы, грёзы и любовь.
И в этом мире я, пустое отраженье, тускнеющее в глубине зеркал.
Но есть вопрос:
Считаю ль я себя таким? Неважно
Другие так считают –отложил я свой блокнот записав очередной крик своей души.
- Брат, разреши войти - постучала в дверь моя младшая сестра Расмия .
- Входи - ответил я.
- Брат прошу простить меня. Я совершила ошибку брат , но я полюбила Юсуфа , клянусь тебе я не знала кто он . Я не знала , что он Джанавар пока не приехал сюда и его не признал дед. Он не такой как они. Его сестра и мать тоже другие. Брат, что мне теперь делать?
- Не плачь Расмия, слезами ничему не поможешь. Но ты понимаешь, что история повторяется. Тоже, самое, что произошло 20 лет назад, снова девушка из клана Шункар влюбилась в Джанавар, они ее погубили сестра. Мы с тех пор живём как в аду. Столько жертв и убийств, произошло. Ты понимаешь, что может еще произойти?
- Я просто полюбила. Брат, а что будет с моим ребёнком? - спросила в слезах сестра.
- Что? Что ты сказала? - спросил я, и посмотрел на ее живот. Ребенок от Джанавар без свадьбы, без никяха это же катастрофа. Если кто узнает, ее убьют и его тоже. Наше временное перемирие закончится . Несмотря на то, что я глава клана даже я их остановить не смогу. Ни в этот раз.
От того, что я сейчас начну кричать и ругать ее ничего не поменяется, мне надо подумать, что делать дальше.
- А ну давай расскажи о нём все что знаешь?
- Его зовут Джанавар Юсуф Раджабович внук Рашида Джанавара. Его отец был убит из-за кровной мести с нами. После этого случая их мама выкрала его с сестрой и убежала. Так и вырастила и дала образование своим детям. Клянусь брат , я не знала , что он Джанавар . У него есть младшая сестра ей 25 лет , приятная девушка. За двадцать лет они сюда не приезжали. Познакомилась с ним я в университете, потом он познакомил меня с мамой и с сестрой - походу рассказа сестры
в мою голову пришла идея. Какой бы абсурдной она не была, эта идея может спасти жизнь трем людям, и не только троим.
- Расмия, скажи. А ты случайно не знаешь сестра его случайно не замужем ? - спросил я у сестры.
- Айрис что ли? - недоуменно спросила сестра.
- Я не знаю, как ее зовут. Но если ты про сестру Юсуфа Джанавара, то да. Я спрашиваю про неё.
- Нет, точно не замужем. Когда Юсуф в шутку с сестрой разговаривал, говорил что с таким характером ее никто замуж не возьмёт. А почему, ты спрашиваешь? - спросила она, и потом в ее глазах появилось осознание того, что я хочу сделать.
- Нет, брат, не надо. Что ты собрался сделать? - заплакала она.
- А ты думаешь, есть другой выход? Если узнают, что моя младшая сестра спуталась с Джанавар, да еще до свадьбы умудрилась забеременеть, ты знаешь, что будет? Ваша жизнь превратится в ад. Ты понимаешь, что мне собственноручно придётся вас убить. Другого пути нет. Если Джанавары не хотят проливать кровь, им придётся согласиться на мои условия.
- Но, Эмир ты же ее не знаешь даже? Ты готов пожертвовать собой ради нас? - спросила сестра у меня.
- На то я и глава клана - ответил я.
- Теперь иди, вступай к себе. Я поговорю сначала с семьёй, потом с Рашидом Джанаваром. Если он не хочет чтобы весь его род сровняли с землёй, он согласится. И кровная месть закончится.
Прежде чем собрать совет и поговорить с народом , я пошел к отцу. Постучал в дверь комнаты где он обычно находился .
- Отец , разрешите войти. - произнёс я.
- Эмир , сынок. Войди. Что тебя привело ко мне , в это время ?-
Я стоял перед отцом.Его взгляд прожигал меня насквозь. Я знал, что мои слова прозвучат как гром среди ясного неба, как предательство всех наших предков.


– Отец, я принял решение, – начал я, стараясь говорить как можно тверже, хотя внутри все дрожало. – Я женюсь на дочери Джанаваров. И отдам Расмию за их сына.


В глазах отца вспыхнул гнев, мгновенно сменившийся недоумением.


