Танец первой любви

Глава 22

В понедельник по дороге в школу меня догнал Кай. Он ехал на скейте, но поравнявшись со мной, ловко соскочил с него и пошел рядом, зажав доску подмышкой.

— Привет, моя девушка, — насмешливо поприветствовал меня, видимо отдавая дань недавнему скандалу.

Я закатила глаза.

— И долго это будет продолжаться?

— Что именно? — невинно поинтересовался Кай.

— То, как ты называешь меня своей девушкой.

— Ах это. — Он немного опередил меня и, умудряясь идти спиной вперед и не разрывая зрительный контакт со мной, произнес: — Не переживай, так теперь будет всегда. — В этот момент я не могла не заметить вспышки теплых искорок в устремленных на меня глазах.

Я попыталась в шутку ударить его, но парень быстро увернулся.

— Как жестоко! У меня еще не зажили следы прошлой драки.

На его лице действительно виднелось несколько синяков. Один выглядел даже ярче, чем в прошлую субботу. Но я оставила это наблюдение при себе.

— Не прибедняйся. Все не так плохо. — Я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно более убедительно.

— Лгунья из тебя никакая, — бросил брюнет.

Так, плечом к плечу, незаметно для себя мы преодолели путь до школы.

Ребята на школьном крыльце, увидев нас с Каем, стали перешептываться. Я была уверена: обсуждают нас. Но нам уже было все равно — пусть думают, что хотят.

— Цирк какой-то, — пробормотала я.

— Смотри, — шепнул мне Кай, и не успела я понять, что происходит, как он демонстративно притянул меня к себе и приобнял за плечи.

Девочки-восьмиклассницы, с которыми мы столкнулись на входе, ахнули при виде нас и пропустили вперед. Мы с Каем вдоволь посмеялись над их реакцией, пока переодевали сменку в раздевалке, а потом под трели школьного звонка разбежались по кабинетам. Я заняла свое место за партой рядом с Алисой и, к своему удивлению, обнаружила между нами непривычную неловкость. Я могла объяснить ее для себя только недавним разговором о Соловьеве. Их беседа в школьной аллее все еще не давала мне покоя. Впервые я выигрывала от того, что алгебра давалась мне не просто: приходилось концентрировать максимум своего внимания на словах учителя. Это хоть немного отвлекало от роя мыслей в голове. Но когда урок закончился, неприятное чувство вернулось.

На большой перемене мы всей компанией собрались в школьном кафетерии. Алиса сидела, прижавшись к Дане. С тех пор как они начали встречаться, подруга стала походить на цыпленка, для которого Даня был жизненно необходимым источником тепла. Она к нему неизменно тянулась. Мы с Каем расположились напротив. Вокруг суетились школьники: одни толпились в очереди на оплату, другие караулили свободный столик. Мы за неспешной беседой перекусывали горячими пирожками с чаем.

— Я сегодня слышала в туалете, как девчонки обсуждали, что вы с Каем зашли в школу в обнимку. Это правда? — поинтересовалась Алиса.

— Ты вер-ришь всему, о чем ш-шепчутся в туалете? — ласково усмехнулся Даня и погладил ее по голове.

— Конечно, не всему, — ответила подруга. — Но это мне показалось вполне правдоподобным. Ну так что, признавайтесь: было или нет?

Я замялась, так как подруга всегда с чрезмерным энтузиазмом реагировала на любое наше с Каем взаимодействие.

— Все было не совсем так. Кай так пошутил над теми, кто о нас сплетничает.

— Вот значит как? — произнесла Алиса с ноткой разочарования. Уголки ее губ опустились вниз, словно их потянули за ниточки.

Вытирая руки салфеткой, Кай обратился к Алисе:

— Нам обняться сейчас, чтобы порадовать тебя?

— Я пас, — предупредила я и, на всякий случай, отодвинулась вместе со стулом немного подальше.

Даня с Алисой рассмеялись. Но внезапно их улыбки растворились также быстро, как появились. Я обернулась назад в поисках причины такой реакции и увидела Максима Соловьева. Он покосился в нашу сторону. Хотя парень ничего не сказал, его вызывающий взгляд заставил почувствовать себя неуютно. На его лице смешались отвращение и легкая ухмылка. Они удивительным образом искажали его изначально вполне привлекательные черты лица. И даже стильной стрижке и модной одежде не удавалось исправить общее впечатление.

Кай тоже оглянулся в сторону Соловьева.

— Ну вот, даже аппетит пропал! — произнес брюнет, швырнув на стол недоеденный кусок булки, и откинулся на стуле. — Ну и мерзкий же тип этот Соловьев!

Даня миролюбиво заметил, что терпеть Соловьева осталось не долго: до выпуска из школы оставалось меньше года.

— Мы его каждый день вынуждены наблюдать, — вздохнула я. — Хорошо, хоть восседает на последней парте — лишний раз не мозолит глаза.

— Я бы с ним и минуты в одном помещении не выдержал, — признался Кай.

Алиса промолчала, но выглядела то ли смущенной, то ли раздосадованной. Вместо обсуждения Соловьева, она поинтересовалась у Кая:

— Кстати, как твой отец отреагировал на твои синяки? — спросила Алиса Кая. — Не собирается посетить школу с разборками?

Парень усмехнулся.