Танец первой любви

Глава 40

Басы музыки встряхнули здание целиком, циркулировали по стенам, полу и потолку, словно кровь по венам. В широком коридоре третьего этажа погасили свет и включили специально установленные в честь такого события стробоскопы. Ребята сбились в группы и запрыгали в такт музыке, вскидывая руки вверх. Кто-то радостно закричал. Мы с Алисой присоединились к всеобщему безумию и даже втянули Даню с Каем.

Только тогда, в окружении ликующих одноклассников, где-то в полете, между моментом, когда я в очередной раз оттолкнулась от пола и приземлилась назад, ко мне пришло осознание, что первая четверть десятого класса окончена и впереди неделя каникул. Окрыляющее чувство свободы! Радость, пронизывающая пространство!

Одна песня сменялась другой, а энергия в нас все не заканчивалась и требовала выхода наружу. Наша толпа превратилась в один большой организм, где каждый по отдельности был его клеточкой. Я задыхалась от счастья.

Вдруг энергичная музыка сменилась медленной. Ребята на танцполе начали разбиваться на пары. Те одиночки, кого не пригласили, стали расходиться по сторонам — как будто отдыхать, а на самом деле, завидовать остальным и с нетерпением ждать следующей песни.

Даня, конечно, сразу же пригласил танцевать Алису. Я собиралась отдохнуть в стороне, когда неожиданно оказалась поймана за руку Каем.

— Потанцуем?

— Я думала, ты не любишь такое, — призналась, размещая свои руки на его плечах с такой осторожностью, будто боялась к нему прикоснуться.

Когда я, не дождавшись от Кая ответа, подняла голову и наши глаза встретились, слова стали не нужны. Я никогда не видела столько решимости в его взгляде. Этот блеск был заметен даже в темноте. Я струсила и тут же опустила глаза. Меня, еще недавно буквально парящую по сцене, вдруг перестало слушаться собственное тело. Удивительно, как я оставалась способна относительно плавно двигаться под мелодию, которая обещала стать главным саундтреком этого вечера. Попробовала сосредоточиться на танце и про себя отметила, что мой партнер танцует вполне прилично для человека без соответствующего опыта. Только случайно или специально он уводил нас от центра зала в сторону и практически остановился в самом спокойном углу танцплощадки.

Я хотела спросить у Кая, зачем он это сделал, но оказалась атакована его ответным взглядом. Он преодолел невидимую преграду между нами и захватил меня в плен. Я засмотрелась, как отблески разноцветного света отражаются в устремленных на меня глазах, превращают радужку в завораживающий калейдоскоп, заставляют погрузиться в этот сказочный момент с головой и потеряться в нем.

Я перестала дышать. Мы больше не танцевали (хотя в тот момент я этого не осознавала). Я наблюдала, как очаровавшие меня глаза становились ближе. Я хотела этого и готовилась в них утонуть. Еще несколько ярких вспышек спустя, я уже чувствовала его дыхание. Вдруг несущиеся на меня глаза закрылись, калейдоскопы пропали. В этот миг в моей голове будто сработал предохранитель. Меня пронзила мысль, что происходящее между нами — большая ошибка. В последний момент я резко отвернулась, и губы Кая только мазнули меня по щеке. Я вырвалась из обнимающих мою талию рук и бросилась прочь. Не понимая куда несусь, я передвигалась в этой непроглядной темноте почти на ощупь. Дышала тяжело и сбивчиво. У большого, освещенного уличным фонарем окна я остановилась. Оперлась на подоконник руками и слепо уставилась перед собой. В черноте осеннего вечера силуэты школьного двора казались незнакомыми. Я не узнавала это место и не узнавала себя. Не узнавала те чувства, которые коварно закрались в мое сердце. И что страшнее всего: я все еще ощущала на своей щеке прикосновение губ Кая — удивительно мягких и нежных. Я испугалась, что теперь не смогу его забыть и оно останется со мной навсегда. Прикоснулась к коже щеки рукой. Ничего. Потрясла головой, словно так могла прогнать навязчивые мысли.

В коридоре эхом раздались шаги. Я мгновенно обернулась. Передо мной стоял запыхавшийся Кай: тяжело вздымающаяся грудь, горящие глаза, несколько прядей выбились из прически. Он метнулся ко мне. Я, напротив, отступила в сторону.

Кай схватил меня за руку — видимо, чтобы я снова не убежала, — и облегченно выдохнул.

— Я боялся, что не найду тебя.

Я уставилась на него непонимающим взглядом.

— Я идиот, — обрывисто произнес он. — Признаю. Прежде чем целовать тебя, я должен был сказать, что я тебя… что ты мне нравишься. Очень нравишься. Давно. И на самом деле я думал, что я тебе тоже…

Я вырвалась из его хватки и закрыла свои уши руками, отказываясь слушать дальше.

Кай потянул за запястья.

— Майя, послушай меня.

— Пожалуйста, — почти выдохнула я, пятясь назад.

Кажется, голос покинул меня вместе с силами.

— Ты совсем ничего ко мне не чувствуешь? — недоверчиво спросил он.

— Я не знаю… Я думала, мы друзья… — честно ответила я. — Оставь меня, пожалуйста. Мне нужно побыть одной.

Кай застыл на месте. Его красивое лицо не выражало никаких эмоций, кроме опустошения, и чем-то походило на искусно выполненную, но безжизненную скульптуру. Его руки больше не пытались удержать меня, они повисли вдоль тела, словно плети. Он открыл рот, чтобы сказать что-то, но не нашел слов. Вместо этого утвердительно покачал головой, словно соглашаясь со своими мыслями, развернулся и ушел.