– Эмир, ты сошел с ума? Ты понимаешь, что говоришь? Дочь наших кровных врагов? Наша Расмия – их сыну?


Я сглотнул, собираясь с духом.


– Отец… Расмия беременна от него.


Лицо Асада исказилось от боли. Он отвернулся, словно пытаясь спрятать свою ярость и отчаяние.


– Какой позор.
Ты… ты хоть понимаешь, что это значит? Кровная месть вспыхнет с новой силой. Такого еще не было в истории нашего клана.


– Я знаю, отец. Я знаю законы и традиции не хуже тебя. Но если станет известно… последствия будут ужасны.


Отец тяжело вздохнул, проведя рукой по лицу.


– Ты знаешь, что произойдет, Эмир? Ты или я… нам придется своими руками убить ее.


В его голосе звучала такая боль, что мое сердце сжалось.


– Я не позволю этому случиться, отец. Я лучше нарушу вековые традиции, чем запятнаю руки кровью сестры .


Папа долго молчал, глядя куда-то сквозь меня. В его глазах плескалась целая буря эмоций – гнев, отчаяние, и… надежда?


– Я не в силах похоронить еще одного своего ребенка, – прошептал он, словно сам себе. – И смотреть на окровавленные руки другого… Хорошо, сын мой. Сделай, как считаешь нужным. Сообщи клану. И поговори с Рашидом Джанаваром. Это будет непросто. Но другого выхода у нас нет.


Я выдохнул с облегчением. Самое трудное позади. Отец понял. Он принял мое решение. Теперь осталось убедить остальных.

Зал собрал под низкими арками все то, что значило для меня больше собственного сердца — мой клан, моя семья, мой род. Лица собравшихся были полны ожидания, но в целом аудитория была строгой и настороженной, ведь если я их всех собрал, значит, будет что-то серьезное. Сквозь резные деревянные узоры окон пробивались последние лучи закатного солнца, освещая зал алым цветом, словно предвестники перемен.


Я встал в центре полукруга, рядом со столом, который служил свидетельством многих значимых решений, принятых нашими предками. Сегодня здесь должен был прозвучать мой голос, несмотря на волнение, которое сдавливало сердце.
— Братья мои, — начал я, положив руку на сердце и слегка склонив голову, отдавая дань уважения старейшинам. — Сегодня мы собрались здесь по важному делу, тесно связанному с нашей историей и будущим. Все вы знаете, что вражда между нашим кланом и людьми Джанавар начавшая много лет назад. Эти конфликты забрали у нас многих, кого мы любили, кого почитали.
Мой взгляд остановился на Расмии, которая, стояла неподалеку, пряча от меня глаза. Я знал, что сейчас ей приходилось тяжело.
— Однако, — продолжил я — пришло время положить конец этой вражде. Мы не должны передавать её нашим детям. Мы все устали, надо положить конец всему этому.
Легкий шепот пробежал по залу, но я не позволил себе сбиться, удерживая внимание своих слушателей.
— Я принял решение выдать мою сестру Расмию замуж за Юсуфа, и взять их дочь себе в жены. Мы проведем обмен невестами и составим акт о перемирии. Своим союзом мы положим начало новому времени, времени мира и сотрудничества между нашими родами.
Я выдержал паузу, следя за реакцией присутствующих. Я понимал, что эти слова могут вызвать недовольство в сердцах тех, кто потерял близких в давних стычках, но видел и понимание в глазах тех, кто устал от войны.
— Это был непростой выбор, — добавил я, смягчая тон, — но моя вера в то, что мир возможен, сильнее всего остального.
— Примем же это решение во благо будущих поколений, — завершил я, отпуская последние слова в тишину зала, как семена надежды.
Теперь осталось только ждать, как именно воспримут это решение те, кто являются моей родней.

