Танец в пламени дракона

Глава 11. Терье

Терье молча занял место за спиной своего отца, черно- серые цвета родового мундира в другой обстановке наверняка бы притягивали все взгляды собравшихся здесь людей, но сейчас взгляды были устремлены на Гаэлль. Зеленое с желтым длинного платья ясно подтверждающие ее права на графство, права которые никто не собирался оспаривать, не это привлекало внимание. Широкая лента совершенно иных цветов пересекала наискось грудь молодой повелительницы ....

Тихие разговоры стихли, и присутствующие в зале люди недоверчиво переводили взгляд с графини на сына ярла. Официальное убранство молодой женщины могло означать только одно - замужество за наследственным обладателем и хранителем черного и серого цвета.

Сын ярла старался не обращать на взгляды окружающих внимания. Ярость бушевала в его душе, ярость готовая выплеснуться в любой момент и сохранять спокойное выражение лица становилось с каждой минутой все труднее и труднее. Гаэлль чувствуя, что муж находится отнюдь не в праздничном настроении придвинулась ближе и взяла Терье под руку.

- Милый, кажется, мы сумели устроить настоящий праздник присутствующим. Взгляни как они выпучили глаза, разглядывая мой наряд. Жаль, что я не могу услышать, о чем сейчас разговаривают эти уважаемые хозяйки слухов и сплетен. Сегодня все они остались с носом. И я тебе очень благодарна, муж мой.

Терье усмехнулся и в знак благодарности еле заметно сжал руку Гаэлль.

- Сколько врагов и друзей сейчас в мыслях заново пытаются бросить в мыслях кости заново, не зная, что на самом деле может ожидать наш союз.

- О я тебе объясню позже, дорогой мой. А пока все просто, жаркий и плодородный юг и холодный, и сильный, о да, очень сильный север, чем не прекрасный союз.

Здесь она еле заметно улыбнулась и ответила мужу таким же едва заметным движением теплых пальцев.

Движение на хорах заставило их отвлечься от приятной, но, пожалуй, не совсем своевременной беседы. Музыканты разложили инструменты, мальчики-хористы заняли свои места, и толпа стихла, ожидая начала ежегодного праздничного песнопения.

Служители Вседержащего уже преклонили колени вокруг сияющего символа единения божественного и человеческого, все руководство Академии заняло свои места в первых рядах среди самых знатных и благородных верующих. Сегодня вся церемония будет проходить без царствующих особ, Ее величество сочла неправильным участие в празднике в то время, когда ее супруг находится на грани жизни и смерти.

Всем собравшимся придется довольствоваться присутствием Его высочества, тем более что уже практически на каждом углу, хотя пока и шепотом, что сегодня после официального Молебна к Вседержащему о снисхождении среди людей истинной любви мужчины и женщины, о счастии в семье среди близких и дорогих людей, верующих и ожидающих милости Его.

Когда как не в такой день следовало ожидать объявление о помолвке принца. Многие уже знали имя его избранницы и это тревожило графские кланы по всей стране. Отец по этому поводу успел только коротко заметить, что сейчас стоило хорошо подумать, кто из бывших друзей теперь будет только показно улыбаться и уверять в том, что он целиком и полностью на стороне северян. А на самом деле... На самом деле Терье было на все это наплевать.

Песнопения еще не начались, не видно было и дирижера. Гаэлль неожиданно потянула его за собой, расстроив ряды дворов и дворок с гордостью расположившихся на местах завоеванных их предками преданной службой королю. Часто никто уже и не помнил, когда и как это произошло.

Гаэлль защебетала, словно встретила не унылого заурядного мужчину средних лет. В коричневом слегка поношенном сюртуке и сероватой рубашке, которую, по правде сказать, любая горничная в лучшем случае решилась коснуться только двумя пальчиками и отправить в прачечную возмущенно морща свой прелестный носик, а какого-нибудь знатного щеголя в мундире. Но именно таков был самый популярный композитор в столице.

- Маэстро Ларсен! Ходят слухи, что вы написали чудесный триптих по случаю сегодняшнего праздника.

Композитор зажал под мышкой потертый футляр от скрипки и достал из кармана мятый платок.

- Вы тоже слышали эту ересь?

Артист принялся вытирать вспотевшее лицо, то и дело тяжело вздыхая.

Гаэлль подождала пока композитор не закончил свою неприятную процедуру и продолжила голосом, в котором нежные нотки заботы конкурировали с неподдельным, опять-таки женским любопытством.

- Неужели принц доверил сочинение и исполнение сегодняшней мессы и торжественного хорала этой бездарности Хейдельбергу. Который, кстати, помер всего десять дней назад. Впрочем, что было ждать от этого свиристельщика.

Терье почти не прислушивался к этой милой беседе, но информация о смерти маэстро, постоянно проживающего и творящего в Ахене не могла пройти мимо его внимания.

- Господин Ларсен, позвольте поинтересоваться, от чего же скончался столь популярный, тут сын ярла, сделал паузу и посмотрел в глаза музыканту, так называемый “свиристельщик”.

Королевский композитор скорчил гримасу и вновь громко вздохнул.

- Сердце. Вы представляете, этот любимец местных дам весь сгнил изнутри, оказался изъеден разными жучками, как дерево на краю болота. И когда он получил известие что на Его высочество господин принц решил найти себе нового придворного композитора, сердце этого бедняги не выдержало.

Гаэлль даже придвинулась ближе, не выпуская, впрочем, ни на минуту руки мужа.

- Его высочество решил не продлевать сотрудничество с таким великим человеком как вы, господин Ларсен?

Мастер пожевал губами, а потом выдохнул, глядя куда-то в сторону хоров.

- Его высочество как наследник своего дяди, во время недомогания Его величества, имеет право делать все что сочтет нужным.