Танец в пламени дракона

Глава 2. Мать Элоиза

Старое зеркало таилось в самом дальнем конце зала размышлений. Каждое утро рассматривая свое отражение Мать Элоиза повторяла одно и тоже изречение своей наставницы: “Красота лишь оружие в руках женщины. Но в руках неумелой или излишне самолюбивой оно может быть направлено как против врагов, так и против тебя самой. Используй свой клинок с умом. Ибо против двух объединенных стихий не устоит ничто”.

Ре Элоиза, дочь мелкого дорна из северной марки хорошо знала, что такое сила клинка.

Сквозь открытые настежь высокие окна в комнату залетали мелкие капельки дождя. Весь город, как будто, укрылся серой пеленой как бродяга, скрывающийся от стражи в нижних доках. Дождь в это время года был редкостью и для многих был отнюдь не неприятностью, а даже наоборот удачей. Но не для нее.

Дождь и туман всегда приносили вынырнувшие, как будто, из ниоткуда ладьи островных ярлов. Иногда тела заморских грабителей оставались лежать на песке среди разбитых круглых щитов и сорванных остроконечных шлемов, но чаще их корабли уходили полные награбленного и пленников. А позади оставалось лишь пламя, жадно пожирающее остатки деревень и посевы с недозревшим урожаем.

Ярлы всегда славились не только умением в сражениях и знаниями в управлении драконьими ладьями. Главное их преимущество заключалось в том, что рядом с ними любая магия, независимо от своего внутреннего естества теряла силы, превращалась в пустоту, временами способную поглотить разум того, кто попытался использовать стихии или амулеты могущества.

Святая мать вышла на балкон, и оперлась на гранитные, холодные перила. Струи дождя не касались Посвященную, и она могла просто наслаждаться, вдыхая влажную прохладу, столь редкую в конце лета. Мир внизу продолжал жить своей обычной жизнью, стараясь не оказаться в тени интересов Ордена.

Иногда ей было жаль их, придавленных повседневностью, не ведающих цели в жизни, просыпающихся и засыпающих вновь в безнадежности, вспоминающих детские мечты лишь в пьяном угаре и задыхающихся в вечной копоти тысячи печей. Тысячи и тысячи мужчин и женщин. Особенно женщин. Тянущих на своем горбу маленьких детей и неудачников мужчин, стремящихся увидеть в этом непростом мире хотя бы проблеск света.

Элоиза взмахнула рукой, отводя от себя отвратительный дух отчаянья и злости, исходящий из множества прилепившихся один к одному старых угрюмых домов. Конечно же мир жесток, но она и другие сестры стараются принести в него как можно больше справедливости. Хотя бы для тех, кто еще не упал духом и готов бороться не только за себя, но и за других. И таких людей, там внизу много и с ее помощью станет больше.

Она глубоко вдохнула. Но пока, им всем может стать значительно хуже. Война пришла в королевство. И завтра об этом объявят герольды на всех площадях Кайзерштадта. А сегодня, сегодня вороны отправились во все столицы графств, во все королевские крепости. Вперед, вперед. На юг. Под палящим солнцем, поднимая тучи пыли среди летнего зноя, неубранных полей, пустых деревень.

- Парсы идут!

Ну и пусть идут. Его величество, принц со своими друзьями-негодяями, графы со знаменами. Стучат в свои дурацкие барабаны, дуют в нелепые дудки. Пускай отправляются на бойню, но некоторым из них придется вернуться домой живыми. Иначе все полотно воображаемого гобелена придется вышивать заново и совсем не факт, что ей удастся дожить до конца всей мистерии.

Жаль, что невозможно обойтись без участия мужчин. Без этих готовых лопнуть от чувства собственного величия идиотов. Не видящих ничего дальше собственного носа. Готовых только жрать, совокупляться и мчаться навстречу своей смерти распевая дурацкие песенки. Совершая при этом поступки, не поддающиеся никакой логике.

Другое дело женщины. Матери, жены, невесты, любовницы. Они всегда понимали и свою силу и свои слабости. Знали к чему стоит стремиться и когда надо подчиниться, склониться перед силой, но не уступить до конца. И готовы были верно служить коллегиуму из благодарности или страха. В этом сила их круга названых сестер, а магия, магия лишь удобный инструмент в руках умелой хозяйки. Как щепотка приправы, позволяющая блюду приобрести особый, изысканный вкус.

Жаль, что понимание это доступно немногим. К несчастью, именно возможность обрести и сохранить навсегда внешнюю красоту привлекало в орден множество женщин, как способных подчиняться стихиям, так и подчинять их. В этом была их сила, но и слабость.

Сестра-ученица вышла на балкон и осторожно набросила на плечи главе Коллегиума теплую шерстяную шаль.

- Не нужно ли вам еще что-нибудь, Святая Мать?

Ре Элоиза покачала головой. Старательная девочка. Жаль, что ей никогда по-настоящему не овладеть силой стихий. Каково это, чувствовать природную магию и не иметь возможности повелевать ею? Печально, что таких большинство. Их судьба - служить.

И все же, именно возможность обрести и сохранить навсегда внешнюю красоту привлекала в орден множество женщин, как способных подчиняться стихиям, так и подчинять их. Впрочем, у них не было другого выбора. Академия просеивала население королевства через такое мелкое сито что избежать своего предназначения было совершенно невозможно.

Предназначение. О какое великолепное слово. С его помощью можно объяснить все, что угодно. Например, обязанность после окончания учебы наследницы графского рода работать помощницей аптекаря в захудалом городке за тридевять земель от родного дома. Всю жизнь.

Элоиза позволила каплям дождя коснуться ее лица. Иногда бывает по-настоящему приятно ощутить живую силу природы. Ей уже очень редко приходилось покидать столицу, и каждая возможность вдохнуть, ощутить чистоту мира доставляла удовольствие.

Святая мать отправилась обратно в свой кабинет. Времени чтобы еще раз все обдумать оставалось мало. Сегодня необходимо принять решения, которые должны определить судьбу королевства и трех графских династий. Не всем решения Коллегиума придутся по вкусу, но круговорот человеческих страстей для нее не значил ничего. Или почти ничего.