После моего обращения в зале воцарилась гнетущая тишина. Каждый из присутствующих погрузился в собственные мысли, борясь с противоречивыми чувствами. Я видел, как кто-то искал ответы в глазах соседей, словно пытался разгадать, как поступить в этот момент неопределенности. Другие, напротив, были сосредоточены на собственных переживаниях, не отводя взгляда от сложенных на груди рук.
Вдруг один из старейшин и один из не многих людей к чьему мнению я прислушаюсь, медленно поднялся, чтобы выразить своё мнение. Его голос, дрожащий от прожитых лет и испытаний, прозвучал ясно в тишине.
- Господин, ты наш глава и мы не в праве оспаривать ваше решение, но как ваш наставник и учитель хочу еще раз у вас спросить -я жестом дал согласие, чтобы он продолжил говорить.
-Эмир, вы уверены в вашем решении? Вы уверены, в этом. Вы сейчас жертвуйте своей жизнью и жизнью сестры. Вы понимаете, что вам придется жить с кровным врагом.
-Старейшина Гасанбек я понимаю ваше беспокойство. Но я полностью отдаю отчет решениям, который принял. Я принял решение и его не изменю. Если Джанавары согласятся, то мы поставим точку на кровной вражде - и я посмотрел на сестру чью жизнь которую я спасал.
Этот день стал началом долгого пути, на котором каждой стороне предстояло сделать шаги, ведущие к примирению. Я знаю, что впереди нас ждут испытания и трудности, но также я знаю что главное — это неуклонно идти вперёд, не сворачивая с выбранного пути. Надежда, принесённая нашим решением, была сейчас самой ценой. И другого Выхода у меня нет.
Солнце медленно клонится к закату, окрашивая пустынный ландшафт в мягкие оранжево-розовые тона. Я направляюсь в укреплённую ставку вражеского клана, чья знакомая суровая тишина сейчас кажется ещё более угрожающей. На до мной летает мой верный друг , а за мной скачут мои сопровождающие. Вражда наших кланов несёт в себе глубоко укоренившуюся ненависть, которая, кажется, будет жить всегда, передаваясь из поколения в поколение, и всё же… моя сестра, моя единственная сестра, носит под сердцем ребёнка , ради них я ддолжен пойти на это.


У ворот мы останавливаемся. Тишина нарушается скрипом открывающихся створок, тяжёлые стражники, молча встречающие нас, и проводят внутрь. Я чувствую их взгляды, полные недоверия, как тонкие иглы в своей спине. Кажется, даже время здесь замедляется, заставляя меня вслушиваться в звук собственных шагов по холодному каменному полу.
Главарь враждебного клана сидит в глубоком кресле, его лицо кажется высеченным из камня, но глаза выдают все те бури, что бушуют внутри. Он смотрит на меня с недоверием, но все же приглашает меня сесть, и я начинаю свою речь, тщательно подбирая каждое слово, будто плету из слов неразрывную нить.
- Мы оба знаем, что наши кланы устали от постоянной вражды, — говорю я, контролируя ровность голоса. "Но теперь у нас есть причина объединиться, причина, которой не было никогда прежде. Моя сестра и твой внук, они … они…
Я замолкаю, давая ему время осознать глубину сказанного, увидеть сквозь слова истинное намерение — шанс на перемирие, возможность вырваться из порочного круга кровавой мести.
- Они должны пожениться, — добавляю я, когда наступает тишина.
- Господин Эмир , что вы несете? – спросил Джанавар в недоумении.
-То – начал было я , но заметив лишних людей сказал- Оставьте нас наедине.- но они опасались рядом со мной оставить своего главу, но прямого приказа своего господина не смогли оспорить . Когда все вышли я продолжил.
-Господин Рашид, ты знаешь, что натворил твой внук? Ты знаешь ,что моя сестра беременна от твоего внука , и представляешь ,что начнется если об этом узнают? Наша прошлая вражда покажется вам раем.
-И ии? Ты реально отдашь свою сестру в клан к врагу?- спросил глава Рашид
-Нет, конечно. У меня еще одно условие твоя внучка в обмен должна стать моей женой.
Я увидел гнев в его глазах, но оно начало медленно сменяться на задумчивость. Это серьёзное предложение, и он понимает, что на нашей стороне первый шаг, но важнейший шаг. Возможно, это всё, что нужно, чтобы остановить многолетнее кровопролитие.
В его глазах зарождается нечто новое — возможно, надежда? Я затаиваю дыхание, ожидая, что решит этот старый, уставший от битв человек. И все же он выдал: - «Ты вместо продолжения кровной мести, вместо того чтобы убить моего внука и пролить кровь решился на такой шаг. Неужели у Шункаров появился достойный глава» - сказал Рашид.
-Эй, следите за словами. Я не позволю оскорблять моих предков и свой клан – произнес я тихим голосом.
-Ладно- сказал старый глава - я согласен на твое условие. Я приведу своих внуков, и мы заключим мирный договор.

-