Танечка и Госпожа Самый Главный Хормейстер

Танечка и Госпожа Самый Главный Хормейстер

Эта история произошла очень давно, в одном старом уральском городе, когда у нашей страны было другое имя, а люди жили в ней совершенно иной, счастливой и беззаботной жизнью, где каждый занимался своим любимым делом и иногда, в часы отдыха или важных для себя раздумий, прогуливался тенистыми или заснеженными аллеями городских парков, мечтая о чём-то о хорошем и приятном.

Таким местом прогулок был и Харитоновский сад.

Все горожане знали, что время от времени в этом саду происходили самые настоящие чудеса: в нём можно было встретить настоящего сказочного волшебника или добрую фею, которые на первый взгляд были совершенно обыкновенными людьми, но за их внешней обыкновенностью скрывались необыкновенные волшебные силы и добрые намерения.

Итак, в этом городе на улице Солнечной жила– была одна очень красивая девочка, которую звали Танечка. Танечка была очень прилежной и исполнительной, она любила помогать маме по дому: мыла полы, чистила картошку и ходила с ней в продуктовые магазины. Но больше всего она любила петь и танцевать.

Сначала Танечка пела дома, в кругу своей семьи.

На праздники Танечку наряжали в красивое белое платье с рисунком в красный горошек, вплетали в русые вьющиеся волосы красные банты, надевали на ножки красные лакированные туфельки с медными застёжками и ставили на высокий деревянный стул, и она, взмахнув своей маленькой белой ручкой и бойко топнув маленькой ножкой, громко объявляла:

– Концерт! Выступает артистка Танечка Пантелеева. Песня «Во поле берёзка стояла».

После этих слов среди зрителей сразу же пробегал доброжелательный шепоток, на лицах появлялись счастливые улыбки, а руки сами, не спрашивая своих хозяев, громко начинали хлопать в ладоши, призывая артистку скорее начать выступление. И в этот самый момент Танечка очень тоненьким, чистым и уверенным голоском начинала петь: «Во поле берёзка стояла, во поле кудрявая стояла». Она пела так проникновенно и по-детски непринуждённо, что даже домашний пёс Эрделька переставал бегать по квартире и безобразничать, а вместо этого усаживался напротив исполнительницы и внимательно её слушал, подняв вверх симпатичную мохнатую рыжую мордочку, то и дело пытаясь поучаствовать в её пении лёгким жалобным подвыванием. Зрители сразу начинали на него фукать и шикать, и пёс тут же замолкал, делая вид, что обиделся. А когда песня заканчивалась, Танечка бойко спрыгивала со стула и, весело поворачиваясь вокруг себя, начинала бить дробушки-топотушки и пронзительно ухать, как это делают настоящие артисты, уходя в танце в предварительно открытую папой дверь соседней комнаты. Выждав несколько секунд, под аплодисменты Танечка выходила на поклон, даря улыбки зрителям, как и положено артистке, долго и низко кланялась, а затем, после финального поклона, выдержав короткую паузу, торжественно объявляла: «Артистка Танечка Пантелеева выступление закончила». И все опять начинали ей хлопать и восторженно кричать:

– Браво! Молодец! Умница, Танечка! Настоящая артистка!» – и тут же дарили ей разные вкусности и подарки, которым Танечка была очень рада и достойно, с благодарностью их принимала.

Годы шли, Танечка росла. Она продолжала петь, сначала в детском саду на утренниках, а затем в хоре своей школы. Взрослые сразу приметили, что у Танечки есть большие артистические способности, и стали приглашать её на выступления в смотрах художественной самодеятельности, на праздничные концерты. А вскоре её позвали в городской хор дворца пионеров запевалой, где руководителем был знакомый её папы, строгий и угрюмый Валерий Георгиевич, у которого была большая, как у Деда Мороза, длинная кудрявая борода, но только почему-то не белая, а чёрная. Танечка никак не могла взять себе в толк, почему при такой же огромной длине борода имеет совершенно другой цвет. Но на помощь ей пришёл сам Валерий Георгиевич, когда однажды явился на репетицию хора без бороды. Угрюмость его исчезла, а вместе с ней и все вопросы по поводу его бороды. Танечка так и ахнула. Валерий Григорьевич оказался очень улыбчивым и приятным молодым мужчиной, просто борода прятала всё хорошее, что в нём было.

В своём городе Танечке многое нравилось, она считала его очень интересным и самым прекрасным на земле, но особенно любила городские парки. В любое время годы они были для неё по-своему удивительны и неповторимы, Танечка гуляла там с родителями или друзьями, а иногда просто приходила одна и подолгу сидела на деревянных скамеечках, переходя с одного места на другое, сравнивая, какое из них лучше и красивее. Всего было три парка, которым Танечка отдавала особое предпочтение. Парк Маяковского ей нравился за то, что был очень большим и в нём была детская железная дорога, по рельсам которой, выпуская клубы белого пара, бегал настоящий маленький паровозик с несколькими вагончиками, с утра до вечера катая восторженных детишек. Дендрологический парк имел неповторимый французский стиль и вмещал в себя огромное количество деревьев и растений, по ним Танечка изучала природу мира и родного края. Но особенно её восхищал Харитоновский сад, созданный на английский манер, где нет никакой чёткости и строгости, а только лишь природная красота, где всё растёт так, как само хочет. Сад этот когда-то давно на свои деньги построил знаменитый уральский купец Пётр Яковлевич Харитонов, который в то время был хозяином этого прекрасного места и оставил после себя множество неразгаданных тайн и секретов.

И вот однажды в начале лета Танечка, гуляя утром по дорожкам Харитоновского сада, любовалась набирающей свои зелёные силы природой, слушала пение восторженных птиц и напевала лёгкую, как свежий утренний ветерок, красивую нежную мелодию, случайно возникшую в её голове непонятно откуда и ни за что не желавшую, чтобы Танечка её забыла.