Танец в пламени дракона

Глава 16. Элеонора

Лиза старательно драила деревянные столы, очищая вчерашнюю грязь, жир и темные пятна непонятного происхождения, оставшиеся после вчерашней попойки господ драгун. Кавалеристы пили до закрытия, не жалея ни денег, ни хвалебных воплей. Несколько раз чуть не дошло до драки, но пострадало в результате всего парочка глиняных кувшинов и кружек.

Пили, вспоминая недавнее сражение, войну, начавшуюся так внезапно и еще внезапнее завершившуюся полной катастрофой. Поднимали тосты за здоровье короля, здоровье принца, здоровье, пару раз добавив слова в честь славного юноши Терье Ре Вилль Сале, нового любимца дорнов, спасшего честь королевства. Но имя графского сынка вспоминали оглядываясь по сторонам, кто его знает, что из себя представляют сидящие за соседним столом торговцы. Да и торговцы ли они?

Больше говорили о войне. О той что была. И о той, что наверняка случится. Похабные шуточки, которые отпускали при этом драгуны про персидскую бабу-воительницу заставили бы покраснеть даже обозную маркитантку.

Вскоре к компании присоединился то ли бард, то ли просто студент, любитель подзаработать своим творчеством пару рейхсилверов среди настоящих мужчин. Короче какой-то непонятный хлюпик. И вот он, подыгрывая себе на гитаре стал распевать такие частушки, от которых сборище полупьяных мужиков забыло о каких-либо приличиях. А парень продолжал наигрывать фривольные мелодии не забывая, при этом угощаться с общего стола.

В конце попойки дверь в зал неожиданно распахнулась и в зал влетели несколько черных птиц. Сделав один или два круга под потолком, вороны кинулись к столу, ловко уворачиваясь от солдат и хватая самые жирные объедки. Взмахи мечей и зажатых в руках солдат полуобглоданных костей не помогали ни капельки. Погоня за черными ворами сопровождалась криками восторга и задорным свистом. Все закончилось, когда один из солдат заехал другому здоровенной бараньей ногой прямо в лоб, отправив товарища в глубокий сон. Лишь после этого сержант или офицер, возглавлявший компанию, поднялся пошатываясь и произнес заплетающимся языком

- Клянусь Вседержащим, на сегодня хватит.

Сделал шаг и чуть не упал, поскользнувшись в луже разлитого на полу пива.

- Вот дерьмо! Ганс все на плац! Построение! Ахтунг!

Солдаты, пошатываясь и вяло отгоняя руками назойливых черных мародеров направились к выходу, обещая непременно вернуться завтра же. Ну или через парочку славных деньков.

После того как пьяное войско покинула пределы таверны Элеонора наконец смогла устало опуститься на скамью у очага и приступить к предварительной оценке нанесенного воинством ущерба. Солдаты заплатили вперед и достаточно щедро, остаток жалование за участие в походе они явно получили именно сегодня, так что вечер можно было записать в плюс.

Вороны как по команде прекратили свою охоту и расселись на деревянной балке под потолком посверкивая в пламени очага время от времени черными глазницами. Элеонора слабо помахала рукой птицами, и они все как один, словно наряженные в черные мантии выпускники Академии, торжественно склонили в ответ свои острые клювы.

Хозяйка таверны вздохнула, только теперь заметив, что музыкант в выцветшем убранстве не последовал за развеселой компанией. И еще он оказался совсем не так молод, как ей показалось вначале. Ей даже пришло в голову, что точно определить возраст мужчины совсем непросто даже для нее. Да и камзол, в который был одет бард явно знавал лучшие времена.

Почувствовав взгляд Элеоноры, певец словно извиняясь пожал плечами. Потом заглянул в свою кружку и поморщился.

- Любезная мадам Элеонора, не смогли бы вы угостить несчастного служителя дочерей Вседержателя, прекрасных хозяек всех видов искусства, известных мирозданию?

Видя, что хозяйку таверны мало заинтересовала его просьба, бард сощурился и продолжил.

- Видите ли, меня ожидает неблизкая дорога, а ночью уже достаточно холодно. Я вижу, что мой репертуар не совсем пришелся вам по вкусу, мадам. Но я могу спеть вам что-нибудь другое. Вам и вашей прекрасной дочери.

Определенно этот человек знавал лучшие времена. Манера речи, приятный тембр голоса, все как бы подчеркивало, этот артист не всегда пел в придорожных кабаках и вертепах. Ей даже, в какой-то момент показалось знакомым лицо музыканта.

Элеонора оглянулась. Лиза стояла у дверей в кухню зевая и потирая глаза кулачками. Только сейчас она поняла, насколько уже поздно. И как у нее болят плечи. Сколько же всего ей пришлось перенести сегодня! Сколько раз пришлось пройти на кухню, в кладовку и обратно в зал с тяжелыми подносами, кувшинами и кружками в руках.

Мать обслуживала компанию сама, не выпуская Флэмми в зал к пьяным мужчинам. Но это никак не означало что девочка вчера устала меньше обычного. Работы хватало и на кухне, и на заднем дворе.

Девочка тоже устала. Может быть, Николас вернется вот-вот и поможет им навести хотя бы относительный порядок. Но утром наверняка придется встать пораньше, иначе просто не успеть к открытию. Да надо идти ложиться. Гинерва уже наверняка загасила печь и плиту и ждет разрешения отбыть восвояси.

Элеонора с трудом поднялась и подойдя к столу передала полупустой кувшин музыканту.

- Только прошу тебя, не задерживайся надолго. У нас с дочерью сегодня был длинный день.

В ответ бард тронул струны и странно улыбнулся. Женщине вдруг показалось что он если навеселе, то совсем чуть-чуть. И в глазах его таится что-то неуловимое, странное.

- Баллада. О рыцаре на белом коне.

Лицо мужчины тронула едва заметная улыбка и пальцы побежали по струнам.

- Мадам, пою для вас!

Не сбылось.

Не сложилось.

Рыцарь на белом коне

Не успел...

Элеонора отшатнулась, оперлась на стол обхватив себя побелевшими ладонями, закрыла глаза.